Страна василисков

- Ты смотри, - гоготнула одна из женщин, - оно ещё и разговаривает!

- А то что будет, красавица? - спросил космонавт, рывком дёрнув меня на себя; он был несколько крупнее меня, но ненамного выше. - Ты обидишься и заплачешь?

- Нет. - ответил я, смотря прямо на него. - А вот ты -- очень даже.

Брови гайдзина сдвинулись.

- Слышь, красавица, - прорычал он, - я не понял, ты нарываешься, или чё?!

Подходящее окончание сегодняшнего вечера, подумал я.

И, размахнувшись, свободной рукой ударил космонавта под дых. Я был меньше и легче гайдзина, выросшего где-то в колониях или даже в Сибири, в неизвестно какой среде и в другом притяжении. Но для меня не было запрещённых приёмов.

От неожиданности гайдзин охнул, выпустив меня, и сложился пополам -- прямо навстречу моему колену, врезавшемуся ему в солнечное сплетение. Он рухнул на пол, схватившись за живот, и его приятели тут же бросились в атаку. Я отшатнулся в сторону, уходя от удара, и подставил одному из них подножку: космонавт качнулся вперед, навстречу барному табурету, и я щедро добавил ему обеими локтями в спину. Его вскрик оборвался глухим ударом об металлическое сидение.

Третий космонавт зарычал и бросился на меня; я уклонился от кулака, летевшего мне прямо в лицо, и ударил его в горло. Гайдзин отшатнулся от удара, и я с размаху врезал ему кулаком в челюсть -- так, что он рухнул назад, размахивая руками, и врезался спиной вперед в стоявшую неподалёку группу космонавтов в оранжевых комбинезонах, смазав одному из них кулаком по носу.

Космонавты в оранжевом были высокими и худыми, явно выходцами из Солнечной. Больше того, они тоже показались мне странно знакомыми. Как будто бы я видел их всего пару дней назад.

- Хлопц╕! - зычно воскликнула одна из них по-каллистянски, - Наших б'ють!

В "Ядерной лампочке" началась неконтролируемая цепная реакция.

Каллистяне -- а это были именно они - с кулаками бросились на своих новых обидчиков, включая едва успевших подняться с пола -- чтобы обнаружить, что за них тут же заступился ещё кто-то, и в мгновение ока вспыхнула драка.

Я увернулся от чьего-то удара -- это была одна из женщин в синем комбинезоне -- и, размахнувшись, ударил в ответ: она вскрикнула и отшатнулась, но тут же бросилась на меня снова. Я охнул -- её кулак врезался мне в плечо, - и ответил ей ударом в челюсть, отбросив её назад. Другой женщины нигде не было видно. Драка уже распространилась на весь бар: вопли, ругательства и удары смешивались с грубым ритмом музыки.

Кого-то, повалив на пол, пинали ногами. Я зазевался и получил удар в висок; в ушах зазвенело, и меня кто-то сгрёб за грудки. Я заметил только синий комбинезон и буквы - "LEPANTO EXPRESS" - на нашивке, когда меня с размаху швырнули на барную стойку. Я заорал от боли и попытался ударить напавшего, но промахнулся.

Космонавт зарычал и ещё несколько раз ударил меня об стойку, но затем вдруг выпустил меня; я сполз вниз, ударившись затылком об край табурета. Моего обидчика оттащили и начали избивать двое каллистян, но от этого было не легче: кто-то изо всех сил ударил меня ногой по рёбрам.

Это оказался тот космонавт, приставший ко мне первым: у него была рассечена губа, один глаз был подбит, а нашивку с комбинезона кто-то сорвал, но он в исступлении накинулся на меня, пиная ногами. Ещё один удар пришёлся по рёбрам, другой -- в живот; я охнул, согнувшись, и следующий удар пришёлся мне в грудь.

