Страница 9 из 32
— Посылаете меня в клетку с тиграми? — усмехнулся он.
— Боитесь?
— Дрожу от страха, — ответил он совершенно спокойным голосом.
Джулия представила улыбающегося, развалившегося в кресле Алека. Без рубашки. Она резко наклонилась к столу и опрокинула чашку с кофе.
— Что случилось?
— Да ничего. Я пролила кофе, — ответила Джулия, вытирая стол.
— Надеюсь, вы не обожглись?
— Все в порядке. Чего нельзя сказать о вашем досье. Оно испорчено.
— Может, это и к лучшему. Может, нам стоит начать все сначала.
«Любопытная фраза», — подумала Джулия. Она не была до конца уверена в том, что поняла ее истинный смысл.
— Думаете ускользнуть от посещения блога?
— И это тоже.
«И что он хотел этим сказать?» — подумала Джулия и замолчала на несколько секунд, размышляя над смыслом его слов.
— Джулия, вы меня слышите?
— Да. Извините. — Она снова переключилась на дело. — В любом случае я уже написала письмо Джен и сообщила, что вы будете просто счастливы стать гостем ее блога.
— Я мог бы провести пятничный вечер куда более интересно. Но, по крайней мере, я буду не один.
— Меня не будет рядом с вами.
— Будете. В моих мыслях.
— Хорошо. Но раз уж эта Джен Оуэн такая влиятельная, почему вы не договорились опубликовать пост пораньше.
— Прежде всего, нас интересует пятница — это самое посещаемое время. Как раз в этот период проходят распродажи, и мы ожидаем рост посещаемости сайта. К тому времени мы должны подготовить полноценную стратегию, которая поможет нам справиться с любой реакцией публики.
— Умно. Я смотрю, вы время зря не теряли, — заметил Алек. — Вам удалось хотя бы чуть-чуть поспать в выходные?
Вопрос показался ей совершенно невинным, пока в подсознании снова не возник сон.
Джулия почувствовала не ко времени нахлынувшее возбуждение. Так же как в пятницу, она попыталась проигнорировать свои желания. Как и тогда, ей это практически удалось.
— Я вздремнула пару раз, — ответила она скучающим тоном.
— Кто бы еще говорил про переработки.
— Я стараюсь изо всех сил ради достижения успеха.
— Изо всех сил, — повторил он. — Моя мама назвала бы нас занудами.
В трубке послышался звук телефонного звонка, затем вздох.
— Легка на помине.
— Простите?
— Моя мама звонит. Не хочу брать трубку, но придется.
— Я буду на связи.
Джулия хотела поставить ему плюс за исполнение сыновнего долга, если бы его голос не прозвучал так мрачно.
Алек вернулся домой, в свою съемную квартиру, поздно. Не самое уютное место на земле, но как временное пристанище — сойдет. Тем более после такого ужасного дня. Мало ему было звонков матери, встреч по работе и решений кадровых вопросов, так еще и скандал вокруг его злосчастного интервью никак не утихал. Популярное телевизионное шоу подняло шумиху, официально заявив о своем отказе сотрудничать с организацией «Лучшее — детям», а группа родителей устроила пикет возле здания компании, требуя снять Макэвоя с должности. И все это снимало телевидение.
Алек надеялся проскользнуть незамеченным через парковку, но толпа облепила машину и не давала ему проехать, пока не появилась охрана и не расчистила ему путь. Он боялся даже представить, как эту историю преподнесут в вечерних новостях.
Он бросил ключи на стол, достал из холодильника пиво и открыл бутылку по дороге к дивану. Включил телевизор и стал щелкать пультом, пока не наткнулся на трансляцию бейсбольного матча. Развязывая галстук, он услышал телефонный звонок.
— Вам стоило сообщить мне о пикете, — послышался в трубке раздраженный женский голос.
— Добрый вечер, Джулия, — сказал он и сделал глоток пива.
— Местный канал пустил сюжет об этом инциденте в шестичасовом выпуске новостей и обещал показать продолжение, демонстрируя кадр, на котором вы пытаетесь проехать на своем «порше» сквозь толпу протестующих.
Алек закатил глаза.
