Страница 63 из 71
Сидя под одеялом, как под защитой, я рассеянно достаю из первого ящика тумбочки чистый лист бумаги и карандаш. Мои мысли находятся где-то далеко, пока я случайно вожу древесным углем по бумаге. Затем я все-таки обращаю свое внимание на плод моей работы. Моя зарисовка — это боль в моем сердце, теле и душе. Я стараюсь отвлечься от рисунка, но мне это не удается. Я продолжаю рисовать, пока усталость не побеждает мой порыв.
Я сплю всю оставшуюся часть дня между редкими моментами бодрствования, и мне так комфортнее. Я словно зомби, просто существую без какой-то надобности в жизни.
— Хейлз.
Я чувствую, как прогибается матрас от тяжести тела Таши. Я слышу ее, но физически не реагирую. Потом, наконец, я отрываю взгляд от телевизора. Я даже не уверена в реальности, окружающей меня.
— Бедная маленькая принцесса. Это для какой книги? Кровавая красота?
Я не могу не улыбнуться, когда разглядываю рисунок в моем альбоме, который находится в руках Таши. Кишки кудрявой принцессы вываливаются из открытой, кровавой раны; зубы оборотня с яростными глазами зарыты глубоко в ее плоти.
— Картина достойна тысячи психологических отзывов, — сухо комментирует Таша. — Сумасшедшая Мисси в своем репертуаре, — добавляет она, качая головой.
Она берет меня за руку.
— Хейлз, прошло три дня, — я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на нее. Уже три дня прошло на самом деле? Разве я спала целых три дня, потерявшись в этой бескрайней тьме?
Как будто почувствовав мое внутреннее смятение, она добавляет:
— Пора вернуться в реальный мир.
— Таш, три дня. Он даже не позвонил. Все кончено, — говорю я, чувствуя, будто нахожусь под сильнодействующим снотворным.
— Ты должна встать на ноги и, когда ты снова станешь сильной, то сразу же поговоришь с ним, но не сейчас.
— Сколько времени?
— Полвосьмого.
— Позволь мне еще немного поспать.
Она вздыхает.
— Хейли, полвосьмого вечера. Ты проспала весь день.
— Просто еще немного, — бормочу я.
Оставшись одна, я снова засыпаю.
Глава 35
Я потеряла счет времени. Не уверена, как часто ко мне заходила Таша, но сейчас она снова пришла. С трудом разлепив свои тяжеленные веки, я нахожу ее стоящей с улыбкой до ушей у дверного проема. Эй, так широко улыбаться еще пока не разрешено в данный момент, это почти незаконно.
— Вместо того, чтобы заставлять тебя следовать предписаниям доктора, я просто решила привести его сюда, — заявляет она весело. Я вижу красивое лицо Яна, появившееся в проеме, будто освещая мою комнату, я тоже улыбаюсь.
— Ян, — слабо произношу я, радуясь его приходу.
— Итак, дорогуша, в первую очередь тебе срочно нужно сходить искупаться.
Таша хихикает над тем, как Ян начинает мной командовать.
— Вставай, женщина. Или ты хочешь, чтобы я сам отнес тебя туда?
Еще одна улыбка появляется на моих губах.
— Даже не думай об этом, ты не пойдешь со мной, — ругаюсь я, закрывая дверь в ванную и выталкивая параллельно его ногу из дверного проема.
— Как тебе угодно, главное, чтобы ты была там. Мне все равно, Хейлз, просто продезинфицируй себя, чтобы я мог тебя обнять.
Смех вырывается в итоге из моего рта.
Приняв ванну, я уже с более позитивным настроением присоединяюсь к Яну и Таше на диване в гостиной.
— О, намного лучше. Теперь позволь мне обнять уже тебя.
Я полностью отдаюсь в объятия любящего меня лучшего друга; Таша подползает ближе и обнимает нас обоих. Что бы я делала без этих двоих?
— Дорогая, ты слишком сильно похудела, это очень плохо, — он качает головой. — И вообще, это мне надо худеть, но точно не тебе, — он кривит свой рот.
— Медсестра, лекарство, пожалуйста, — говорит Ян Таше.
Я смотрю на них обоих и смеюсь.
