Страница 19 из 42
Черт, сколько раз я начинала словами: «Она была обручена с каким-то вежливым придурком и в конце убежала со своим горячим спортивным тренером/корпоративным магнатом/рок-звездой, потому что он оказался ее половинкой»? Как правило, эти «придурки» были виновными, что не подходили идеальной героини. Они были обычно милыми, добрыми, типа Билла Пуллмана в «Неспящие в Сиэтле». Почему я не пишу, что происходит с этими «придурками» после того, как их оставляют невесты?
Почему бы мне не рассказать об их поисках любви, когда они с таким усердием были отвергнуты?
Мне действительно стоит задуматься о моих вымышленных персонажах в этом контексте.
— Думаю, это все объясняет в совершенно новом свете, — мягко отвечаю я.
— Дай ему шанс стать лучше. Эй, даже если он просто развлечется в Лас-Вегасе, мне кажется, это будет не плохо для вас обоих, — Стейси делает глоток коктейля «Май-Тай». — Он — настоящая находка. Когда мы учились в институте, я была влюблена в Нейта, перед Майком. Только не говори ему об этом.
— Я что-то услышал о горячем парне Нейте в университете? — спрашивает Майк, тут же навострив уши, поскольку его невеста заметила кого-то другого.
— А кто все-таки-горячее меня? — спрашивает Нейт, опускаясь рядом на стул и убирая свой телефон обратно в карман.
Стейси и Майк начинаются перекидываться репликами, я же откашливаюсь. Возможно, во мне говорит писатель, но теперь, когда я представляю себе стоического Нейта, Альфа юриста, чье сердце разбито, и он никогда не сможет снова влюбиться, мое отношение к нему явно меняется на лучшее.
— Мы говорили о… чепухе, — наконец произношу я. Гениально, ничего не скажешь.
Нейт улыбается.
— Очень интересно, — он наклоняется чуть ближе, чтобы прошептать мне на ухо, у меня пульс тут же подскакивает. К чему бы это? Это же чисто деловой разговор. — Итак, ты ничего не выяснила? В плане, какие преступления мы еще совершили прошлой ночью, — говорит он.
Я пытаюсь улыбнуться, но это скорее похоже на подергивание. Какого черта, я рядом с ним так нервничаю?
— Я уверена, что если бы наши преступления были сродни мафии, нас бы похитили и засунули бы в багажник машины. Но якудза не склонны посещать Вегас в межсезонье, — отвечаю я.
Нейт отмахивается.
— Я всегда восхищался женщинами, которые в курсе передвижений японской организованной преступности.
— Точно, это одна из моих любимых специализаций, — отвечаю я, делая глоток «Май-Тай». А почему бы и нет? Лас-Вегас, детка. — Ты так и не нашел мою сумку, не так ли?
Нейт вздыхает.
— Я обыскал каждый дюйм стрип-клуба. Парни позволили мне обшарить там все, и ты не захотела бы ползать там по полу, — говорит он, подергивая плечом.
— Ты рисковал подцепить грязь от стриптезерш и высохшую сперму, пока искал мою сумку? — я складываю руки между грудей в жесте мольбы. — Вы, сэр, мой доблестный герой.
— Почему мы должны говорить про сперму, когда собираемся есть? — ворчит он, но в этот раз не слышится раздражения у него в голосе. На самом деле, он улыбается.
— Мне нравится отскабливать калории, — чопорно отвечаю я, макая курицу сатэй в арахисовый соус. — Стоит понаблюдать за кампанией Дональда Трампа, и трехдневный запор тебе обеспечен.
— О Боже! Я был голоден, — говорит он, морщась. — Но сейчас мне кажется, потерял аппетит.
— Я затыкаюсь, — произношу я.
— Да нет же, все нормально. Приятно слушать твою болтовню, — говорит он, беря в рот зеленый карри. — Ты… забавная.
Комплимент от Нейта Векслера? Я почти падаю в обморок.
— Лучших слов я никогда не слышала, — легкомысленно говорю я. Но я ничего не могу поделать, пялясь на его кадык, когда он глотает. От него исходит очень приятный запах одеколона, чистый и солнечный, богатый, мускусный, я жажду его.
Куриные грудки, совершают свою темную магию, предотвращая мое желание, которое меня просто порабощает.
