Страница 21 из 113
Наряд не походил на платья, полученные от Зимнего Дворца после окончание Академии. Они были добротными и достаточно элегантными для повседневной носки. Но Мари чудилось, что белая одежда сковывает каждое движение, мешает дышать. Руки тянулись поправить юбку или оттянуть ворот. Стихийница понимала, что виной тому её воображение, но побороть себя не получалось.
Праздничное платье, хоть и уступало злосчастному наряду Ловерты, сочетало изысканную строгость с буйством кружев, оплетающих тело до подбородка, и казалось живым. Подол наряда портные сделали не столь пышным, как платье-торт Фальды Сильваны, а рукава короткими и прямыми, в отличие от пафосных воланов, вечно украшавших руки Дайры Норди. Завершающим штрихом к белоснежному великолепию стали шелковые перчатки с тоненькими лентами на запястьях.
Разглядывая себя в зеркале, Мари с надеждой подумала, что теперь время в свите Северины пролетит быстрее. Накануне пришло новое послание от секретаря Королевы-матери. Уна Эрнэ сообщила, что большую часть дня Мари вместе с другими одиннадцатью подданными предстоит провести в малом тронном зале, куда паучиху придут поздравить гости. Элия Норлок, отлично изучившая привычки старой перечницы, рассказала, что Северина не любила сидеть на празднике Летнего солнцестояния. Присоединялась к сыну и невестке в самом конце - ради парада масок.
Но радовалась Мари рано. У дверей в малый тронный зал обнаружились обе заклятые однокурсницы. Верна Лоэ незамедлительно отпустила обидную колкость, а Дайра Норди демонстративно отошла в сторону, будто присутствие полукровки могло наградить её неизлечимой болезнью. Мари проводила нахалку хмурым взглядом, отмечая, что та не выглядит довольной. Дайру тоже не вдохновляла великосветская обязанность.
- На парад масок возьмут четверых из нас, - шепотом объяснил Дронан Лили, пока свита ждала разрешения войти. – Двое сядут у ног Короля, по одному – возле Королев. Дайре по жребию выпала Хлада. Представь, как она бесится!
Еще бы! Мари бросила взгляд на ухмыляющуюся Верну и сжимающую кулаки Дайру. Последней точно не позавидуешь. На кудрявую голову без конца сыпались неприятности, а несение службы у ног молодой Королевы Хлады, происходившей из ненавистного клана Лоэ, худшая из бед.
Свиту ввели в малый тронный зал после тягостного получасового ожидания. Расставили полукругом за троном Северины. Встретиться с паучихой взглядом Мари пришлось на миг. Из всех подданных Королева-мать удостоила «чести» её одну, выделила, вновь дала понять, что имеет виды. Зато, стоя за спиной Её Величества, Мари получила возможность внимательно наблюдать за каждым гостем, среди которых один за другим побывали и пять кандидатов в отцы.
Первым – на правах родственника - явился Джеб Лоэ. Поклонился по этикету: приложил правую руку к груди, чтобы кончики пальцев касались левого плеча. Голову опустил ниже, чем принято, тряся козлиной бородкой. Его подобострастность не впечатлила Северину, а вызвала град насмешек. Королеву-мать не смущало, что она позорит главу именитого клана на глазах юных подданных, среди которых младшая дочь Лоэ. Мари испытала легкое злорадство, заметив, как губы Верны сошлись в тонкую линию, но одернула себя. Нельзя уподобляться злобным девчонкам. Неровен час, сама станешь такой же!
- Я начинаю подозревать, что твоя семья, Джеб, подсунула нам бракованный товар, - скрипучим голосом объявила Северина, потягивая из бокала кроваво-красное вино. – Полгода прошло со дня свадьбы, а твоя дочь не думает выполнять главную задачу.
- Дайте срок, Ваше Величество, – засмущался Лоэ и отвесил новый поклон. – Наш клан всегда славился плодовитостью.
- Мне надоело ждать! – прикрикнула Королева-мать, спугнув белоснежную болонку, лежащую на подушке возле ног. – Передай ненаглядной дочке: если в ближайшее время я не получу счастливую весть, ей придется забыть о короне.
- Да, Ваше Величество, – прошептал отец молодой Королевы и, продолжая кланяться, задом направился к выходу.
Следующим из «родителей» перед паучихой предстал Рофус Сильвана. При виде отпрыска главы стихийного правопорядка Северина смягчилась и разрешила подданному приложиться к руке.
- Замечательно выглядишь, дорогой, - сделала паучиха откровенно фальшивый комплимент.
Внешность низкорослого Рофуса не выдерживала критики. Помимо полноты, ему достались длинный с горбинкой нос, близко посаженные глаза и кривые ноги. Он мог бы сойти за простофилю, если бы не цепкий прощупывающий взгляд – ледяной и безжалостный. Мари представила, как несладко приходится тем, кто попадает в поле зрения Рофуса, и поёжилась.
- Жду тебя завтра, - проговорила Королева-мать, похлопав подданного по пухлой щеке. – Пора обсудить текущие дела и планы на будущее. Время не ждет.
Гораздо суровее Её Величество встретила Игана Эрслу, главу Погодной канцелярии – худого высокого мужчину с седыми волосами до плеч. Не насмехалась, нет, но разговаривала высокомерно и пафосно. Погодника это не трогало, он отвечал размеренно, без эмоций. В его облике сквозило нечто промозглое. Если б Мари предложили охарактеризовать этого кандидата в отцы, приводя в пример осадки, она назвала бы снег с дождём.
- Как продвигаются опыты, Иган? – полюбопытствовала Северина. – К декабрю в нашем распоряжении должен появился новый подвид вьюги. Провала не потерплю, запомни! – она погрозила пухлым пальцем с массивным перстнем с бриллиантом.