Страница 50 из 58
Большой Жак вместе со своими Сороками оставался в основном штабе, пока не убедился, что Шонмейзи клюнула на приманку. Узнав, что Пендрагон одним махом избавился от Домино Тайта и большинства лир, он отправил еще двух Сорок к ложному штабу, чтобы те передали приказ увеличить притворную активность, после чего прервал с ними всякую связь и приступил к сборам.
Поняв, что сражение уже началось, Ошуа Ди Карнатика со своей стаей ударил хризантем с тыла. Это не входило в планы Большого Жака, зато неплохо подкрепило легенду поддельного штаба и в значительной мере прикрыло необъятный зад самого Деламонда. Шонмейзи ждала подхода возможных подкреплений, прежде чем повести в бой своих тайчи. Если бы в капкан не наступил Ошуа Ди, в его тиски угодил бы сам Жак.
Теперь же, придавая ироничности всему происходящему, Деламонд собирался ударить в спину Екадрине, замыкая круг. Если, конечно, на планете не найдется еще одной Тени, готовой напасть на него. Он рассмеялся.
— Когда-нибудь играли в «Дженгу»? — спросил он у своего отряда. Кто-то кивнул, остальные посмотрели озадаченно. — Знаете, есть такая забава: игроки поочередно вытаскивают деревянные палочки из стопки, пока башенка не развалится. По чьей вине она обрушится, тот и проиграл.
— Все готово, шеф, — сказал Первый, застегивая портупею. — Нам бы того, поспешить, что ли.
Акцент выдавал в нем уроженца Широкого Южного континента Мира Брэннона.
Жак вздохнул и рывком поднялся на ноги.
— Двадцатый, ты с машинами дуешь к космодрому. И не гуди, малой. Ты пока еще не созрел для таких дел. Свяжись с Седьмым. Скажи ему, чтобы тащил сюда корабль и был готов нас подхватить в любой момент. Убедитесь, что лодочка готова к срочному отбытию.
Разведчики умчались вперед на мотоциклах, а стая заняла заранее арендованный автобус. В миле от поля боя они выгрузились, проделав остаток пути пешком по лесопарку. На краю опасной зоны они остановились, ожидая сигнала Ошуа. Жак отправил Третий и Девятый номера оценить позиции лоялистов, и Сороки беззвучно растворились в зарослях. Он же расстелил на земле голокарту и посмотрел на мерцающую миниатюрную проекцию окружающей территории. Стая собралась вокруг.
— Второе звено, — произнес Большой Жак, указывая пальцем, — черные кони успели хорошенько полакомиться хризантемами, пока тайчи не вынудили их спрятаться в стойло. Но не сбрасывайте цветочки со счета. Выманивайте их, ищите, а потом уничтожайте по первому же моему свисту. Теперь Первое. Екадрина — моя. Но ее стая сильна и не была пропущена через ту мясорубку, в которую угодили пацаны Пендрагона. И Ошуа Ди передал мне, что к Шонмейзи примкнул Эпри Гандзиньшау с горсткой своих лилий. Не забывайте, мы идем на выручку черным коням и прочим ребяткам, которых зажали на тех складах. Так что старайтесь не стрелять куда попало. И вот еще что… Белая комета тоже здесь. Ландскнехт, именуемый Олафсдоттр. Оказывает услуги Гидуле. И, парни, где-то там с ними подвисает Падаборн.
Имя прокатилось по губам Сорок, подобно степному пожару. Падаборн. Падаборн вернулся.
Большой Жак, как и старшие Сороки, не стал ничего говорить. Двадцать четыре года тому назад Гешле Падаборн был всего лишь предателем, неудавшимся экспериментом. И сам Деламонд состоял в том отряде, который пошел на штурм министерства образования. Они убили Иссу Джвансон — актрису, чей голос служил рупором восстания в ту безумную, полную тревог неделю. Последними ее словами, разнесшимися до самой Дао Хетты, стали: «Они не смогут заткнуть нам рты». Понятно, она заблуждалась. В тот день на той крыше они нашли разношерстную компанию, состоящую из едва держащихся на ногах Сорок и добровольцев, вряд ли пригодных выступать хотя бы в качестве арьергарда. Все они, разумеется, погибли в бою, но Падаборну каким-то чудом удалось выскользнуть из сетей.