— Это как из того фильма «принесите мой поднос с едой, медсестра, и я дам вам поиграть с моими инструментами»? — спрашивает Таша, и мы все смеемся.
— Не шутите так со мной, — ругает ее Ян с чертиками в глазах.
Таша послушно направляется на кухню. После некоторых гремящих звуков открытия и закрытия двери морозильной камеры она возвращается с подносом.
— Вот держите, доктор Тамура. Что-нибудь еще? — она ставит около Яна поднос, подыгрывая ему.
— Да, медсестра Тейлор. Пожалуйста, усадите свой королевский зад рядом с пациентом.
Я чувствую себя гораздо лучше, благодаря усилиям моих лучших друзей. Я знаю, что они сделают все, чтобы привести меня в чувства.
— Так, мисс Грейс, вы должны съесть минимум десять полных ложек этого. Медсестра Тейлор тут шепнула мне на ушко, что ты не ела целых три дня, — заявляет Ян, занятый столь важным делом с суровым выражением на лице. Он ковыряет ложкой внутри банки «Бен и Джерри», вытянув оттуда огромный кусок молочного мороженого.
— Ешь, — командует он, когда подносит ложку к моим губам, и я повинуюсь, будучи хорошим пациентом. Наслаждаясь вкусом моего любимого мороженого, я понимаю, что я умираю, и меня тошнит одновременно.
К третьей ложке Ян задумчиво вздыхает и смотрит сначала на Ташу, потом на меня, и говорит тоном, не предусматривающим никаких нареканий:
— Теперь, как ваш врач и неформальный терапевт, я дам вам пять минут, чтобы обсудить Дэниела.
Я с трудом проглатываю содержимое во рту. Готова ли я к этому? Ян ободряюще кивает головой, как будто читая мои самые глубокие мысли.
— Я начну, — произносит Таша и убирает челку в сторону. — Позволь мне отметить, что Дэниел переживает по поводу всего происходящего не меньше, чем ты.
Откуда она знает? Я смотрю на нее, с тревогой ожидая продолжения, вслушиваясь в любую информацию о нем.
— Вечно держащий всех сотрудников в страхе, господин Старк превратился в ужасающего монстра; он уволил четырех человек в течение последних трех дней. Он раньше-то не отличался терпением, но сейчас вынос мозга происходит гораздо чаще.
Я слушаю ее, неудержимо анализируя каждое слово, произносимое ею.
— Я разговаривала с людьми, которые имели удовольствие быть на встрече с ним, и наверно это чудо, что они выжили после такого ужаса, — она кривит свой рот. — Даже его персональный ассистент плакала больше, чем один раз в день, а некоторые люди даже боятся с ним ехать в одном лифте, лишь бы не нарваться на него, — она качает головой.
Я не хочу думать о нем в гневе или боли.
— И, Хейлз, он выглядит ужасно. Ну, так же, как и ты, в принципе, — она складывает губы в тонкую, горькую улыбку.
— Спасибо, — бормочу я.
Я чувствую, что в моем сердце образовалась дыра из-за отсутствия недостающей части. Чтобы залатать ее потребуются годы.
— Теперь я добавлю свои пять копеек, — говорит Ян. — A: Ты идешь завтра на работу, и это будет означать, что ты собираешься вернуться к своей обычной жизни. Б: Как только ты почувствуешь себя более адекватной и менее разбитой, ты можешь поговорить с ним и попытаться решить весь этот беспорядок между вами, — он смотрит на меня братским взглядом, задевая выпавший локон на моем лице.
— Я когда-нибудь смогу почувствовать себя менее опустошенной? — я смотрю мрачно на Яна.
— Если ничего не поможет, я, собственной персоной, займусь твоим восстановлением, хорошо, дорогая? — он нежно гладит мои волосы.
— Моим восстановлением? Мой принц, щеголяющий в наряде от кутюр? — я подмигиваю ему.
— Все для тебя. И у нас будет восемь обаятельных и очаровательных детишек.
Я фыркаю и хихикаю.
— Ты будешь заниматься моим преображением, а потом мы оба превратимся в святош?
Ян, как и всегда, единственный может заставить меня смеяться, а не погружать во тьму печали и тоски. Но в моей голове все равно появляется эта неприятная мысль: Дэниел и я расстались три дня назад? Это было в последний раз, когда он был моим?