Страница 6 из 14
Он поднял взгляд:
— Ричард.
Девчушка стояла очень близко. Протяни руку — дотронешься. Но вместе с тем казалась нереальной. Волшебным существом из старых легенд.
— Анна Невилл, — по-детски припухлые губки раздвинулись, обнажив ровные белые зубы.
Ну, конечно! Младшая дочь Уорвика. Дик лишь теперь понял, почему внимательный взгляд тёмных глаз показался столь знакомым. Анна напоминала отца уверенной дерзостью и величием, но не лукавством. Притворства в ней не ощущалось совершенно.
— Теперь мне будет дозволено проводить вас, моя госпожа?
— А вот и нет! — девочка тряхнула головой, отчего из причёски выскользнуло ещё несколько прядей. — Вы находитесь в моём замке, сэр рыцарь!
Она засмеялась и скрылась за углом. Ричард покачал головой, медленно поднялся и продолжил свой путь в библиотеку. Этим вечером он познакомился и со старшей дочерью графа.
В зале играла музыка, и весело плясали по стенам и полу отсветы огня. Один из нечастых вечеров, когда молодые люди были предоставлены сами себе. У окна, занятые разговором, расположились Рэтклифф и Ловелл. Френсис, завидев Ричарда, приветливо помахал рукой, но Глостер не спешил подходить к друзьям.
Джордж сидел в обществе высокой статной девушки в лиловом. Та была не намного старше Дика — на год или два, — но вела себя, словно взрослая дама. Держалась с достоинством королевы. Каждый её жест казался выверенным. На собеседника она не смотрела, лишь изредка бросала заинтересованно кокетливый взгляд из-под длинных ресниц. Сидящая рядом с ней Анна без стеснения ёрзала на стуле. На лице девчушки стыла самая настоящая скука.
— Дикон... — брат заметил его присутствие лишь тогда, когда юноша подошёл почти вплотную. — Перед тобой леди Изабелла Невилл, старшая дочь графа Уорвика, и её сестра Анна. Дамы, позвольте представить вам моего брата Ричарда, герцога Глостера.
— Благодарю вас, герцог Кларенс, — величественно произнесла Изабелла, сопроводив слова слегка заметным наклоном головы. — Мы рады встрече со столь блистательным кавалером.
«Это может быть весьма полезно для нас», — мысленно продолжил за неё Ричард и не сумел сдержать усмешки.
Он изысканно поклонился:
— Рад знакомству, леди.
Изабелла скользнула по нему безразличным взглядом. Губы её растянулись в притворной улыбке. Посчитав все предписанные этикетом меры соблюдёнными, девушка вновь обернулась к Джорджу. Анна на этот раз рассматривала Ричарда внимательнее и даже оценивающе.
— Нет, — наконец выдала она, — всё с вами хорошо. Ни малейшего изъяна!
Джордж посмотрел удивлённо. Дик рассмеялся.
— Энн!..
Девочка фыркнула и взглянула на Изабеллу, не скрывая превосходства, с вызовом, столь понравившимся Ричарду при их первой встрече.
— Прошу извинить мою сестру, — старшая Невилл сморщила носик. — Она дурно воспитана.
Ричард поклонился девочке:
— Могу я предложить леди Анне своё общество?
— Вне сомнений, сэр рыцарь, — быстро произнесла девчушка, не позволяя сестре ответить отказом. Взвилась со своего стула и оперлась на руку Дика. — Идёмте.
В тот вечер к Рэтклиффу и Ловеллу он так и не подошёл. Хотя позже с удовольствием представил друзей леди Анне.
Дни текли всё так же быстро. К краткому курсу естественных наук прибавились шахматы. Ведь истинный рыцарь обязан овладеть этой игрой в совершенстве. Иначе он не сумеет управиться с армией в реальном бою.
Каждый день юноши практиковались в верховой езде, охоте, во владении оружием. Вечером они обучались пению, танцам и игре на музыкальных инструментах. Ричард прилежно относился ко всем занятиям, но его основные усилия были направлены на совершенствование боевого искусства. Маленькую леди Анну он также старался не обделять вниманием.