— Да, обороной заведует Падаборн, — заверил он свою стаю, хотя сам в этом очень сомневался. Судя по всему, всем заправлял Ошуа. По слухам, Гешле полностью утратил нюх. Но почему бы и не приврать, если это подбодрит парней?
— Хризантемы в смятении, — возвратился с докладом Девятый номер. — Некоторые отступают. Их Второй пытается навести порядок, но Пендрагон не выходит на связь. Трое или четверо валяются с перерезанными глотками. Трупы свежие. Прекрасная работа в рукопашной. Может, кто-то из черных коней?
— Нет. Их надежно закупорили в ангаре. Отметь-ка находки на карте.
Пока Девятый помечал позиции и перемещения, с информацией о тайчи вернулся Третий.
— Они начали перестреливаться с хризантемами. Кто-то открыл огонь по ребятам Екадрины и ранил Эпри, так что кое-кто решил, что цветочки переметнулись. Еще что-то странное произошло на крыше, но я не разобрал, о чем они говорят. Не рискнул подобраться ближе, побоялся «разрушить башенку». Так что сложил инструмент и двинул сюда.
Большой Жак немного подумал над полученными сведениями, глядя на карту.
— Так, ладно. Меняем планы. Первый, забираешь половину второго звена — четные номера — и срезаешь хризантемы. Кто-то уже успел выполнить за вас основную часть работы. Хватит перекладывать ее на чужие плечи. Нечетные номера пойдут со мной и первым звеном охотиться на тайчи. Загружайте себе карту, мальчики и девочки. В остальном придерживаемся прежних правил. Найти, пометить — по паре на брата, я думаю, — и подать мне сигнал. Услышите приказ — бейте быстро и жестко. Тем самым мы нападем все одновременно и успеем оприходовать половину лоялистов, прежде чем те поймут, что мы зашли им в спину. Все поняли? — Он дождался кивков. — Согласитесь, отличный же план? Но рассчитывайте на то, что все пойдет наперекосяк. Помните, умение предугадывать действия своего врага крайне важно, но не менее важно осознавать, что он может неожиданно поступить совершенно иначе. В сражениях было бы куда проще побеждать, будь в них только один игрок.
Последняя реплика заставила нескольких бойцов улыбнуться. Девятнадцатый же поглядел на Первого, словно ища поддержки. Парнишка был весьма перспективным, и Жак надеялся, что тот переживет эту ночь. Деламонд коснулся уховертки.
— Так. Сигнал от Ошуа. Выдвигаемся.
Не успели эти слова слететь с его губ, как поляна опустела. Лишь случайно задетый Девятнадцатым папоротник дрожал еще несколько секунд. Когда листва успокоилась, Большой Жак улыбнулся. Славные ребята. Потом и он сам растворился в зарослях.
Равн Олафсдоттр никогда не доводилось сталкиваться с настолько дерганым человеком, каким оказался Домино Тайт. Даже для внезапно вернувшегося с того света он был слишком нервным. Укрывшись за старым контейнером, командир лир прохрипел:
— Они идут. Они уже здесь.
Кто именно идет, он пояснять не стал.
— Ты неплохо поработал у них в тылу, — сказала Равн. — Похоже, тебе удалось посеять панику среди хризантем и натравить на них тайчи.
Один из бойцов, укрывшихся рядом, принадлежал к лирам.
— Рад видеть вас живым, босс, — сказал он, но Тень не отозвался.
Это был совсем не тот Домино Тайт, каким Равн помнила его со времен, когда они устраняли последствия стихийных бедствий на Нанк’рессе. Тот человек был хладнокровным и находчивым.
Но с чего она взяла, что он утратил свою находчивость?
— И кто же там? — спросила она. — В игру вступила еще одна Тень? Или рифф? Только не говори, что это Гидула! О-он старо-оват для таких игр.
Ответить — если он вообще собирался отвечать — ему помешала Екадрина Шонмейзи, забросившая зажигательную гранату на крышу западного крыла. Орудия не успели вовремя среагировать, и взрыв уничтожил четыре из установленных там Равн дистанционных огневых позиций. Экраны погасли, и теперь она не могла ни стрелять, ни хотя бы видеть «глазами» своих пушек. Но турели, расположенные дальше, не пострадали, и она переключилась на них, полагая, что после взрыва Эпри бросится в атаку.
— Ему бы по-оспешить, — проворковала она. — Крыша-то-о уже хо-орит.
Она вызвала Ошуа.