Страница 39 из 68
В еще одной недавней публикации, авторами которой являются Рунджуан Лиу и Дэниел Трефлер, приводятся новые свидетельства того, что привлечение подрядчиков за рубежом и вывод производств в другие страны оказывает негативное влияние на рынок труда. Авторы исследования выяснили, что число представителей подвергнутых исследованию групп экономически активного населения, перешедших на работу с более низкой оплатой труда в менее прибыльные сектора, выросло на 17%, число безработных среди них выросло на 0,9%, а доходы тех, кто сохранил рабочие места, упали на 2,3%.
Однако не стоит поспешно заключать, что вывод производств и наем подрядчиков за рубежом, как ни посмотри, — это зло. Авторы исследования не претендуют на то, что ими проводится вычленение каждого отрицательного последствия и каждого положительного результата данной тенденции. Они лишь задаются вопросом, не стали ли некоторые сегменты американского рынка труда более инертными вследствие влияния рассматриваемой тенденции. И ответ здесь определенно утвердительный.
Согласно стандартному экономическому подходу к вопросам международной торговли данные потери рынка труда должны компенсироваться увеличением выгоды в чем-то другом. Поэтому, возможно, уровень зарплат и падает в ряде секторов, но рост рабочих мест и зарплат в других секторах это компенсирует. Однако обнаружить эту компенсирующую выгоду в цифровых данных представляется сложным, за исключением, может быть, дохода на капитал. Вероятность повторно найти работу у потерявших ее остается достаточно слабой еще с конца 1990-х гг., и вины китайцев здесь нет. Все эти годы наблюдается рост спроса на вполне определенные категории квалифицированных работников, а не на работников вообще. В какой-то мере потери на рынке труда компенсируются более низкими ценами на товары, производимые теперь за рубежом. Однако насколько именно, мы не знаем.
Существуют и дополнительные, хотя и косвенные свидетельства в пользу вывода производств за рубеж. Экономист Майкл Мэндел исследовал данные по производительности американской экономики за декаду 2000-2010 гг. В начале декады вычисленный рост производительности был довольно высоким, но роста зарплаты в реальном выражении не происходило, как не было и роста числа рабочих мест. Это представляется загадкой, поскольку более высокая производительность достаточно быстро находит свое выражение в росте заработной платы. Мэндел внимательно рассмотрел имеющиеся данные и пришел к предположению, что мы смешиваем два разных вида производительности — производительность, достигнутую за счет увеличения эффективности труда американских работников, и производительность, связанную с выводом производств.
Допустим, что американский инвестор переносит часть своего производства из Огайо в Шанхай: разумеется, что заработная плата в Шанхае ниже, чем в Огайо. На практике расчеты нашей производительности делаются таким образом, что такое перемещение рабочих мест, как правило, будет отражено как рост производительности. И оно действительно им является — для владельцев предприятия, а также для потребителей, цена на товары для которых в итоге снизится. Но это не является ростом производительности для американских трудящихся, особенно для тех из них, кто работает в Огайо. Это не является эквивалентом повышения производительности американских работников за счет более совершенных машин, повышения их уровня подготовки или внедрения в производство нового изящного изделия.
Мэнделу удалось собрать косвенные свидетельства того, что в значительной части наши показатели роста производительности именно таковы. Так, многие сектора, в которых широко практикуется вывод производств за рубеж (например, производство планшетов iPad), являются секторами с очень высокими показателями роста производительности.
Движение капитала и рост конкуренции со стороны зарубежных стран ведут к снижению американских зарплат или по меньшей мере мешают достаточно быстрому их росту. Я не настаиваю на том, что Мэндел, образно говоря, продемонстрировал всем еще дымящийся пистолет, из которого и было совершено преступление, однако неправильность учета параметров, связанных с привлечением подрядчиков за рубежом и выводом производств, и является тем очевидным отсутствующим элементом, благодаря которому данные по макроэкономике и производительности наконец сходятся. (Еще одним отсутствующим элементом может быть то, что определено мною в третьей главе как «реструктуризация увеличения производительности»: увольнение работников, отличающихся низкой производительностью труда, вместо повышения производительности остающихся).
