Страница 28 из 30
— Луни! Но она робот, её показания не имеют юридической силы.
— Кто бы спорил. Я и сам это прекрасно знаю, но я не провожу следственного допроса, а всего лишь уточняю детали преступления до прибытия следственной бригады. Учитывая, что Луни включена в ваш список, как член экипажа и имеет имплантант датчика биологической жизнедеятельности, я могу с ней побеседовать. Не так ли?
— Воля ваша, вы здесь командир.
Через минуту Луни вошла в комнату. Она села напротив, и Туманский сходу задал ей вопрос:
— Вы в курсе того, что руководитель вашего проекта Хелен Кайт убита?
— Да.
— Кто первым заметил сигнал на стенде показателей жизнедеятельности сотрудников лаборатории?
— Набсон.
— Вы в курсе того, кто отсутствовал в лаборатории в интервале времени, когда могло произойти убийство, иными словами, за десять или пятнадцать минут до того, как был замечен сигнал?
— В лаборатории находились, — Луни стала перечислять фамилии сотрудников лаборатории.
— Кэмбэл и Скайтер вернулись за несколько минут до того, как был замечен сигнал тревоги. Воэл находился в своей каюте. Он ушел давно и вернулся только тогда, когда стало известно об убийстве.
— Скажите, у вас есть предположение, кто мог убить Хелен Кайт?
— Да.
— На чем оно основано?
— Моделирование процесса принятия решения не имеет достаточно веских оснований для того, чтобы совершенно точно утверждать, кто убил Хелен Кайт, поэтому я могу высказать лишь предположение. Из трех подозреваемых, которые отсутствовали в лаборатории, и могли быть причастны к убийству, только у Воэла параметры жизнедеятельности превысили нормальный уровень. Частота пульса составила девяносто восемь ударов в минуту.
Туманский посмотрел на Луни, потом перевел взгляд на офицера и попросил его выйти. Когда дверь за ним закрылась, Туманский снова внимательно посмотрел на Луни.
— Значит, вы утверждаете, что Воэл, мог находиться у себя в Каюте, и когда Хелен Кайт пошла к себе, убить её?
— Этого я не знаю, но вероятность такого развития событий достаточно велика.
— Хорошо, а как вы считаете, ваша жизнь в опасности или нет?
— Степень опасности девяносто пять процентов, — невозмутимо ответила Луни, как будто речь шла о ком-то другом.
Минутное замешательство Туманского сменилось решительностью.
— Вы готовы принять помощь для спасения своей жизни?
— Да.
— Вам придется срочно эвакуироваться со станции, вы согласны?
— Да.
— Вы понимаете, что спровоцировав побег, вы одновременно станете главной подозреваемой в деле об убийстве Хелен Кайт. Кроме того, вам наверняка инкриминируют все остальные события, которые имели место на станции за эти несколько часов, включая взрыв в десятом модуле, вторжение в главный компьютер станции. На основании этого, угроза вашей жизни увеличится. Вас объявят в розыск, а поскольку вы биоробот, то при преследовании, постараются уничтожить. Вам понятна моя мысль?
— Да я все поняла.
— Так вы согласны, или предпочтете остаться до прилета комиссии?
— Я принимаю ваш план побега.
— В таком случае, вам нужно войти в главный компьютер станции и запросить доступ на корабль, который прибыл с Луны. Чтобы вы смогли это сделать, я внесу параметры допуска в свой личный архив. Вы ведь его еще не стерли, не так ли?
— Нет, не стерла, — Туманский и Луни обменялись взглядами.
— Как только получите доступ к компьютеру корабля, следуйте инструкциям, которые я вам передам. Но повторяю, после этого, вы станете объектом преследования, поэтому вам необходимо продумать, как сделать так, чтобы вас считали погибшей. Только в этом случае, у вас останется шанс уцелеть. Вам понятно?
— Да, — он смотрел на Луни и не верил, что перед ним сидит робот. Она внимательно слушала командира, напряженно всматриваясь в его лицо, изредка, подобно человеку, моргая веками.
