Страница 23 из 43
- Много работы? - почти что безразлично спросила она.
Обычный вопрос, но отчего же так хочется на него и вовсе не отвечать?
- Работа и дискотека еще эта.
Я старался не смотреть на нее, равнодушно пожал плечами. Закинул полотенце на стул, за что получил грозный шлепок по плечу от жены. Ее всегда бесила эта моя привычка. Меня тоже. Но каждый раз повторял, сам об этом не задумываясь.
- Мог хотя бы позвонить.
Когда я лег в постель, Дина устроилась на моем плече, прижалась всем телом.
- Прости, - ответил ей и обнял за талию.
Но тут же промелькнула мысль. Мог бы, конечно, мог. Но даже не задумывался об этом. Я не хотел разговаривать. Не сейчас. Хотел просто ощущать ее рядом с собой, чтобы не думать о той, другой. Резко перевернулся, подмяв жену под себя, и набросился на её губы. От Дины слабо пахло знакомыми духами, но в голове пока еще оставался другой запах.
Я разозлился сам на себя и стал более настойчив. Жена отвечала, выгибаясь, под моими руками, которые гладили и сминали ее тело. В комнате было темно, и в этот момент будто что-то треснуло во мне. Теперь я находился не здесь, не ее видел перед собой. Словно снова оказался в проклятом кабинете. Мне хотелось, чтобы на её месте оказалась эта девушка… чёрт, эта зеленоглазая ведьма.
Жена притянула к себе и стала целовать, я отвечал на автомате, понимая, что это безумие надо остановить. Отодвинулся от неё, зажмурив глаза и встряхнув головой. Проклятье! Я встал на колени и резким движением перевернул жену на живот. Может, сходил с ума, не знаю. Казалось, она даже в темноте может понять, что за буря творится внутри меня.
Дина тихо рассмеялась и стала подстраиваться под новый ритм. Я понимал, кто передо мной. Но тело существовало отдельно от моих мыслей. Стал двигаться быстрее, желая скорее закончить эту пытку. Завтра на коже жены останутся следы, но она не жаловалась. Я чувствовал, что ей нравится. Страсть, только на этот раз какая-то пустая, словно болезненная… Ненормальная.
Уснуть смог лишь под утро, продолжая обнимать жену, напоминая себе о том, что так и должно быть. Именно так и не иначе. А мысли о студентке… что ж, это всего лишь мысли.
ОЛЕСЯ
- Олеся, просыпайся. Олеся.
Кто-то настойчиво и совсем не деликатно пытался выпихнуть меня из объятий Морфея. Можно подумать, что мы чем-то постыдным занимаемся… Просто спим вместе. Я лишь отмахнулась от нарушителя и перевернулась на другой бок, укрывшись с головой одеялом.
- Соловьева Олеся Витальевна, быстро вставай! Не доводи до греха, внучка.
С этими словами с меня сорвали одеяло, и я резко села в кровати. Слишком быстро, мир вокруг нещадно закружился, тут же начала дико болеть голова, словно кто-то пытался мне отрубить ее тупым ножом, каждый раз нанося удары в одно и то же место.
- У тебя есть ровно двадцать минут на сборы. Не успеешь, поедешь как есть.
Бабуля вышла и напоследок хлопнула дверью. Я глянула на часы. Три утра. Домой я пришла всего два часа назад, замечательно. Мне пришлось схватиться за голову, так я и пошла в ванную. Двумя руками держась за голову, потому что реально боялась, если опущу руки, то она расколется на две половины.
Сняла с себя вчерашнее платье, нижнее белье, залезла в ванну и включила душ. Вода приятно, очень нежно и осторожно начала стекать вниз по телу, от макушек и до пят. Алкоголь до сих пор находился у меня в организме, я чувствовала, как он течет по венам и пытается ослабить меня и мои моральные принципы. Шепчет, чтобы я послала куда подальше бабушку и пошла обратно спать.
Закрыла глаза и трясущимися руками схватилась за стену перед собой. Воспоминания вчерашнего вечера, будто фейерверки, начали появляться у меня в голове. Я смотрела на них, пока они меня полностью не ослепили…
Точнее, одно единственное воспоминание. Застонав, я сползла вниз по стене, вода продолжала литься на меня сверху. Подтянула коленки к груди и начала раскачиваться из стороны в сторону. Детская привычка, я думала, что избавилась от нее. Я так всегда делала, когда совершала какой-нибудь проступок и точно знала, что мне влетит за него.
