Страница 201 из 315
Одни, сумев выбрать якоря, попытались выбраться из смертельной ловушки. Другие наоборот, понадеявшись на крепость своих цепей, остались на месте, третьи никак не могли принять решение и отчаянно пытались связаться со штабом адмирала Хэлси на берегу.
Японские колдуны, породившие этот «божественный ветер» знали свое дело. Ураган как щепки разметал в разные стороны транспортные корабли американцев, безжалостно топя их или выбрасывая на берег. К огромному счастью для янки, основная часть морских пехотинцев, не успела погрузиться на корабли и потому избегла гибели. Те же, кто к началу шторма поднялись на борт в большей массе, приняли ужасную смерть.
Огромная волна обрушилась на транспортный корабль «Том Хьюз» и, нарушив его остойчивость, перевернула корабль. Когда воды отхлынули от несчастного судна, находившимся на берегу людям, предстала страшная картина. Яростно вращая в воздухе своими винтами, «Том Хьюз» обреченно дрейфовал по бурлящим водам океана. Что творилось в это время в недрах корабля можно только догадываться. Никто из трехсот пятидесяти человек, находившихся в этом момент на борту судна, не спасся.
Другой транспортный корабль «Валкап», был перевернут волнами на бок и в таком положение пробыл около двадцати минут. Вынужденное положение корабля не позволяло экипажу спустить шлюпки, а накатывающие волны, смывали каждого, кто сумел вылезти на палубу. Из ста восьмидесяти человек только шестерым посчастливилось покинуть корабль и выжить в окружившем их аду.
Два средних десантных корабля были выброшены на песчаные отмели Окинавы. От сильного удара, носовые створки одного корабля треснули и разошлись, другому повезло больше. Створки устояли, но образовалась большая щель, сквозь которую внутрь корабля, немедленно хлынула забортная вода. Ценой неимоверного труда, американцам удалось приостановить её дальнейшее поступление, но общее положения корабля было критическим. Достаточно было одной хорошей волны, чтобы створки разошлись и все кто находился на борту корабля, разделили судьбу, менее удачливого товарища по несчастью.
Тяжелый крейсер «Новый Орлеан» совсем недавно прибыл на Окинаву, после длительного и обстоятельного ремонта. Американские корабелы вернули крейсеру нос взамен утерянного, в жестокой схватке с японскими эсминцами у Тассафаронга. Вернувшись в строй, он успел принять участие в битве за Иводзиму и Окинаву и добавить к своим прежним четырнадцати боевым звездам ещё две. У многих членов экипажа крейсера были родные и близкие пострадавшие от японских бомбежек, и они горел желанием поквитаться с коварным врагом, но судьба сулила им иное.
При попытке отойти от берега и выйти в открытый океан, «Новый Орлеан» столкнулся с линейным крейсером «Гуам». В обстановке крайне плохой видимости, крейсер ударился носом в правый борт своего боевого собрата. Результат этого столкновения был плачевен для обоих кораблей. Нос «Нового Орлеана» не выдержал столь необычной нагрузки, смялся как картон и отвалился в районе первой башни. Борт «Гуама» также не устоял перед многотонным тараном. Он был пробит в районе боевой рубки и катапульты для запуска гидропланов.
Легко столкнув между собой два могучих крейсера, волны с такой же легкостью растащили их в разные стороны, и в пробоины устремилась забортная вода.
Случись это столкновение в более спокойной обстановке и оба корабля имели бы все шансы, не только уцелеть, но и продолжить свою службу в строю. Однако бушевавший в этот момент вокруг крейсеров ураган, свел к полному нулю их возможности уцелеть. Оказавшись полностью во власти страшных волн-убийц, «Гуам» и «Новый Орлеан» ещё несколько раз сходились друг с другом, нещадно кроша и сминая палубные надстройки, пробивая борта.
Зрелище было столь чудовищным и ужасным, что у наблюдавших за крейсерами людей, от ужаса леденели сердца. Слова и крики быстро кончились, и они смотрели, молча, лишь крепко сжав руками свои бинокли или поручни. Только когда корабли стали пропадать из поля видимости, из их груди вырывались глухие выкрики, больше похожие на стон раненого зверя.
