Страница 6 из 40
Может быть, они умрут. Не ‘может быть’. Встреча с катастрофой означает, что они наверняка умрут, и не меньше. Как Манато. Харухиро не хотел, чтобы кто-нибудь умирал. Он не хотел снова совершать эту ошибку еще раз, поэтому к рассматриваемому вопросу нужно подойти серьезно.
Что подняло вопрос — если на карту ставится жизнь, то что плохого в том, чтобы просто делать то, что они делали раньше? Однако, когда Харухиро думал об этом, он понял, что после того, как они купили контракты Кримсон Мун, они возвращаются в Дамроу день за днем, не чтобы заработать деньги на новые умения, заклинания или покупку оружия и доспехов. Уже нет. Они делают это без какой-либо реальной цели.
Энтузиазм каждого был намного выше, когда они стремились достичь реальной цели. Было чувство срочности — нужно постоянно подталкивать себя, чтобы стать лучше. Все знали, что если они не станут сильнее, они никогда не выполнят желание — отомстить за Манато.
Но те дни прошли. Работа закончена, миссия выполнена.
Или так чувствовал Харухиро. Мог ли он сказать, что-то где-то между тогда и сейчас, что они не стали слабее? Что им не стало комфортно, и они остановились на достигнутом?
Не то, чтобы держаться на плаву, как они сейчас — это плохо. Это означает простоту и легкую жизни. Но Харухиро не мог отделаться от мысли, что это когда-нибудь вернется и хорошенько аукнется им.
Когда никто не предложил других вариантов, дискуссия закончилась без какого-либо вывода.
— Эм, мы можем оставить это на завтра? — робко предложила Шихору.
Харухиро и остальные встали, пожелали Мэри спокойной ночи и отправились к ночлегу. На полпути Харухиро остановился.
— Ребята, вы идите, — сказал он остальным. — Мне нужно, эм…
— Тебе нужно? — Юме моргнула. — Нужно что? Что-то не так?
— Эмм… туалет! Точно, туалет! Не думаю, что смогу терпеть всю дорогу, поэтому…
Ранта слегка фыркнул:
— Тогда просто сходи за куст или что. Здесь их много. Мы тебя подождем.
Почему, с раздражением подумал Харухиро, когда мне меньше всего нужно, Ранта думает быть вежливым? Наверно, он делал это не нарочно, но это без конца раздражало Харухиро.
— Ни за что я не собираюсь мочиться в общественных местах, — ответил Харухиро. — Я найду магазин или еще что, и использую их уборную.
— Конечно, Мистер Высококлассный Актер, — усмехнулся Ранта. — Без разницы.
Харухиро позволил надоедливому Ранте вернуться к его ненадоедливым товарищам, в то время как он возвращался в Шерри. У него было ощущение, что он видел Мэри, возвращающуюся в таверну после того, как они покинули ее ранее, и быстрый взгляд на вход подтвердил это.
Мэри сидела одна в дальнем конце бара. Он подошел к ней и показал на место рядом:
— Мэри. Можно я присяду?
Мэри выглядела немного удивленной, но кивнула.
— Конечно. Разве вы все не ушли?
— Я думал то же о тебе, — ответил Харухиро с легкой улыбкой, пока устраивался на стул рядом с ней. — Ты действительно пьешь? Что-то алкогольное?
Будто бы немного смущаясь, Мэри опустила взгляд и пододвинула керамическую кружку поближе к себе.
— Я была в настроении для еще одной кружки медовухи.
— Медовуха — это медовый ликер? Тогда, думаю, тоже возьму одну.
Причина, по которой Харухиро вернулся, заключалась в том, чтобы поговорить с Мэри на определенную тему, но ему было сложно начать. Хоть эта тема достаточно сложная, чтобы поднимать ее в присутствии всех, по другим причинам эту тему сложно поднимать, когда даже все ушли.
Официантка вернулась с медовухой. Она оказалась не медового цвета, а скорее красноватого. Должно быть, добавили другие ингредиенты. Харухиро сделал глоток и обнаружил, что напиток сладкий с кислым оттенком.
— Он немного приправлен малиновым сиропом, — сообщила ему Мэри.
— А, понятно. Я подумал, что он по вкусу больше фруктовый. Он хорош.
— Что-то случилось?
— Эмм…
Ничтожество, Харухиро ругал себя. Его неспособность начать разговор ничтожна. Я — отстой. Я полный отстой.