Эдуард не забывал о младших братьях, постоянно интересовался их успехами у Уорвика, отправлял послания и даже гостил в Миддлхейме несколько раз. Новыми землями и почестями он осыпал их одинаково щедро, но Джордж отчего-то казался недоволен. Он сильно изменился за эти несколько месяцев.
Копыта Серри прогрохотали по навесному мосту. Конь заржал, приветствуя знакомых лошадей. Дик натянул повод, заставив скакуна застыть на месте, красиво изогнув шею. Спешился и поднял руку в приветственном жесте:
— Френсис!
— Я собирался промять вороного, — Ловелл с удовольствием потянулся. Рассвело с час назад, но виконт терпеть не мог вставать рано. — А ты, я вижу, сегодня и не ложился.
Дик повёл плечом:
— Ошибаешься, спал как убитый.
— Не шути так накануне первого турнира!
Ричард рассмеялся и, ткнув друга кулаком в плечо, повёл Серри в конюшню. Коня следовало расседлать и обтереть.
Уорвик, ободрённый успехами подопечных, решил устроить в замке настоящий рыцарский турнир. Гонцы вот уже более недели колесили по округе, зазывая:
«СЛУШАЙТЕ! СЛУШАЙТЕ! СЛУШАЙТЕ!
Да пусть все принцы, сеньоры, бароны, рыцари и дворяне из земель этого королевства! И всех других христианских королевств, не объявленных вне закона и не враждебных нашему королю, да хранит его Господь, знают, что состоится великий праздник и благородный турнир с булавами установленного веса и затупленными мечами, в соответствующих доспехах, с плюмажами, гербовыми накидками и конями, покрытыми попонами с гербами благородных участников турнира, согласно старому обычаю!
И чтобы знать это лучше, все принцы, сеньоры, бароны, рыцари и дворяне из вышеуказанных владений и рыцари из любых других земель, кто не изгнан и не враг нашему королю, кто желает принять участие в турнире и ищет чести, могут нести эти малые щиты, что даются вам сейчас, дабы все могли знать, кто участвует в турнире. И каждый, кто хочет, может иметь их: эти щиты разделены на четыре части гербами четырёх рыцарей и дворян-судей турнира!»
И многие славные рыцари спешили принять в нём участие.
На поле близ Миддлхейма готовили ристалище. Избранный участок обнесли прочной деревянной оградой, с одной её стороны построили трибуны для знатных зрителей. Отдельно возвели ложи для специально приглашённых гостей, организаторов турнира и прекрасных дам.
Замок не вместил бы всех участников и их свиту, но того и не требовалось. Рыцари предпочитали жить в шатрах. Каждый стремился взять с собой сколь возможно более свиты, дабы роскошью своего выезда затмить всех вокруг.
К Миддлхейму стекались реки из людей и повозок изо всех соседних деревень, городов и замков. Вокруг турнирного поля возникали целые поселения. Подъезжали торговцы и устраивали ярмарки, на которых при желании удалось бы приобрести не только еду и одежду, оружие и доспехи, но и лучших лошадей.
Всюду царило оживление. Хлопали на ветру флаги. Сверкало оружие. В глазах рябило от щитов и гербов.
Не проходило дня, чтобы кто-нибудь из молодых людей не покидал замка. Учителя, обычно ревностно следившие за соблюдением расписания, закрывали на это глаза. Слуги стали расторопнее, а служанки — шумнее. Всеобщее оживление захватило даже чопорную Изабеллу, Анна же веселилась от души.
Минули тяжкие годы правления Маргариты Анжуйской. Французская волчица ненавидела англичан и завидовала чужому достатку и благополучию. Она даже ввела ограничения на количество и качество одежды, которой имел право располагать каждый подданный её королевства.
Простолюдинкам полагалось не больше одного платья. Но и то обязательно должно было быть чёрного цвета. Нижнего белья разрешалось иметь не более одной пары. Две сорочки, один чепчик и не более того. Дворянки имели право только на три платья. Причём зимой они обязаны появляться в одежде только голубых тонов. Эдуарда возлюбили все от мала до велика благодаря одной лишь отмене столь зверского закона.
И только пожилой ветеран, учащий молодых людей бою на мечах, кряхтел и хмурился.
— Считается, будто участие в турнире способно дать необходимые навыки для реального боя, — неустанно повторял он. — Не так это. Далеко не так. Баловство.