Страница 24 из 37
Я с трудом слез с коня. Меня не то чтоб шатало, но вот такая усталость навалилась, а я уже давно думал о том, что вот в кино, получается все средневековые воины бьются часами, а потом еще вражеские города грабят и женщин насилуют. Почему такая усталость и апатия, вот сейчас любой враг может просто взять нас пустыми руками. У меня такое ощущение, что если бы не дай бог Борька Моисеев появился тут как предводитель альтернативного вражеского отряда в оранжевых труселях, то он бы успел поиметь все мое войско и даже князя. Почему так?
Что с пленными делать будем - нарушил я молчание обращаясь к деду Бояну.
Отпусти их.
Вот тут я и проснулся, и мое плохое самочувствие вдруг как то растворилось. Как так отпустить - не понял я - и даже выкупа не возьмем.
А зачем тебе выкуп, ты вон их вождя взял - Боян показал на одного из пленников - это Болах, у него был самый боеспособный отряд после Твердислава, а теперь они все в сече сгинули.
Боян повернулся к мужику, что сидел на земле со связанными руками - что Болах, неужто посулы Казмира тебе милее чем старая родовая дружба с Твердиславом. Пошто предал ты его и напал на его людей.
Болах поднял голову - нет больше Твердислава, издох он, и выродок его скоро издохнет. А род его мне Казмир отдал в благодарность за преданность, а земли Твердислава все Зандару достались.
Я ничего не понял, ведь я не знал ни этого Болаха, ни тем более какого то Зандара, а вот про Твердислава информация меня напрягла и я решил уточнить - кто убил Твердислава.
Болах поднял на меня глаза и заржал - ахахахах, ты, это ты убил его. Ты убил его своими обещаниями и посулами счастливой жизни в далеких землях, ты сгубил всех нас. Сидел бы в своих болотах, так нет - Болах уже не говорил, он орал - ты разозлил Казмира служителя бога Вотана, ты глупец, не знаешь того, что вождь германцев данник поганых, а мы его данники и теперь на тебя мерзость болотная обрушится вся степь.
Я ничего не понял, от этого спича и поэтому даже не испугался, понял только одно Казмир почему то является данником Хунну. И с какого перепуга эти поганые Хунну должны на меня обрушится - спросил я.
Какие хунну - ты глупец, ты червь болотный даже не знаешь, что вся степь принадлежит германским вождям великим воинам готам, что служат богу Вотану. По полям сидит десятки родов готских, а мерзкие Хунну все пошли ромеев воевать, их Царь сидит на Дунае и в наши земли не ходит. Так что в степи один хозяин, это вожди готские.
Вот тут я аж припух, откуда этот дикарь знает про готов. Ладно про германцев он знает, ведь германцами называют все народы, что раньше входили в империю царя Германариха, а вот про готов откуда он знает.
А кто такие готы - спросил я спокойным голосом - это что германцев вы так называете.
Готы, это совет вождей германских племен, готы это воины, готы это жрецы бога Вотана, готы это смерть несущие - засмеялся обезумевший Болах - а ты червь посмел стать у них на пу.....
Договорить вождь Болах не успел, стальной клинок вошёл в его мерзкую пасть. Я вытащил клинок и обтер его о рукав, а потом посмотрел на присутствующих. Я ожидал увидеть, страх, ужас, осуждение, да все, что угодно, но вот безразличия я увидеть не ожидал. Так как будто комар назойливый умер, никто из присутствующих даже не поморщился. Может я без сознательно сделал то, что должен был сделать настоящий князь. А действительно, чего это он меня червяком назвал, два раза, я считал. За такое даже в 21 веке можно в грызло получить, а тут то и подавно.
Что скажешь Боян - спросил я деда - пойдут ли на нас вожди готские.
Врет пес - пнул труп Боян - не пойдут, люди сказывали, что почти все готы вместе с Аттилой увели своих людей в поход на ромеев, только вот такие трусы как Казмир и остались.
И ты думаешь, что мы сможем разбить Казмира, пока его товарищи из похода не вернулись - спросил я.
Разбить ты его не сможешь - ответил опуская голову Боян - а вот прогнать можно.
