Не один

Они все были воображалами, конечно, задаваками. На то они и девчонки, чтоб задаваться. Они появились из, кажется, ниоткуда ровно в тот момент, когда снотворная эстрада укатала даже меня, жовиального живчика.

Ну да, имела место спекуляция во вкусе ню, ну так это лучше, чем ню в исполнении напомаженных мальчиков; я ж из старой школы, немодной.

Оля Орлова, самая махонькая и самая голосистая, нонче мама и жена. Она хотела продлить пребывание на сцене, но не сбылось. Благодарение богам, хоть в суфражистки не подалась, как Полина Иодис, валькирия скандинавского вида, из первого состава, из-за которой я едва не повредился в уме.

Юлия Ковальчук хочет стать королевой нового бурлеска, но и старый, и новый «бурлески» уже оккупированы Семенович, которая начинала вульгарно, а после поняла, что грудь грудью, а лирика лирикой.

Ксюша Новикова воспитывает сыновей, которых едва отстояла в тяжбе с их тиранистым папой. Надя Ручка грезит о семье. Если, говорит, получится, тогда и жизнь моя, значит, блестящей будет.

Получится, Надя, иначе, зачем мы все тут?

Все беды – от нехватки безумцев

Даже в Экваториальной Африке группа «А-Студио» числилась эталоном рафинированности, у них было навалом стиля, но не хватало безумия. Батырхан Шукенов был необыкновенно обаятелен, но и неправдоподобно лощеный.

Требовалась дихотомия. И чтобы это разделение целого на две части проходило под знаком искрящегося безумия; чтобы появился человек, способный и выразительное стаккато забабахать, а не одни глянцевые песни.

Все беды нашего шоу-бизнеса, широко говоря, – от нехватки настоящих безумцев. Заметьте, не истероидных фриков, их полно, а ярких безумцев.

Как ни парадоксально, именно с Кети Топурией группа снова стала «командой молодости нашей», напомнила о том, что мы в самой поре. Что шикарные песни способствуют понижению стресса, расцвету, гормональной буре, стабилизации кровяного давления. А это слишком релевантные вещи-материи-категории, чтоб препоручать их невесть кому.

Группе «А-Студио» четверть века, и ее музыка истребляет микробов.

Распространенная точка зрения, что ничего хорошего с нашим шоубизом не происходит и он безнадежен, именно из-за таких ребят и терпит крах.

Начинали с «Джулии» под покровом Пугачевой, теперь мешают орнаментальность и медитативность; обзавелись (см. выше) обложечной героиней и научились извлекать из общения со зрителем «минимальные молекулы счастия».

И даже не в фиоритурах-колоратурах главное, хотя это и наисущественная статья, а в том, что у группы лозунг, он же кредо: «Нам будет светить солнце!»

О рейтинге лучших российских песен 21 века

Я не верю, что вы моментально, с кондачка, с наскоку назовете три знаковые песни (русские, разумеется) нового века. Отвратных песен миллионы, а, поди, назови те, через которые слышна эпоха, ее скрип, каноны.

Поскольку позвонили из уважаемого журнала (опрос), выглядеть несуразно не хотелось, и я выцыганил время на раздумья. Назвал.

Но сказать хотел о тех шедеврах, что назвали другие.

Очень часто упоминается песенка группы «Звери» «Районы-кварталы» – так часто, что можно подумать, будто речь идет об институции национального масштаба, о национальном достоянии.

«Звери» – это «Ласковый май» наизнанку, они тоже ставят планете ноль за черствость, но больше апеллируют к интимному, к поцелуйчикам.

Хотя странно и отчасти поразительно, что выбрана именно аутсайдерская песня, у банды тьма сколь ярких, столь и жизнеутверждающих песенок, например «Напитки покрепче, слова покороче». Аутентичный гимн эпохи «Камеди Клаба», умничающих хипстеров и боев без правил.

Ну, вот какую, например, песню вы слушаете, когда пребываете «во власти глубокого упадка духа»? Чтобы избыть это состояние или – есть же большое количество таких людей – посмаковать его? В большинстве анкет я прочел: «Одиночество-сука» певуньи Славы.

Ну, в том, что выбрали песню, которая спета замогильным голосом и украшена полуобсценным словом, есть понижение планки, но это тоже своего рода знак. Анализ вкусов нашей специальной публики до сих пор для меня, видавшего виды, предприятие занятное.