— Мэри, ты была во многих группах, так ведь? Я хотел спросить…
Харухиро подумал, что увидит изменившееся выражение лица Мэри, и сразу понял, что все испортил. Теперь Мэри — член команды, но это не значило, что она оставила позади свое прошлое, или что она вернулась к веселой себе, которой была раньше. Понятно, что она не хотела напоминаний о событиях прошлого, и Харухиро пожалел об этом.
Но Мэри слегка качнула головой и сказала:
— Все в порядке. Не беспокойся об этом.
— Правда? Я не хотел бы, чтобы тебе было некомфортно, потому что — ну, я не хотел бы, знаешь — в смысле, я тот, кто поднял эту тему… — нервничая пробормотал Харухиро.
— Что ты хотел спросить меня?
Может быть, он читал слишком многое, но лицо Мэри, казалось, затвердело. Однако если остановиться сейчас, наверно, будет хуже.
— Мне просто интересно, — осторожно сказал Харухиро, — что ты думаешь о нашей группе. Насколько мы хороши. Стоп, точнее, не ‘мы’. Только я.
— Насколько ты хорош в чем, Хару?
— Эмм... Немного странно для меня, говорить о себе так, но я, знаешь, действительно ли что-то вроде лидера?
— Что-то вроде? Ты не лидер?
— Эм, может быть? Я веду себя так и делаю всякие лидерские штуки, но…
Мэри закрыла глаза, на мгновение задумавшись, и затем сказала:
— По моему опыту, лидеры делятся на две основные категории.
— Категории?
— Диктаторы и Исполнители. Я сама придумала им названия, поэтому не воспринимай это слишком серьезно.
Харухиро кивнул.
— Диктаторы — это кто-то сильные, так? Кто-то, кто ведет, таща людей за собой силой? Или что-то вроде?
— Именно. У большинства из них жестокая и бескомпромиссная личность, и у них есть возможность заставить остальных подчиняться. Другие в группе действуют согласно воле лидера и только его — если они не подчиняются, тогда их накажут или выбросят из группы. Члены, которые полностью не довольны личностью лидера, долго не задерживаются.
Ренджи из этой категории, понял Харухиро. Никто не посмеет его ослушаться.
— А Исполнители — это наоборот? — спросил Харухиро. — Более дипломатичны?
— Верно. Они харизматичны и красноречивы, очень хорошо принимают во внимание мнения других. Им необязательно быть очень сильными или умелыми в бою. Вообще, они могут быть совершенно бесполезны в бою. На первый взгляд, это кажется странным, что такие люди могут вести, но именно они могут уладить споры и собрать всех вместе как команду.
— Точно. Диктаторы и Исполнители. Понял. И… к какой категории отношусь я?
Определенно, он не в категории Диктатор; в этом он точно уверен. Оставался Исполнитель? Но на самом деле он не внушает почтения, и не особо красноречивый. Он не считал себя харизматичным, и даже если он обладает каким-то количеством силы воли, этого не достаточно, чтобы вдохновить остальных на подчинение.
Но хоть Харухиро знал, что он проигрывает во многих областях, он хотел бы стать Исполнителем.
К какой категории относился Манато? Независимо от того, сколько бы он об этом думал, Манато определено был сильнейшим бойцом в их группе. Однако он не тащил никого за собой. Все просто и естественно подчинялись ему и следовали за ним.
— Есть ли что-то между Диктатором и Исполнителем? — спросил Харухиро.
— Конечно, — ответила Мэри. — Я обобщила это только сейчас. Нет четкого разделения между ними. Есть архетип Диктатор, но есть лидеры, которые совмещают черты Диктатора и Исполнителя. Иногда это зависит от ситуации.
— Другими словами, все люди разные. И ты можешь быть где-то угодно в этом диапазоне.
— Да. Прости, я знаю, что мой ответ не очень полезный, — добавила Мэри.
— Нет, он полезный, — успокоил ее Харухиро. — Если бы я должен был выбрать одну из категорий, я бы сказал, что я, наверно, Исполнитель. Правильно?
— Думаю да.
— Хмм, — Харухиро перевел взгляд к потолку. — Думаю, как Исполнитель, может, мне нужно быть более настойчивым. И говорить что-то вроде ‘Я хочу сделать это, я хочу сделать то, будет лучше, если мы это сделаем’ или что-то в этом духе. Не выходит ли так, что в команде только Ранта говорит то, что думает? Большинство из нас, включая и меня — мы будто бы пассивно плывем по течению.