Страница 5 из 21
— Спасибо, — она осмотрела глубокую царапину на лбу Шона. — Давай я промою твою рану.
Он не стал спорить и просто сел на край облупленной ванны.
Смочив второе полотенце, Бэй вернулась к Шону. Стирая кровь и промывая рану, она поняла, насколько близко к нему находится. Бэй оказалась стоящей между его раздвинутых ног и ощущала жар мужского тела. Арчер пах опасностью — потом, металлом и кожей.
Бэй ненароком надавила слишком сильно, и он зашипел.
— Прости. Я не очень хорошо умею за кем-то ухаживать, — она стала вытирать осторожнее. — Итак, Ливен от тебя отвернулся?
— Да, — Шон не выглядел довольным.
— Предлагаю тебе уехать из Денвера и держаться от Ливена с его людьми так далеко, как только сможешь. Найди милый остров с пляжем и белым песком, удобное бунгало. Забудь, что вообще когда-либо слышал о Габриэле Ливене.
— Ты бы так и поступила?
Даже чувствуя на себе его испытующий взгляд, она упорно смотрела исключительно на рану. Сам того не подозревая, Арчер озвучил самую сокровенную фантазию Бэй — слушать тихий шум волн и наслаждаться теплом солнечных лучей на лице. Покой.
— Да, если бы не знала, что он последует за мной.
— Я понятия не имел, — Шон судорожно вдохнул, — что он убил твою семью. Как и то, что собирался тебя использовать.
Он выглядел искренним. Хотя не сказать, что ее это заботило.
— Почему ты перешел на сторону Ливена?
— Он предложил мне шанс отомстить.
«Месть». Слово, известное Бэй слишком хорошо.
— Отомстить ворам времени? — что, черт возьми, пережил Арчер?
— Да.
Быть может, он просто считал воров времени уродцами. Отклонениями природы. Разве сама она не думала так же в самое темное время множества бессонных ночей?
Внезапно ванная показалась ей слишком маленькой. Бэй пихнула Шону полотенце.
— Тебе стоит намазаться своим антисептиком.
Вскочив на ноги, он оттолкнул протянутый клочок ткани. В течение секунды они стояли, прижавшиеся друг к другу, и смотрели глаза в глаза.
Бэй ощутила пробуждение чего-то, что отказывалась признавать. В ее жизни не было времени на романы, а секс стал редким удовольствием — быстрый сброс напряжения в редкие моменты относительной безопасности, без деталей и имен.
И ей совершенно не хотелось чувствовать хоть какую-нибудь связь с этим жестоким израненным мужчиной.
— Ты охотился на меня много месяцев. Не считаешь, что задолжал объяснения?
— Нет, — Шон шагнул к раковине и ухватился за край. Мышцы под футболкой напряглись. — Я ничего тебе не должен.
У Бэй проскочила мысль, что керамика под его пальцами может вот-вот треснуть.
— Не желаешь отвечать, отлично.
— Меня пытался убить собственный работодатель. Моя жизнь превратилась в бардак, — Арчер пнул шкаф, оставив на дверце заметную трещину. — Я только что понял, как нахрен глупо поступил, вообще связавшись с Ливеном, — сглотнув, Бэй видела, что он уронил голову, почти коснувшись подбородком груди. Вдохи и выдохи врывались в легкие и вырывались из них. — Я всех подвожу и не знаю, что с этим делать.
Как ни странно, Бэй ощутила порыв потянуться и погладить напрягшиеся мышцы мужской спины, однако вместо этого сжала руку в кулак.
— Ты просто делаешь шаг за шагом. Продолжаешь выживать каждую минуту, час и день.
Бэй развернулась и ушла, оставив Шона наедине с его болью. Кто она такая, чтобы кого-то успокаивать, если не в состоянии успокоить даже саму себя?
Принявшись вышагивать по комнате, Бэй продумывала следующий шаг. Усталость наваливалась на нее все сильнее.
Несколько секунд спустя появился Шон и положил руки на дверные косяки.
— Тебе нужно поспать.
— Я не могу спать, — покачала головой Бэй. — В распоряжении Ливена личная армия, и сейчас она идет по следу. За мной.
— Еще несколько часов мы будем в безопасности. Ты ляжешь на кровать, а я понаблюдаю.