— К вашему сведению, я никого не задавил.
— Алек, как вы не понимаете, совет директоров нанял меня именно для таких случаев!
— И что бы вы сделали?
— Как минимум заставила бы вас Толкнуть речь перед тем, как уехать. А то все выглядело так, будто вы преступник, пытающийся скрыться с места преступления.
— Простите.
Последовала небольшая пауза.
— Трудный день? — спросила она.
— Просто ужасный.
— Мой тоже, но по другой причине. — Джулия вздохнула.
— Что-то случилось?
— У нас с дочерью конфликт.
— Вы поссорились, да?
— Еще как, — мрачно ответила она.
Алек изучающе посмотрел на бутылку пива в руках.
— Мы с мамой тоже поругались сегодня.
— Вы хотите сказать, что ближайшие тридцать пять лет меня ожидает то же самое? — произнесла Джулия. В трубке эхом раздался ее смех.
Алеку было не до смеха. Он потягивал пиво, вспоминая причину спора с матерью. Брук собиралась записать на его счет организацию банкета в ресторане, где он был постоянным посетителем.
— Надеюсь, у вас не будет таких проблем, — ответил он Джулии.
Не успел Алек это сказать, как расслышал на другом конце провода детский голос, окликнувший: «Мам!»
— Похоже, вас вызывают.
— Как всегда, — ответила она. — Продолжим разговор утром. У вас все получится, Алек.
Голос Джулии, нежно произносящий его имя, затронул его за живое.
— Вы говорите так, как будто сами в это верите.
— Я и верю. — Джулия откашлялась. — Я ни разу не подводила своих клиентов.
Они попрощались. Алек допил пиво и направился в постель. Было глупо надеяться на то, что Джулия испытывала к нему не только профессиональный интерес, но ему этого очень хотелось.
Не успели часы показать десять утра, как Джулия уже набирала номер Алека. Она провертелась в кровати всю ночь, пытаясь придумать план по уменьшению ущерба его и без того испорченной репутации после этой дурацкой акции протеста. На самом деле бессонница была вызвана не только стратегическим планированием, но о нем она, по крайней мере, могла думать, не краснея как помидор.
— Доброе утро, — произнесла Джулия, как только Алек снял трубку.
— Утро добрым не бывает. Я только что получил письмо от Германа Геллера.
— Я знаю. Он прислал мне копию.
— Значит, вы в курсе, что уровень поддержки моей персоны среди членов совета директоров чрезвычайно мал и стремится к нулю.
— Я знаю. — На кону была не только его работа. — У меня есть план. Освободите свое сегодняшнее расписание с часу дня.
— Зачем? — Его голос дрогнул. Джулия ожидала от Алека большего энтузиазма.
— Группа местных мам собирается провести ежегодный пикник в Гранд-парке. Я думала заехать туда вместе с вами на пару часиков. Вы бы повосхищались деточками, может, даже остались до трех часов дня в жюри конкурса на самую симпатичную малышку… Вы меня слышите? — спросила Джулия, так и не дождавшись никакой реакции.
— Да, слышу.
— И что думаете?
— А без этого никак нельзя?
— Если честно, я не представляю другого способа убедить общественность в том, что вы не монстр. Вам необходимо чаще появляться в кругу детей.
— Я понял. А нельзя мне просто появиться на публике вместе с детьми и обойтись без всякого судейства?
— На самом деле не так уж там все и плохо. Вы на правильном пути.
— Я ничего не знаю о детях и начинаю нервничать, когда они рядом. Особенно дискомфортно я себя ощущаю среди детей постарше.
— Ну, я не знаю. С моими вы прекрасно поладили.
— Правда?
— Правда.
— Что, если меня закидают пустышками или выпроводят из парка под улюлюканье толпы?
«Он шутит. Хороший знак», — подумала она и улыбнулась, представив себе эту картину.
— Снова прибегаете к помощи знакомых?
— Скажем, я обещала организаторам, что компания «Лучшее — детям» предоставит сберегательные облигации победителю конкурса. А еще, раз уж мы все равно там будем, не помешало бы пораздавать купоны на бесплатные упаковки памперсов.