Вот дает дед провокатор, подумал я и какого хрена он стравил меня с этим Казмиром, если нет шанса разбить его воинов. Видно в моих глазах вопрос был написан, поэтому дед Боян ответил сам на не заданный вопрос.
Много поколений наш народ находится под пятой готских вождей. После смерти последнего нашего князя светлого Буса, мы стали рабами. Наших лучших отроков забирают в готские дружины, а лучших дев берут себе в наложницы, с нами обращались как со скотом. Боян поднял лицо и я увидел красные от страдания глаза старика - ты наш единственный шанс, ты первый, кто осмелился назваться князем. Род Твердислава был самым сильным родом, что сидел по Десне, его люди не смирились, они даже находясь в свином загоне продолжали чувствовать себя свободными, поэтому я и предложил тебе в жёны Цветану. Ты должен был связать кровными узами самые сильные рода, но я ошибся в них - дед со злостью пнул труп Болаха - вот они уже не свободны, они смирились с рабским ошейников, они уже не люди, так скот.
Но ты не сморился дед боян, ведь я прав.
Я не ощибся в тебе мой мальчик, ты послан нам самим Сварогом, а теперь отпусти пленников и отдай им тело их вождя, путь идут и скажут, что в этих землях появился настоящий князь.
Я встал, отряхнулся, князь я или не князь, а князь должен быть опрятным. Хоть и выгляжу я ужасно, но все таки встречают то по одежке. С трудом залез на своего коня, и поехал к полянке на которой лежали и сидели связанные воины Болаха.
Я выехал в центр - смотрите туда люди - я показал на реку. Это славная река рода Буса, пусть наш князь и пал от руки подлых готских вождей, но народ наш все еще жив. Идите и скажите, что за этой рекой лежат мои земли, я приму всех кто придет с поклоном и клятвой верности, но кто придет ко мне с мечем, я ему этот меч в глотку засуну - последние слова я уже не проговорил, а прорычал. Забирайте тело своего вождя и убирайтесь к своим родовичам, я думаю, что следующие вожди будут более разумны, чем эта падаль.
Раненых мы загрузили на три ладьи, а я с малым отрядом всего в три десятка воинов о двуконь понеслись к Орше.
Радко устал, вот уже десяток дней и ночей он плутал в лесах и болотах уходя от преследователей. У него осталось слишком мало воинов, а враг силен. Лучшие германские всадники, что прошли множество сражений гнались за ним. Он не мог помочь и своим людям, что уходили в земли Чеслава. Отца уже давно похоронили по всем правилам, как вождя. Выкопали большую яму, закололи лучшего коня, посадили Твердислава на коня, в новой броне, что подарил отцу Чеслав, с лучшим стальным мечем, с луком и полным колчаном стрел. Просидели у могилы три дня, почитая всех родовичей, что погибли в сражениях и отправился маленький отряд на переправу к Славутичу.
У самой переправы их догнал отряд гота Ульгерда. Воины Радко на полном скаку влетали в холодные воды Славутича и вцепившись за холки коней плыли на правый берег. А люди Ульгерда засыпали их стрелами, стоя на левом берегу. Радко одной рукой держался за шею своего коня, а второй поднял щит и старался прикрыться от звенящей смерти, что сыпалась в воду вокруг него.
На противоположный берег Славутича выбрались меньше сотни воинов, вот и всё, всё, что осталось от могучей дружины в три сотни воинов. Он сгубил последних. Радко помнил как смотрели люди на вернувшийся отряд его брата Славко. Тогда прошлым летом его брат собрал пять сотен лучших из лучших и повел их вместе с воинами других родов, чтобы пограбить стойбище поганых. Но вернулись из того похода всего две сотни, вернулся и брат завернутый в попону.
Пока Радко с отцом оплакивал брата, весь род оплакивал своих воинов. С трудом Радко удалось набрать еще целую сотню отроков, и вот теперь от трех сотен лучших воинов осталось лишь девять с половиной десятков, что как побитые собаки бегут от ворога не решаясь даже принять бой. Разве этого хотел его отец, когда соглашался на дружбу со странным болотным князем Чеславом. А может он и и вправду есть демон. Может этот князь болотный, что кормит своих демонов душами младенцев, заманивал род Твердислава на верную смерть, может зря отец согласился, может это самая страшная ошибка, что привела к полной гибели лучшего из родов антских.