Страница 23 из 40
Перекрестный удар ножами. Невероятное зрелище, но продлилось оно меньше мгновения.
Майза торопливо согнул руку с ножом в локте, но Фиро с поразительной синхронностью выбросил свою руку вперед.
Из-за неожиданно сильного давления на кисть, Майза потерял равновесие.
Фиро, воспользовавшись этим, одним резким движением, без единого звука, выдернул лезвие из чужой крестовины и рассек левое предплечье покачнувшегося Майзы.
На удивление быстрый финал схватки, что успела затянуться на несколько минут.
Обрывок рукава рубашки контаюоло покраснел от выступившей крови.
— Господа, у нас есть победитель! — Майза широко улыбнулся и поднял над головой раненую руку.
Секундное молчание сменили сотрясшие комнату одобрительные крики.
Лица членов руководства, во время Церемонии остававшиеся сурово-бесстрастными, осветились, точно их любимый бейсболист только что выбил хоумран. И все кинулись поздравлять Фиро.
— Иеху! Ну ты даешь, Фиро! — приобнял его за плечи один из руководителей. — Победил самого Майзу!
Похоже, все в верхушке «семьи» знали о мастерстве контаюоло. Кстати говоря, Фиро ни разу не слышал, чтобы кто-то из руководства хоть раз говорил о нем с пренебрежением.
Эта мысль точно переключила его из боевого режима в обычный, и от пережитого всплеска адреналина у него на лбу выступил пот.
— Да… Признаться, сам… себе удивляюсь.
— Поздравляю, Фиро.
Силы вдруг разом оставили юношу, но Майза очень вовремя его обнял и помог удержаться на ногах. А следом и другие члены руководства стали сжимать нового коллегу в сердечных объятиях.
Ягурума похлопал немного ошеломленного таким приемом юношу по спине и похвалил:
— Молодец, знатно вырос, знатно. Сколько лет я уже в свидетелях, но ты первый, кто смог победить Майзу во время ритуала!
Последним Фиро обнял Морса и похлопал его по спине.
— Больше мне сказать нечего. Ты истинный каморрист, Фиро.
После чего он взял пистолет из прошлой части Церемонии.
— В честь нашего нового товарища поздравительный выстрел!
Морса направил дуло вверх и нажал на курок. Пуля, пробив деревянный потолок, вылетела на верхний этаж. Видимо, это было традиционное место для стрельбы, судя по нескольким старым круглым отверстиям рядом с новым.
На этом Церемония подошла к концу, ознаменовав рождение нового каморриста.
Сам виновник торжества… Возможно, от радости, то и дело крутил головой по сторонам.
— Хм?..
И вдруг он заметил.
Что с рукава Майзы исчезло красное пятно.
Только он задумался, что бы это могло значить…
Как сверху донесся какой-то глухой стук, как от падения чего-то тяжелого, а следом воздух сотряс пронзительный женский крик:
— Не-е-е-е-е-е-ет!!! Айзека уби-и-и-и-или!!!
Немногим ранее.
Айзек и Мирия все в тех же нарядах шли по городским улицам, подсвеченным первыми электрическими фонарями.
— Интересно, Эннис довезла тех четверых до участка?
— Хоть бы ей потом удалось улизнуть! — с беспокойством в голосе отозвалась Мирия, помня, что Эннис говорила о себе, как о преступнице.
— А все-таки, что она такого могла натворить?
— Может, из дома сбежала?
И ведь понятия не имеет, что это они производили впечатление сбежавших из дома.
— Может быть… Да, может быть. Но все-таки… Какая она сильная, скажи!
— Очень сильная!
— Наверное, это были приемы знаменитого «восточного бартитсу».
— Что такое «бартитсу»?
— Хе-хе-хе, восточное боевое искусство, которым владеет Холмс, герой романов одного популярного английского писателя! Полное название — «Бартон-джиу-джитсу»!
— Ой, Айзек, ты так много знаешь!
— Хе-хе-хе, ты бы тоже поняла его суть, мой друг Мирия, если бы не просто смотрела, а внимательно наблюдала!