Боже мой. Я даже сама себе не могу признаться, что сделала. Какая же я дура! В порыве безнадежного отчаяния я застонала вслух и пару раз ударилась затылком о кафель. После того, что произошло в кабинете у Андрея Викторовича. После того моего поце… Точнее, после того инцидента я выбежала из кабинета и, как алкоголик после кодировки, начала поглощать спиртное. Меня так трясло, что первый бокал с шампанским я пролила на себя. Почему у человека нет кнопки Delete? C ней жизнь была бы намного проще! Если умру от стыда, то обязательно предложу это нововведение там наверху.
Я даже смутно помню, как пришла домой. Точно знаю, что Маня доставила меня до двери. А дальше… Я уже проснулась от того, что меня будила бабуля.
А может, как в детстве? Когда я была маленькой, то часто представляла себя русалкой. Сказочной, любопытной, свободной. Представляла, как мы с моим другом дельфином плаваем в океане, а под каждым камнем нас ждет незабываемое приключение. И я всем сердцем верила, что в один прекрасный день я превращусь в русалку и уплыву…
Может, и сейчас притвориться? Буду играть в игру сама с собой. Вчера ничего не произошло. Все хорошо, Леся. Ты никогда не ходила к Громову в кабинет. У тебя никогда не перехватывало дыхание от его вида. Кончики твоих пальцев никогда не покалывало от желания прикоснуться к нему. Твое тело не помнит, каково это, прижиматься к нему всеми изгибами. Грудь не жгло огнем от переполняющих тебя чувств. А губы совершенно не помнят его вкуса…
- Олененок, давай шустрей.
Я почти смогла себя убедить, как в дверь ванной постучал дедушка. От неожиданности я распахнула глаза и быстро поднялась из ванны.
- Пять минут! - крикнула я в ответ, но мой голос звучал так, будто принадлежит незнакомке.
Наспех помылась и высушила волосы, вышла на кухню, где Геннадий Петрович и Лидия Владимировна уже были готовы выезжать. Я зевнула и села за стол, где меня ждала чашка с ароматным чаем. Сделала глоток и поняла, что одним чаем я не напьюсь. Молча встала из-за стола и налила воды из фильтра. Залпом выпила кружку, а затем еще одну. Как же хорошо. Утолив жажду, заметила ошарашенный взгляд бабушки и веселый дедушки.
- Хорошо вчера погуляла, внуча? - лукаво спросил дедушка.
Я тут же стыдливо опустила глаза и села на стул.
- Да, нормально… - пробормотала и начала маленькими глотками пить чай.
Бабушка пододвинула ко мне тарелку с бутербродами.
- На вот, поешь.
При виде и запахе еды, мне стало совсем плохо. Я лишь отрицательно покачала головой.
- Что ты бестолковкой своей машешь? Ешь, кому говорят! - тут же завелась бабуля.
- Лида, ну не хочет девочка кушать, что ты ей богу. Рано еще, не проснулась она.
Бабушка сказала нам пару ласковых и, фыркнув, вышла из кухни. Я с благодарностью посмотрела на дедушку, а тот мне подмигнул.
Во дворе стояла тишина, все нормальные люди еще спят. Мы сели в Ладу Федора Николаевича, которую у него взял дедушка на сегодняшний день, и поехали к моей матери. Дорога, да и вообще сегодняшний день, будет тяжелым.
Я устроилась на заднем сиденье и достала наушники.
- Наверное, я посплю немного. Разбудите меня, - предупредила я бабушку с дедом, свернувшись калачиком на заднем сиденье, и включила плеер.
На самом деле спать мне не хотелось, ровно как и слушать разговоре о своей маме. Я воспроизвела в памяти ее образ. Мы так с ней не похожи. Она блондинка, я брюнетка. Она маленького роста, я довольна высокая для девушки. У нее карие глаза, у меня зеленые. Она правша, а я левша. Полные противоположности. Все, кто видел нас вместе, даже и не думали, что мы мама и дочка.
Я лежала, чувствуя под собой, как едет машина, и пыталась вспомнить хотя бы одно хорошее воспоминание, связанное с мамой. Когда я была маленькая, то покупка игрушек мне казалась самым крутым событием в жизни. И у меня были игрушки. Много игрушек. Но когда я подросла и начала понимать, что кроме игрушек мне нужно еще и внимание мамы…вот тогда хорошие воспоминания и закончились. Она из тех мам, которые думают, что воспитание ребенка заключается только в том, как твой ребенок одет и что он получит сегодня на ужин.