Страница 69 из 113
- Смотри под ноги, Ситэрра, - прошипела Роксэль. Мари чуть не споткнулась, засмотревшись на особо затейливый головной убор, с которого при каждом движении владелицы сыпались лепестки. – Живее, к тронам. И поклонись всем, кому положено.
- Злюка, - пробурчала Мари под нос, чтобы советница не услышала.
Королевские троны в Весеннем Дворце, как и в Зимнем, располагались на возвышении. Отличались цветом обивки, порадовав Мари обожаемой зеленью – нежной, ненавязчивой, совсем непохожей на болотный оттенок оформления Замка Луда Крона в Орэне. Немного удручали коричневые ступени, усыпанные лепестками алых роз. Сочетание показалось кричащим и зловещим.
Внизу перед тронами в креслах с высокими спинками расположились остальные особы Королевских кровей. Справа сидели представители Весеннего Дворца: Принцесса с немолодой тощей дамой. Судя по высокомерному выражению лица, это была родственница, привыкшая командовать. Соседство не вдохновляло Весту. Её Высочество отодвинулась, насколько позволяло пространство. Слева от тронов расположилась семья Дората: надутая индюком мать и постукивающий по подлокотнику сын. Гнев Его Величества испарился, уступив место грусти.
Кресла по соседству с Зимними гостями занял клан Орса, во главе с Сентябриной. Королева Осени напомнила хищную птицу. Властная натура особенно чувствовалась на фоне напряженных лиц сыновей. Повелители Лета – Агуст и Росанна, восседавшие напротив, источали благодушие. Король вальяжно закинул ногу на ногу и что-то игриво нашептывал супруге, отчего природный румянец на ее пухлых щеках становился ярче.
Юные подданные, выделенные Их Величествами для «благословения» молодоженов, остановились у кресел своих Повелителей. Повернулись лицом к главе независимого совета, поднявшемуся на нижнюю из трех ступеней к тронам. В честь Весеннего праздника отец мнимого ловеласа Лелима – Камир Арта - облачился в расшитый золотом зелено-коричневый камзол поверх собственных Зимних одежд. Прежде Мари видела пожилого советника издалека. Вблизи он выглядел старше. Лицо вдоль и поперек изрезали морщины, волосы и аккуратная бородка совсем белые.
Арта сделал знак, призывая гостей к тишине. Его послушались беспрекословно. Всем не терпелось увидеть церемонию, а дамам – платье невесты, которое, по слухам, представляло собой нечто умопомрачительное.
- Братья и сестры, - пафосно начал советник. – Сегодня мы собрались здесь, чтобы соединить нерушимыми узами брака этого мужчину, - Арта указал рукой в сторону тронов, откуда (не иначе, как из потайной двери) вышел Мартэн Флорана. – И эту женщину, - взгляды гостей приковались к главному входу в зал, откуда, не заставив себя ждать, появилась невеста.
Платье Эллы вызвало восхищенные вздохи. Воздушное, цвета молодой листвы, оно излучало свежесть раннего Весеннего утра. Пояс из живых белых цветов, обхвативший тонкую талию и убегающий шлейфом по пышному подолу, дарил наряду особенное очарование. Мари перевела взгляд на лицо невесты и брови поползли вверх от удивления. Элла Монтрэ была копией тощей дамы рядом с Вестой. Но значительно моложе. Значит, Иоланта! Неудивительно, что Принцесса сторонилась будущей родственницы. Мари с уважением посмотрела на Её Высочество. Вот это выдержка!
Мартэн и Элла подошли к советнику. Король в коричневых одеждах, украшенных листвой, встал к Мари спиной, невеста – лицом. Получив возможность рассмотреть дочь Королевской фаворитки, Мари разочаровалась. Ной прав: девушка не первой свежести. Далеко не юная, очень худая – того гляди сдует ветром. Черты лица приятные, особенно большие серые глаза, но кожа бледная, отдающая болезненной зеленью. Волосы будущей Королевы, как у истинной дочери Весны, отливали чернотой, но не слишком насыщенной. У Мари шевелюра побогаче.
Куда Мартэн смотрел? Не нашел избранницу симпатичней? Он, как и сестра, не без оснований слыл во Дворце первым красавцем.
Камир Арта, тем временем, продолжал церемонию.
- Готов ли ты, сын Весны, связать судьбу с этой женщиной и разделить с ней предначертанное небом?
- Готов, - не раздумывая, ответил Мартэн и выпятил грудь.
Тот же вопрос Арта адресовал Элле, и Мари почудилось, благодушия в его голосе поубавилось. Услышав положительный ответ, советник хлопнул в ладоши. С золотым подносам в руках появилась Роксэль. Невеста, не дожидаясь приглашения, подмигнула Мартэну и протянула руку Камиру. Тот дежурно улыбнулся, взял с подноса зеленый побег, напоминающий дикий виноград из беседок на срединной территории, несколько раз обмотал податливым растением кисть Эллы и предоставил жениху завязать концы.
Мари не доводилось присутствовать на свадьбах, однако гораздо больше церемонии её интересовала реакция окружающих. Особенно представительниц Весеннего Дворца. Веста не сумела скрыть истинных чувств. Побледнев и вонзив ногти в ладони, с мукой смотрела на брата. В изумрудных глазах читалась боль, причиняемая невидимым ножом, вонзенным в сердце. Её соседка победно сжимала кулаки, не сдерживая ликования. Сегодня дочь заткнула рты сплетникам, которые годами перемывали Иоланте кости. Элла совершила то, чего не мог Цвет – сделала её членом Королевской семьи.
- Шар! – приказал глава совета.
Мартэн тоже обзавелся зеленым «браслетом», и внимание гостей сосредоточилось на Мастере, гордо несшем через зал Шар Стихий – зеленый, в отличие от белого собрата из Зимнего Дворца.
- Дети Весны, - обратился Арта к жениху и невесте, приняв символ Королевской власти из рук Соджа, - вы готовы разделить дар, ниспосланный Повелителям погоды, чтобы применять его во благо стихийников и людей?