Не миновала лихая судьба и американские линкоры, собравшиеся в поход на Кюсю. Первой жертвой урагана стал «Айова», на котором адмирал Хэлси держал свой флаг. Самого командующего 3-м флотом, в момент начала урагана на линкоре не было. Именно с ним, безуспешно пытались связаться капитаны линкоров, чем подписали смертный приговор свои кораблям, потеряв попусту драгоценные минуты.
Затем «Айова» слишком долго выбирала якорные цепи, а когда тяжело двинулась прочь от берега, на спасительные просторы океана было уже поздно.
Какими бы могучими не были бы волны урагана, но чтобы сразу перевернуть линкор килем вверх — это им было не по силам. Уж очень огромна была «Айова». А вот расшатать линкор от борта до борта, сместить его остойчивость и затем опрокинуть его на бок, с этой задачей они справились блестяще.
Подобно живому созданию, волны цепко вцепились во флагманский корабль своими могучими челюстями. Словно заправский хищник, что схватив свою жертву и начав трепать её, постепенно лишает её сил, разбушевавшаяся стихия расправлялась с «Айовой». Удары волн с неослабиваемой силой сыпались по бортам линкора и, в конце концов, опрокинули его.
Мало кто из двух с половиной тысяч человек экипажа «Айовы» смог покинуть обреченное судно, за те одиннадцать с половиной минут, что смог продержаться на плаву линкор. И ещё меньше удалось спастись из прожорливых объятий океана.
Флагманскому линкору «Миссури», на котором обычно держал свой флаг, командующий Тихоокеанского флота адмирал флота Нимиц, повезло чуть больше. Его командир гораздо раньше остальных оставил попытку связаться со штабом и отдал приказ идти в открытый океан.
Линкор малой кровью отделался от волн урагана, которые по мере приближения к берегу набирали силу. Набравший ход «Миссури» смог пробиться через вздымавшиеся к небу водяные валы. Казалось, что самое страшное уже позади, но разбушевавшийся океан никак не хотел отпускать свою жертву. Не имея возможности опрокинуть корабль, стихия все же нашла возможность погубить его.
Возможно, причиной гибели линкора была плохая видимость из-за непроглядной стены дождя. Возможно, отказало навигационное оборудование или ведущий линкор штурман имел мало опыта, так или иначе, но «Миссури» на полном ходу наскочил на подводные камни, именуемые местными моряками «зубьями дракона».
Вцепившись мертвой хваткой в днище линкора, коварные камни не позволили волнам опрокинуть, накренившееся судно. Как не бушевала морская стихия, но она ничего не смогла сделать с линкором. Он сидел на камнях крепко, беспомощно уперевшись стволами своего главного калибра прямо в небо.
В подобном положении, затопление «Миссури» явно не грозило, но коварная беда подползла к линкору с другой стороны. Вместе с днищем корабля, «зубья дракона» пробили одну из его топливных цистерн, откуда широкой рекой в океан хлынуло её содержимое.
Потеря топлива для наскочившего на камни линкора не была смертельной потерей, но злой рок продолжал неумолимо преследовать корабль. Прорвавшаяся сквозь огромную пробоину вода, вывела из строя один из генераторов, и произошел взрыв. На несколько секунд все внутреннее пространство «Миссури» вспыхнуло как рождественская елка, а затем погрузилось в темноту, которая продолжалась не очень долго. В результате многочисленного возгорания проводки, на линкоре начались пожары.
Американские матросы мужественно бросились тушить огонь, но крен корабля не позволял им потушить огонь также быстро и эффективно, как это они делали на учениях. Быстро разгоравшееся пламя охватывало все большее и большее пространство.
Сразу две стихии; огонь и вода, одна изнутри другая снаружи атаковали команду «Миссури». На красавце линкоре находилось много всевозможных приспособлений для борьбы за его живучесть, однако способных одновременно бороться со всеми напастями сразу, не было. Внутри линкора все что-то горело, трещало, грохотало, ухало и под звуки этой ужасной какофонии, наступил час X.