Судя по всему, он был поклонником детективов. Вот только едва ли суть бартитсу откроется от простого наблюдения, да и не видел он никогда его вживую.
— Но сильные женщины — это так круто!
— Прямо как Томоэ Годзэн!
И откуда в их головах столько обрывочных сведений?
— Кстати говоря, Айзек! А куда мы идем?
— А-а, насчет этого… — И он резко понизил голос. — Украсть деньги у мафии — задумка классная, но если красть у крупной группировки, мы потом замучаемся скрываться от погони, их же много будет, правильно я говорю? А значит, если красть, то у кого-нибудь поскромнее, вот я заранее и добыл всю необходимую информацию… В этом районе нам подходят «клан Мартиджо» и «клан Гандоров».
— Угу-угу!
— Ну я и подумал, сходим в офис Мартиджо, он ближе всего, разведаем, что там и как.
— На разведку, да?
Полученный от информатора адрес привел их к лавке с вывеской в виде пчелиных сот.
На коричневом фоне белой краской было выведено слово «Альвеаре». Айзек и Мирия не были сильны в языках и не поняли, что это означало «улей».
— Ага, мы на месте!
— На месте!
Они открыли дверь, и им в нос ударил приторный запах.
Вся лавка была заставлена разномастными банками с медом. Можно было решить, что одна из них протекла, отсюда и густой аромат, но в действительности его источником была кастрюля, стоящая на горящей газовой плите позади кассы.
— Добро пожаловать! — поприветствовала их помешивающая ложкой содержимое кастрюли женщина. — Магазин скоро закрывается, если вас интересует что-то конкретное, говорите сразу.
Не самое вежливое отношение к потенциальным покупателям, но Айзека и Мирию оно, похоже, ни капельки не задело. Они продолжали осматривать лавку.
И заметили тяжелую дверь в конце коридора сбоку от кассы.
— Вообще-то нам бы туда?
— Нам бы туда!
В ответ женщина-продавец окинула их тяжелым взглядом.
— Вижу вас впервые.
— Не обращайте внимания!
— Не обращайте!
Женщина еще раз внимательно их осмотрела. Смокинг без бабочки и черное платье. В руках — какой-то чужеземный старинный шлем и странная деревянная маска.
На представителей органов правопорядка они никак не походили, да и разве девушек используют в качестве «подсадных уток»?
Придя к такому выводу, женщина пошла по коридору, коротко бросив:
— За мной.
Она несколько раз стукнула по плотно закрытой двери. Из смотровой щели на секунду полился свет.
После недолгой паузы сбоку двери что-то звякнуло — скорее всего, подняли засов.
Дверь открылась, и из прохода в лавку хлынул ослепительный поток света.
— Ого!..
— Ничего себе!..
Им открылось помещение, очень напоминающее сцену мюзикла. Канделябры на молочно-белых стенах горели теплым и золотистым, как мед, светом. Просторный зал, размеры которого явно превышали площадь самого здания, каким оно виделось снаружи, был плотно заставлен десятью круглыми столами, накрытыми белыми скатертями. С улицы лавка меда казалась отдельным строением, но, судя по всему, у нее было общее внутреннее пространство с соседними домами.
Сбоку было оборудовано что-то вроде сцены, видимо, для выступлений певческих див, на что указывало большое число электрических лампочек в той части зала.
— О, добро пожаловать! — донесся до них голос с небольшим акцентом.
К Айзеку и Мирии подбежала молодая китаянка с красивыми черными волосами. Облегающее красное шелковое платье с золотой вышивкой подчеркивало плавные изгибы тоненькой фигуры, притягивая взгляды всех присутствующих мужчин. Но в ее жестах и манере речи еще угадывалась детская непосредственность, и она не производила впечатления властной хозяйки нелегального бара, скорее всеобщей любимицы уютного семейного ресторанчика.
— Мне очень жаль, сегодня у нас много столиков зарезервировано, поэтому мне придется проводить вас за один из крайних.
Действительно, в клубе было совсем мало людей: несколько стариков и, почему-то, ребенок. Плюс три плохо различимых силуэта в самой глубине зала.