Идея о том, что свободные торговля и инвестирование не дали в последнее время ничего существенного экономике центрального и северного Огайо, возражений у экономистов не вызывает. Я лишь прошу их взглянуть на этот вопрос с еще более высокой ступеньки — применительно к нашей национальной экономике.
Тем не менее было бы ошибочным полагать, что конкуренция со стороны других стран или чрезмерный вывод производств являются фундаментальной проблемой американской экономики.
Во-первых, вывод производств за рубеж снижает цены на потребительские товары, и это в какой-то мере содействует поддержанию на определенном уровне или даже росту заработной платы в реальном выражении. Планшеты iPad достаточно дешевы, частично именно благодаря низкой заработной плате тех, кто занят на их производстве. В долгосрочной перспективе планшеты iPad помогут развитию наших сфер здравоохранения и образования. (А кроме того, они — замечательные игрушки).
Вывод производств является пока гораздо менее масштабным феноменом, чем это многим представляется. В настоящее время на импорт из Китая приходится около 2,7% потребительских расходов в США. Более того, на каждый доллар китайского импорта приходится почти 55 центов расходов в США, которые были потрачены на подготовку к доставке импортируемых товаров. То есть в действительности на китайские товары приходится около 1,3% потребительских расходов. Конечно, по некоторым категориям товаров эта процентная доля гораздо выше (игрушки или общая сборка электронных изделий). Вполне логично полагать, что китайские товары и инвестирование в производство на территории Китая ограничивают инвестирование в американские рабочие места, однако масштабы вывода производств не настолько велики, чтобы быть причиной застоя уровня заработной платы. Скорее, это одна из причин того, почему низкооплачиваемым американским трудящимся стало тяжелее найти работу.
Позволить аргументу о том, что «нам теперь приходится конкурировать с 2,5 млрд индийцев и китайцев», увести себя далеко, совсем несложно. Американцы уже давно имеют дело с зарубежной конкуренцией. Например, период 1948-1973 гг. зачастую рассматривается в качестве золотого века американской промышленности. Однако именно в этот период западноевропейские страны поднялись из руин военного времени, а уровень жизни их населения сравнялся с показателями Соединенных Штатов. Быстрый рост экономики наблюдался и в Японии. Эти страны напрямую соперничали с США во множестве крупнейших отраслей, включая автомобильную и электронную промышленности. Соперничество это создавало определенные проблемы для ряда американских отраслей, однако в целом экономика Соединенных Штатов в указанный период процветала. На 18801929 гг. пришелся период феноменального расцвета той части мира, который мы относим к развивающимся странам, включая государства Латинской Америки. Многие страны, состоявшие из изолированных сельскохозяйственных областей, застроились настоящими городами, создали настоящую промышленность и по-настоящему включились в мировую экономику. Лучшим примером здесь может служить Аргентина, но то же самое можно сказать и о Мексике. В тот период американская экономика также чувствовала себя прекрасно, несмотря на то что это было время интенсивной глобализации и интенсивной конкуренции со стороны других стран с выводом за рубеж части американских производств.
В эти периоды процветания мы занимали в мире лидирующие позиции в сфере образования, как среднего, так и высшего. В то время разница между квалификацией, которая требовалась от работников, занятых в производстве продуктов с высокой добавленной стоимостью, и квалификацией, которой американские трудящиеся обладали, была не столь уж и велика. Сегодня требования по работе с оборудованием — включая навигаторы — растут быстрее, чем человеческие способности. Машинам дается более качественное, быстрое и дешевое «образование», чем их коллегам или потенциальным коллегам из числа людей. Это и является корнем проблемы для многих работников.