Мы закончили ланч, и удивительно, но я не хочу убить Нейта, а он не жалуется, что я боль в заднице. На самом деле, мы смеялись, рассказывая о своей учебе в институтах. Насколько я понимаю, у нас огромный успех в отношениях. Мы оплачиваем счета, и все направляемся ловить такси.
Черт, я видно до конца не осознаю, что Майк и Стейси сегодня должны пожениться. У них имеется несколько часов перед началом церемонии. Шанна и Тайлер по-прежнему болтают, кажется, он настолько увлечен ей, она симпатичная девушка с чувством юмора, Майк и Стейси все время держатся за руки. Любовь — это прекрасная вещь, которую стоит засвидетельствовать.
— Они выглядят счастливыми, — говорит Нейт, несмотря на хриплость в голосе, в нем проскальзывают нотки радости. — Хоть кто-то. — Он щурится, и его квадратная челюсть напрягается.
Передо мной проявляется его Альфа-боль.
Следует ли мне изложить — Я знаю твою трагическую историю — точку зрения по этому вопросу? Нет, скорее всего нет. Сейчас мы только что вступили в царство цивилизованности.
Стейси начинает рыться в огромной сумке, вдруг перестает отвечать Майку, оглядывается вокруг с открытым ртом, а потом кричит…
— Черт побери, — Стейси вытаскивает руку из моей сумки. Безусловно моей сумки, потому что трудно найти такого особого ярко-розового оттенка еще одну сумку из искусственной кожи. Ее глаза расширяются. — Я забыла о ней. Я нашла ее в отеле в люксе мальчиков этим утром, но вас там не было, и… дерьмо. Я собиралась разыскать вас после завтрака, но закрутилась и… Мне очень жаль. Вы, наверное, так переживали, — говорит она, протягивая ее мне.
Я практически вырываю свою сумку из ее рук, тут же проверяю все ли на месте, все — кредитные карты, водительские права.
— Не знаю, как я собиралась попасть в самолет без моего удостоверения, — стону я, прижимая чертову сумку к груди. — Я так люблю тебя, Стейси. И буду любить тебя. Очень буду любить тебя.
— Осторожно, сегодня день моей свадьбы, — смеется Стейси, поворачиваясь к Нейту, который с нескрываемым любопытством разглядывает мою сумку.
— Ты думаешь, что в сумке есть какие-нибудь подсказки? Что-то, связанное с тем, что мы делали прошлой ночью? — тихо спрашивает он.
Ой бл*дь, возможно.
— Ты идешь? — спрашивает Стейси, широко нам улыбаясь, когда они все впихиваются в такси. Я улыбаюсь и пожимаю плечами.
— Мы, найдем вас в отеле, — произносит Нейт.
— Веселитесь, — звонко говорит Шанна, шевеля бровями.
Да. Мы несомненно будем веселиться, отслеживая то безумное дерьмо, которое совершили вчера ночью. Ник и Нора Чарльз теперь — это мы. Только с безумным количеством выпивки и загадочным убийством. Хорошо бы, чтобы по крайней последнего не было. По крайней мере, я очень надеюсь на это.
Такси уезжает, я копаюсь в сумочке. Сначала нахожу самые обычные вещи — кошелек и блеск для губ. По крайней мере, мне не придется носить больше свой iPhone в кармане. Я бросаю его внутрь к другим предметам.
— Что это? — вдруг спрашивает Нейт, заметив заднюю стенку моего телефона, на которой изображена синяя британская телефонная будка.
— ТАРДИС. Помнишь, такой же, как и у меня на заднице? — с ворчанием спрашиваю я. — Если только ты Whovian[12] , — говорю я ему, продолжая копаться в сумке.
— Whatvian?
— Не что, а кто. Я раньше тебе рассказывала об этом сериале…, — я замираю, потому что в руке держу комочек тонкой белой ткани.
Нейт хмурит лоб и выхватывает его, рассматривая.
— Зачем тебе фата Стейси? — задумчиво спрашивает он. Но мое сердце подскакивает к горлу, я с трудом дышу.
— Фата Стейси короче. И диадема. Поверь уж мне, автор любовных романов отличит одну свадебную фату от другой.
Это только у меня перед глазами рябь прямо сейчас? Мне кажется, что в любую секунду, я увижу неоновую вывеску с мигающими огнями, с яркой надписью: «Ты влипла!»
— Тогда чья она? — спрашивает Нейт и в его голосе слышатся панические нотки, он продолжает упорно смотреть на фату, видно складывая два + два.
12
Whovian – фанат сериала «Доктор Кто».