Заповеди Леса

 Подавлять чужую волю не самое его любимое занятие. Но эта девушка... Злата... С ней вряд ли можно по-другому.

 Он даже не хотел с ней разговаривать. Он просто пришёл, чтобы увидеть её, рассмотреть, какой она стала.

 Но, когда увидел, то не смог себя контролировать. Злата была такой неж­ной и манящей. Её шея казалась такой хрупкой, а кожа невероятно тонкой и мяг­кой.

 Она испугалась его, он чувствовал, что она еле-еле контролирует страх. И тогда Эрик сделал то, чего не должен был делать. Он попытался подавить волю девушки, заставить её забыть о страхе, хотел утопить её в чужих, его собствен­ных, чувствах. Но всё пошло не так, как он ожидал.

 Злата могла сопротивляться, она сама не осознавала насколько сильна. Возможно, это было к лучшему. Иногда незнание лучше, чем знание.

 Он вспомнил её глаза. И решил, что если бы всё пошло, как он запланиро­вал, то Злата уж бы полностью принадлежала ему. Всецело. И никто бы не смог прикоснуться к его вещи, к его новой, прекрасной вещи.

 Он так сильно хотел увидеть её своими человеческими глазами. И сегодня мечты его сбылись. Она была действительно ангелом в этом поганом мире. Её во­лосы напоминали огонь, а кожа казалась фарфоровой. Но особенно совершенны были её глаза: один тёмно-зелёный, другой карий с вкраплениями зелени. Две прекрасные ловушки.

 Эрика немного пугала та связь, что образовалась в саду. Она была непо­нятной, но прекрасной. И возможно Злата всё же смогла бы ему помочь.

 Теперь у Эрика появилась надежда, и у этой надежды были удивительные глаза.

 Для Ярослава всё складывалось, как нельзя лучше. Злата была рядом, он мог защитить её. Рядом с ним она была в безопасности, настолько, насколько это возможно, учитывая некоторые обстоятельства.

 Его боялись, его уважали. Он стал почти богом, он стал, почти таким же, как его отец.

 Если ты кого-то ненавидишь и мечтаешь его уничтожить, то стань таким же, как он. Подберись ближе, пойми, а затем уничтожь.

 И правы же были те, кто говорил, что чувства всего лишь фальшь. Без них жить намного проще и легче. Ярославу хотелось избавиться от своей последней слабости. Злата. Она словно прореха в его идеально спланированной и созданной жизни. Пока она находилась за пределами этого мира, она подвергалась ужасной, каждодневной опасности. Она должна быть там, где была сотворена. Она должна делать то, для чего была сотворена. Как жаль, что такие возможности бесследно пропадают.

 Кое-что изменилось, граница, так долго державшая тень в этом жалком по­добии темницы, начала исчезать. Сначала исчезло сияние, а затем барьер начал слабеть. Никто из живущих никогда не смог бы почувствовать изменений, но тень чувствовала. Она была слишком сильно привязана к этому месту, к своей тюрьме. И когда решетка темницы начала исчезать, пришло чувство свободы. Это освобо­ждение сопровождалось болью, но она была приятной. Потому что это означало только одно.