— Может она просто делает обычную видеосъемку, а мне лишь мерещится не знамо что? Пустит, к примеру, слезу, и я окончательно поверю, что она Зоя, которую собрали по кусочкам и сделали, не пойми кем, на половину человеком, на половину роботом, а мне лапшу вешали, что она биокиборг с позитронными мозгами. Ерунда, конечно, всё это, хотя порой так хочется верить в чудеса. На самом деле никакая это не слеза, а просто очиститель линзы, подобно тому, как омываются фары или лобовое стекле в автомобиле. Ладно, сантименты оставим на потом, когда все утрясется.
Он отпустил Луни и провел беседу с остальными сотрудниками лаборатории, после чего снова связался с Качмареком.
— Чем порадуешь?
— Все отлично. Корабль уже находится на стыковочной платформе возле лаборатории, но учти, у нас времени в обрез.
— Почему?
— Не знаю, как получилось, но американцы выслали корабль со своими представителями еще до того, как произошло убийство. Либо они заранее предусмотрели все последствия, либо, Короче, они будут на станции через полтора часа, а если быть совсем точным, через час сорок две минуты.
— Ты случайно не поинтересовался у них, откуда у них такое предвидение событий, что они отправили своих людей на станцию загодя?
— Был соблазн поддеть их и поинтересоваться, но ты не поверишь, они первым делом сами объяснили такой поворот событий.
— Интересно, и какие же доводы они привели?
— Весьма правдоподобные. Они заявили, что срочно хотят прервать эксперименты с биороботом, так как есть опасение, что он представляет опасность, и его необходимо срочно забрать со станции. — это святое. Чуть что и виновата техника.
— Само собой. В любом случае, действуем по договоренности.
— Я тебя понял, возвращаюсь в командирский отсек.
Глава 17
Туманский прибыл в командный отсек и увидав Качмарека, подошел к нему.
— У меня все готово. Корабль возле лаборатории, — тихо произнес Вацлав.
— Очень хорошо. Чем ты мотивировал переброску корабля к другому причалу?
— Сослался на то, что на станции возникли проблемы после взрыва в десятом секторе. Есть пострадавшие. Возможно, потребуется срочно эвакуировать кого-то из персонала станции. Он тут же согласился оказать помощь.
— А где сейчас капитан корабля?
— Вместе с экипажем на корабле.
— Плохо. Надо как-то найти способ пригласить их на станцию.
— Я уже думал об этом. Но это рискованно, мы сразу попадем под подозрение. Улавливаешь мою мысль?
— Улавливаю. Черт возьми, что же делать? И времени нет, так бы можно было что-то придумать, — заметно нервничая, произнес Туманский — сколько у них состав команды?
— Три астронавта, включая Моравского. Слушай, а ты уверен, что если Луни покинет лабораторию и доберется до корабля, она сможет им управлять?
— Надеюсь, что да, иначе она бы сразу об этом сказала и поставила мою идею под сомнение, но она тут же согласилась.
— Надо же, отчаянный «стажер», даже жаль, если она нас покинет.
— Ну конечно. Избавимся от такой головной боли, а он вздумал жалеть.
— Может, поручим Луни решить эту проблему, заодно посмотрим, как она справляется с организационными задачами?
— Нашел время на эксперименты.
— Найди вариант получше.
— Пока не вижу.
— В том-то и проблема, что идеи нет, а время идет.
— Знаешь что, давай, поступим следующим образом, — и, наклонившись, он тихо рассказал Качмареку о своем плане. Выслушав командира, он улыбнулся и произнес:
— Однако, другого слова не подберешь.
— Главное, ты всё понял, что надо делать?
— Разумеется.
— В таком случае, я пошел, — и уже громко, чтобы дежурный офицер мог услышать, добавил, — я пойду, навещу Моравского и его команду. Надо поблагодарить их за помощь, которую оказали нам. Если бы не они, прямиком рухнули бы на Луну.
Прежде чем идти на корабль, Туманский зашел в свою каюту и записал в свой архив данных коды доступа, которые могли понадобиться Луни, чтобы пройти на корабль, отстыковаться от станции и стартовать. Помедлив, он снял код доступа со своего архивного файла, так как в разговоре с Луни, забыл спросить у неё шифр к файлу, который она скопировала.