Страница 1 из 20
A
"Ражни" - первая часть второй книги романа "Брошенное гнездо" в новой редакции. Семья колдунов утверждается в жизни в наши дни.
Лукашова Рита
Пролог
Глава 03
Руфь расхохоталась, а сама подумала, как хорошо бы спровоцировать
его на интим. Нет, чтобы план осуществился, надо вызвать у него
Глава 04
Лукашова Рита
Ражни. Первая часть
- 88 -88
- 88 -
- 1 - - 1
- 1 -
- 1 -
БРОШЕННОЕ ГНЕЗДО
Роман
Книга вторая " Ражни "
"Кому там, в небесах, топор нанес раненье? -
Подумал я. - Кого там человек сразил?
О нож, что прячешь ты?" И затуманен был
Мой взгляд, блуждающий в ночном глухом
П окрове ,
Меж каплею звезды и темной каплей крови.
Виктор Гюго
Пролог
Свет луны едва проникал сквозь вековые вершины сосен и елей. Как в сказке Пьеро "Мальчик с пальчик", подумала Ражни. Страха она не чувствовала, но и не слышала под кожаными подошвами туфель шороха игл и веток, которыми была усыпана земля. Она поднимала голову и видела, как ветер раскачивает вершины деревьев, он безжалостно заставлял их крениться и иногда жалобно скрипеть. Так могут доскрипеться, что и переломятся и упадут вниз. Подальше от тропинки виднелись такие деревья, сломанные и уже поддающиеся разложению. Мне не страшно, говорила себе Ражни, все дальше удаляясь от протоптанной дороги. Что может случиться здесь? Между заливом и поселком Реброво. Реброво! Радостно воскликнула она, когда поняла, наконец, что находится в Реброво. Здесь живет сестра с детьми, миленькими дочками Зарой и Аней. Они не дадут ей пропасть в лесу. В привидения она не верила и в маньяков тоже.
- У нас сто процентов раскрываемости преступлений, - доносился до неё так явственно голос из какой-то телевизионной передачи, что она огляделась, ожидая увидеть телевизор в лесу. Если убрать впереди 10, то будет ноль раскрываемости, озорно подумала Ражни, она почувствовала, как ведущий передачи неодобрительно посмотрел на неё. Этого не может быть! Он не мог прочитать её мысли. И потом, это только шутка. Она не сомневается в отличной организованности правоохранительных органов, в бдительности их работников.
Впереди среди деревьев забрезжил свет. Вот я и вышла из леса, а еще
кто-то предостерегал меня, не ходить в лес одной. Кто предостерегал? Руфь? Мама? Папа? Нет, не они. Не помню. Тропинка расширилась, открывая огромную полянку, площадь Джавархарлала Неру, посмеялась Ражни. Имя индийского президента, незабвенного лидера почему - то встревожило её. Ерунда, сказала она себе. Я почти дома. А Индия у меня в крови. Мама с папой постарались влить в меня почтение к Индии, Тибету и Буде. Вокруг площади теснились сараи и сарайчики, откуда-то доносились звуки радио Маяк. Работает приемник на батарейках. Как был у Руфь компактный и всеведущий приемник Соната, потом она сменила его на латвийский - Спидола. Ражни остановилась в последний раз под сенью раскачивающихся деревьев. Справа нарисовался Дом, большой, двухэтажный (второй этаж в мансарде), с застекленной верандой вдоль фасада. Луна отражалась в стеклах. Ночь летняя, но не теплая. Обычная ленинградская ночь конца июня, начала июля месяца. Ражни застыла в нерешительности. Некоторые держат собак, Ражни почувствовала биение их сердец, частое и явно трусливое. Домашние избалованные питомцы, которые иногда даже жмутся от холода в кошкам. Те покровительственно позволяют им спать на своих подстилках и кушать из своих мисок. Кошки, только они все знают о лесе и его обитателях. Они не боятся лесных шорохов, звуков шагов, не боятся случайных прохожих. У них есть зубы и когти, а если не удастся пустить их в ход, то любое дерево в их распоряжении. Ражни тихо рассмеялась. Её питомец Васька точно такой же. Самостоятельный и смелый.