Как же это было заманчиво. Усталое тело рвалось воспользоваться редчайшим случаем, когда кто-то прикрывает спину.
Но израненное сердце одиночки велело Бэй не верить никому. Выживание зависело от нее одной, и больше ни от кого. Месть не станет ждать, пока Бэй отдохнет и выспится.
— Эй, — Арчер схватил ее за плечо. Она едва сдержалась, чтобы не скинуть его руку и не избавиться от чужого прикосновения. — Я знаю, что ты не привыкла доверять, да и я не сделал ничего, чтобы заслужить твое доверие, — он запустил пятерню себе в волосы, спутывая отливающие золотом пряди. — Совсем наоборот. Но я хочу, чтобы ты немного отдохнула.
Это было все равно, что предложить измученному жаждой человеку воды. Бэй тянуло опустить отяжелевшие веки и позволить ноющему телу сделать перерыв хотя бы на несколько минут.
«Нет». Она заставила себя вспомнить о своей цели. О миссии, планируемой последние пятнадцать лет.
— Сначала я хочу получить ожерелье.
***
Глядя на Бэй Норт, Шон перебирал рубины в своем кармане. Она была упряма, это точно.
Подбородок вскинут, зеленые глаза сверкают — ни намека на прежнюю уязвимость.
Господи, Шон даже представить себе не мог, на что похожа жизнь Бэй. Когда у тебя на глазах убивают твою семью, и ты с подросткового возраста в бегах, один на один со своей особостью. Ни единого шанса на нормальную жизнь. И Габриэль Ливен изначально знал, что так все и будет.
Ожерелье лежало в ладони тяжелым грузом. Стоит ли отдавать его Бэй?
Достав полоску рубинов, Шон бросил их на дрянное покрывало.
Ожерелье подпрыгнуло на матрасе и осталось лежать между складок ткани, поблескивая в лучах оконного света.
Бэй опустилась на постель. Подержав руку над золотом, инкрустированным драгоценными камнями, она все же провела пальцем по гладкой блестящей поверхности одного из рубинов.
— Ливен хватался им еще долгие месяцы после покупки, — подняв украшение, Бэй взвесила его на ладони. — Некогда оно принадлежало Алистеру Кроули2, — она вскинула голову.
— Парню-сантанисту?
— Ливен называл его английским оккультистом. Он одержим Кроули, — Шон изучал камни красные, как кровь. — Очевидно, Кроули подарил ожерелье своей любовнице и музе, Лайле. Он называл ее своей Алой Леди. Ливен считал его символом власти.
— И ты хочешь это ожерелье?
Пальцы Бэй обвились вокруг драгоценностей.
— Я хочу причинить боль. Ливен отнял у меня все, что было мне дорого, — у нее потемнели глаза. — А я отниму то, что дорого ему.
От Бэй буквально несло местью. Шону было не по себе увидеть в ком-то другом то, что столько месяцев терзало его самого, особенно в этой крошечной милой женщине.
— И как ты поступишь с ожерельем?
Бэй уронила украшение себе на колени.
— Уничтожу.
Шону хотелось велеть ей забыть Ливена. Бежать быстро и далеко. Найти тот домик на пляже. Но кто он такой, чтобы раздавать советы? Шон хотел отомстить за свою команду сильнее, чем дышать.
— Каким образом?
— У меня есть знакомый ювелир. За определенную цену он сотрет украшение в пыль, не задавая вопросов.
Он снова взглянул на сверкающие рубины. Казалось таким неправильным уничтожать нечто настолько редкое и красивое. Однако Шон знал, что это станет для Ливена ударом.
Он потер ладонью позади шеи. Ливен его предал, но не был истинной целью. Шон наблюдал, как Бэй разглядывает ожерелье.
Целью не была и эта женщина.
— Ты знаешь других воров времени? — спросил он.
Она подняла взгляд.
— У нас нет клуба, — какой саркастичный тон.
— Я думал, вы знаете друг о друге.
— Я слышала о нескольких. Думаю, нас немного.
— Но не знаешь наверняка?
Бэй пожала одним плечом.
— Будто есть учебник по этому предмету. Обо всем, что мне известно, я догадалась сама, соединив кусочки информации.
— У Ливена есть команда ученых, исследующих воров времени.
— Я не удивлена, — однако она побледнела.
— Они разработали вот это, — Шон вытащил из кармана прибор.