Вот, например, в ответах ни разу не упоминаются Алла, Филипп, Валерия. Зато есть Потап и Настя с «Чумачечей весной» и Дорн с галлюциногенными боевиками.

Нет Лепса и Брежневой, зато есть Максим с самоанализом девочки «Я девочка, мне можно».

Лирики, трепетных песен нет, не привечают их, в районах-кварталах в чести брутальность, там глашатаи сермяжных эмоций просто проживают день за днем в тотальном разладе с миром, где все фальшивое, даже песни.

Героин-поп и психоделика на стероидах

Героин-поп (уже вижу ваши брови, вскинутые домиком) – это такое направление поп-музыки в формате «я девочка, мне можно!», девичья аллюзия на тему «я и не знал, что любовь бывает так жестока, а сердце – таким одиноким»; ну и ну.

Эти песенки звучат о-очень медленно и очень-очень печально, эта психоделика на стероидах, ну как если бы Надежда Бабкина перепела Лану Дель Рей, и беспременно в кокошнике.

Вот, кстати, коль скоро я бесцеремонно явочным порядком затеял ликбез, Лана означенная, совершенно не умеющая петь (был на московском концерте, который сначала перенесли, а потом устроили, и стало понятно, как переводится с русского на аглицкий… вот так: шэйм он ю, мазафака!), – самоназначенная королевишна псевдоавангардного стиля. Который, чтоб заморочить вас, покровители шалав назвали мудреным манером – седативный трип-хоп.

Девушкам этой популяции вменяется быть отстраненными и притворно равнодушными, как селезень на пруду или Титомир в общении с прессой. Певицы этого направления обязаны быть очень меланхоличными, очень-очень циническими, очень-очень-очень неторопливыми; они как будто читали Твена и вооружились им: «Нет большей вульгарности, чем чрезмерная утонченность».

Это очень разноречивый, раздираемый противоречиями стиль – стало быть, адепты-апологеты его такие же противоречивые, что уж говорить об исполнителях.

Но героин, конечно, не про наркотики, это всего-то игра слов, хотя сам стиль далек от «лучезарной незлобивости».

Одна из них поет: «Мое одиночество так возвышенно, я так давно его добивалась, но это возвышенное одиночество скоро добьет меня. Может, и к лучшему». Девицу зовут Лорде, и если это не параноидальность, то я не знаю, как это называется.

У Ланы Дель Рей, впрочем, сплошная шелуха не обеспеченных смыслом слов: «Я богатая сучка, и все, что мне надо, это… ну, сами знаете, а если не знаете, идите на…» Девочки в восторге, я видел. Хотите – назовите это трансмутацией гламурной идеи в негламурные чувства, главное – стиль продается, а значит, вот-вот Макс Фадеев отзовется.

Дикость и прочее состояние нашей поп-музыки

Поскреби шоу-бизнес в том сусеке, где написано «популярная музыка» – полезет дикость.

Состояние современной поп-музыки не то чтобы аховое, она не вызывает эмоционального расстройства, но лично я люблю баллады, а медитативных шедевров практически нетути, а то, что сейчас преподносится как головокружительный «медляк», это некачественное эпигонство, под такую музычку, как писал Набоков по другому поводу, «даже выражение лица хуже становится».

Ну не от Леди Гага, ха-ха, с Майли Сайрус, хи-хи, ждать в этом смысле откровений.

Ритм потеснил мелодию, и для молодых людей мелодия превратилась в недостижимо абстрактную концепцию, песни, которые пели Вee Gees и «Цветы», нынче проходят по ведомству приторных, им отказано в доверии.

Но на поверку: так никто не пишет и не поет, вот в чем и соль, и запятая, прочее – от лукавого.

Я про «Цветы», про угасшую, но негасимую Гурченко, про Стаса Намина, про настоящую любовь, кровяное давление и слезинку.

Намин, понятное дело, затевал группу для ретрансляции своей убежденности, что, как бы ни были суровы времена и отвратны обстоятельства, музыка была, есть и будет буфером, снадобьем, отмычкой – да чем угодно, что «под личиной низкой и ехидной» позволит разглядеть жизни чудесную суть.