Васька выбрал свободу, а не уютную и сытную жизнь в квартире на Римского Корсакова. Сбоку донесся тихий вздох. Ражни насторожилась, она не могла ошибиться, это был вздох человека. Сбоку - слева. И неожиданная обволакивающая тишина. Бежать! Ражни боялась посмотреть в ту сторону, она боялась увидеть там жертву преступления, теперь и у неё сердце забилось, как у тех трусливых собак. Надо бежать вперед или посмотреть налево, что там произошло. Ражни сосчитала до пяти и резко повернула голову налево. На неё смотрела отвратительная голова, поставленная на жалкие худощавые подавшиеся вперед плечи. Мужчина, а может быть и парень, трудно было определить. Так как голова у него была наполовину забинтована. Блестели глаза, помаргивающие, подбородок, губы и частично щеки были открыты.
- Боже мой! Мама. - Воскликнула Ражни, но голоса своего не услышала. Наверное, голос отнялся от страха. Мужчина тоже не услышал её, он смотрел на неё, а сам продвигался осторожными шашками на ту тропинку, по которой пришла Ражни.
- Стой, гад! - Закричала мысленно Ражни. - Что ты натворил? Стой! Иначе я расправлюсь с тобой.
Что я говорю? Как я расправлюсь с ним? Что я могу? Я не изучала восточные единоборства и не смогу противостоять ему. Но мужчина как-то осел вниз, он услышал её. Ражни с удивлением увидела неподдельный страх в его глазах. Он шевелил губами, свободными от бинтов. Серая рубашка и серые штаны сливались с цветом ближайших кустарников.
- Не надо, собачка! Нельзя! Нельзя! Ты хорошая. Я ухожу. - С удивлением услышала Ражни. Она оглянулась, рядом не было собачки. А те, что спали в сараях рядом со своими сильными хозяевами и кошками, которые не дадут собак в обиду, насторожились, прислушиваясь своими ушками к тому, что происходит на улице. Они даже приподнялись на своих подстилках и вытянули шеи. То, что происходило на улице, выходило за пределы их понимания. Там на улице появилась сильная собака, лидер, она рычит на мужчину, жуткого человека без лица, от которого пахнет йодом и мазью Вишневского (противной мазью, от которой мурашки пробегают по шкуре). Сейчас может напасть на него, тогда стоит присоединиться к ней и заслужить похвалу от любимых хозяев (лакомый кусочек на завтрак, дополнительно к каше).
Собаки выбрались на улицу через выходы в дверях для них (квадратное отверстие внизу) и галопом помчались к собаке, которая держала человека под прицелом своих зубов. Тот взвыл от страха нечеловеческим голосом и припустил по тропинке. Собаки остановились рядом с Ражни и подняли радостный лай. Враг обращен в бегство. Ражни оглядывала их веселым взглядом. Какие они симпатичные: лохматые и гладкие, маленькие как таксы, и покрупнее, как шпицы. Больших собак не было. А всего было семь - восемь собак. Ничего себе!
- Дворянское племя! - Воскликнула она. - Молодцы, набрались смелости и облаяли чужака.
Но собачий лай и человечий вой услышали и все, живущие в сараях. Набросив наспех халаты, куртки на площадь высыпали женщины и несколько мужчин.
- Что случилось? - вопрошали они друг друга, вращаясь вокруг собственной оси. - Почему собаки разлаялись?
Несколько наиболее смелых людей побежали к собакам. Собаки кинулись в кусты, но тут же жалобно заскулили и отпрянули.
- Боже мой! - Вскричала женщина, которая была впереди всех. - Вызывайте скорую, милицию.
- Пусти - ка, - произнес мужчина, отодвигая её в сторону. - Будите Аверьяновых. Надо звонить в милицию. Скорая тут уже не поможет.
Кто-то побежал к Дому и стал стучать в дверь веранды. Стук был бешенный и раздавался в ушах как звук молота. Ражни скользнула по периметру площади и скрылась на тропе, ведущей вверх. Надо скрыться, почему - то билась мысль в голове. Надо домой.