Я схватил его за ногу и дёрнул вниз изо всех сил: гайдзин заревел, рухнув на пол, но я резко вскочил на ноги, едва не упав сам, и наступил ему ногой в пах. Космонавт завизжал, и я ударил его снова: под туфлёй что-то издало чвякающий звук.

- ПОЛИЦИЯ!! ВСЕМ ОСТАВАТЬСЯ НА МЕСТАХ!!

Перекрывая музыку, истошно заревела сирена, вспыхнул яркий свет, и в распахнутые двери "Ядерной лампочки" ворвались бойцы СПОР. С ног до головы они были одеты в бронекостюмы для подавления беспорядков -- с противоударными пластинами, надвинутыми прозрачными щитками и сферообразными шлемами; руки, облачённые в перчатки экзоскелетов, сжимали дубинки, которые бойцы тут же, с превеликой радостью, пустили в ход.

Ослеплённые участники драки бросились врассыпную, сталкиваясь друг с другом, а их теснила серо-чёрная волна, раздававшая удары направо и налево. Кто-то пытался отбиваться: их, как по команде, сбивали с ног и начинали особо ръяно избивать дубинками, пока незадачливый нападавший не затихал. Его оттаскивали, в брешь становились бойцы из задних рядов, и шеренга СПОР продолжала движение.

Один из бойцов вдруг выроc передо мной, занося дубинку для удара; я чудом отшатнулся и дернул рукой, выбрасывая из рукава Линзу:

- Инспектор Штайнер! - проорал я, тыча Линзой перед собой. - Национальная полиция! Я свой!

- Инспектор, вы? - донёсся знакомый голос из-под шлема; рука с занесённой дубинкой опустилась. - Его не трогать, он наш!

Серая волна двинулась дальше, обходя стойку и оттесняя паникующих космонавтов в соседний зал, а боец поднял прозрачный визор и стянул с лица маску; это оказался лейтенант Кюршнер, собственной персоной. Я удивленно моргнул и сполз вниз по стойке; Кюршнер рванулся вперед и удержал меня.

- Инспектор, что с вами? - спросил он, помогая мне усесться на табурет. - Вы ужасно выглядите.

- Пустяки. - пробормотал я; рёбра саднили, в боку что-то болело, но меня это не особо волновало. - Давно не виделись.

- Взаимно. - кивнул Кюршнер. В его сферическом шлеме с откинутым забралом визора жест получился несуразным.

Зал опустел: по нему ходили другие бойцы СПОР, оттаскивавшие лежачих к выходу и наружу. Двое из них утащили валявшегося рядом со мной космонавта: лицо у него было разбито в кровь. Я покосился на свою правую туфлю; серая подошва стала красной.

Досталось всем: и синим комбинезонам с "Лепанто Экспресса", и каллистянам, невольно вступившимся за меня, и другим, незнакомым мне участникам драки. Из другого зала всё ещё доносились громкие вопли, отдалявшиеся всё дальше и дальше.

За стойкой появился Пексан. Жилет бармена даже не запачкался, заметил я. Яркий свет прожекторов с улицы отражался в его чёрных очках.

- Лейтенант. - кивнул он Кюршнеру. - Вы, как всегда, вовремя: они только начали громить зал.

- Не могли же мы опоздать на самое веселье. - пожал плечами Кюршнер. - Надеюсь, они ничего не разнесли, господин Пексан?

- Сломали два экрана и почти выдрали один из стульев. - поморщился бармен. - Ничего непоправимого. За этим я вас и вызываю, господин лейтенант.

Он отошёл в сторону, и Кюршнер обернулся ко мне. Я устало глянул на него.

- Как вас занесло сюда, инспектор? - спросил он. - Никогда бы не подумал, что вы выпиваете в "Ядерной лампочке".

- Обычно -- нет, - сказал я, - но сегодня был особый день. Вам здорово влетело?

- Нам -- нет, - ответил Кюршнер, - но капитану полковник устроила такую головомойку, что слышно было на весь штаб. Особенно ту часть, что про "волочиться за каждой смазливой задницей", конец цитаты. Простите, инспектор.