Страница 21 из 44
Герти протянула страдальцу молоко и печенье, он широко улыбнулся в ответ, и она припустила обратно к моему дому, на прощанье махнув шерифу через плечо. А оказавшись внутри, прислонилась к стене в гостиной и попыталась отдышаться.
Но не успела Ида Белль открыть рот, как Герти вскинула руку и прохрипела:
– Знаю-знаю, мне нужно заняться своей формой.
Я покачала головой:
– Как вы вообще умудрялись выигрывать бананопудинговую гонку, если ваши интересы представляла Герти?
Остальные греховодные дамы пели в хоре и потому не могли выбегать из церкви вовремя. У глуховатой Герти же была возможность, а вот способностей явно не хватало.
– До твоего появления, – объяснила Ида Белль, – кто-нибудь из хора в этот день брал выходной. Обычно я. Наверное, пора уже устраивать обязательные тренировки два раза в неделю. Команда совсем сдала.
Я уж не стала говорить, что большей части команды приличные результаты в спорте вообще не светят. Но учитывая не лучшую форму конкурентов – все относительно.
– Я не понимаю, – решила я вернуться к насущным делам, – как нам помогут молоко и печенье?
– Погоди чуток. – Герти вновь придвинулась к окну.
Мы все выглянули на улицу. Солнце закатилось за ряд домов, замерцали фонари, освещая шерифа, который залпом осушил стакан и поставил его на землю рядом с тарелкой.
– Смотри внимательно, – сказала Герти. – Раз, два, три…
Не успела она дойти до четырех, как голова шерифа качнулась и опустилась на грудь. Он обмяк. Лошадь, не отставая от хозяина, прислонилась к дереву и закрыла глаза.
Я на мгновение ударилась в панику, решив, что Герти его убила, но вскоре вспомнила, что нахожусь в Греховодье, не в Ираке, и попыталась думать логически.
– Вы подлили ему сироп от кашля?
– Конечно нет! Такое расточительство…
– То есть вы утверждаете, что его вырубило просто от молока и печенья?
– Теплого молока и печенья. Всякий раз, делая печенье, я приношу немного шерифу. Его жены нет уже давно, и он сильно скучает по домашней выпечке. После двух-трех штук он засыпает, и я ухожу. Сегодня отключился даже быстрее обычного.
– Ну разумеется, – хмыкнула Ида Белль, – ему уже два часа как пора баиньки.
Вообще-то шериф Ли на несколько десятилетий переплюнул среднюю продолжительность жизни и должен спать гораздо меньше обычного, но я решила, что указывать на это не слишком вежливо.
– Долго он проспит?
Герти пожала плечами:
– До утра, если не пойдет дождь или кто-нибудь его не разбудит.
– Что ж, давайте поторопимся, пока не ливануло или сосед не заметил, что к его дубу примостились человек и лошадь.
Ида Белль оставила лодку на байю за моим домом, так что мы вышли через заднюю дверь и запрыгнули в небольшую плоскодонку. Байю пролегает по восточной стороне главной улицы, и мы могли пришвартоваться прямо за офисом шерифа с минимальным риском спалиться.
Заняв свое место на средней скамье, Герти тут же натянула черную вязаную шапочку. Ида Белль лишь глянула на украшавшие ее цветочки и покачала головой. Я силилась не улыбнуться.
Лодка отчалила и поплыла вниз по байю в сторону центра.
Пристань за офисом шерифа озаряла широкая полоса света из дальнего конца здания. Тут же покачивался на воде катер шерифа. Ида Белль остановила лодку прямо за ним, где ее никто не увидит, и мы перебрались сначала на катер, а оттуда на сушу.
– Я помню, что у нас есть код от сигнализации, но как мы попадем внутрь? – спросила я. – Миртл дала вам ключ?
Ида Белль покачала головой:
– У нее есть ключ только от парадной двери, а заднюю Картер каждый день проверяет перед уходом, так что она не могла просто оставить ее незапертой.
Я посмотрела на толстую живую изгородь, тянувшуюся вдоль здания.
– Прошу, скажите, что мы не полезем в окно…
– Мы не полезем в окно. Ты подсадишь меня к окну, а я потом впущу вас с Герти через заднюю дверь.
Внезапно до меня дошло, почему Ида Белль настаивала, что без меня им не справиться.
– Полагаю, просто захватить лестницу было слишком напряжно?
– В случае чего лестница бы нас выдала. С ней особо не побегаешь.
Я, наверное, смогла бы, но в принципе поняла ее опасения. Если бы пришлось спешно сваливать, оставив лестницу, Картер бы сразу понял, что к чему, а тащить ее с собой в лодке было бы несколько проблематично.
– Ладно. Тогда давайте бегом, пока наш старче не оклемался и не доложил Картеру, что мы свинтили.
Герти шагнула к задней двери, крепко сжимая листок с кодом сигнализации. А я вытянула руки перед собой и ломанулась сквозь живую изгородь, радуясь, что надела перчатки и кофту с длинными рукавами, а то острые ветки точно бы всю кожу исполосовали.
Ида Белль остановилась рядом со мной, показала Герти большой палец, и та быстро ввела код. Внутри раздался одиночный писк. Я наклонилась и сцепила руки, чтобы подсадить Иду Белль.
Как только она поставила ногу в «стремя», я выпрямилась, толкая ее к окну и молясь, чтобы у старушки не было проблем с равновесием. Ее ступня оторвалась от моей ладони, я резко развернулась и поймала болтающиеся в воздухе лодыжки, пока сама Ида Белль цеплялась за подоконник. Я подержала ее так немного, пока она открывала окно. Затем она подтянулась, я толкнула ее еще раз, и вскоре взломщица перевалилась на ту сторону.
Послышался громкий стук, и что-то треснулось об пол. Я напряглась, надеясь, что это не Ида Белль. Через секунду ее голова всплыла над подоконником и качнулась. Я опять продралась сквозь изгородь и присоединилась к Герти у заднего входа, мгновенно врубив режим боевой готовности, словно я на задании ЦРУ.
Что-то громыхнуло рядом со ступеньками, и я машинально потянулась к пистолету, которого не было. Герти задержала дыхание, мы перегнулись через перила и успели заметить мохнатую морду, мелькнувшую в мусорном баке.
– Всего лишь енот, – прошептала Герти.
Я с енотом уже сталкивалась – на собственном чердаке, едва приехав в Греховодье. И так как «знай своего врага» – в каком-то смысле религиозная догма агентов Управления, встреча оказалась ненапрасной в плане сбора информации. Я с удивлением обнаружила, что эти мелкие, громкие, надоедливые существа обладают впечатляющей ловкостью, явно демонстрируя, почему Бог не даровал противопоставленный большой палец более крупным животным-людоедам.
Казалось, будто мы там уже целую вечность торчим, но, судя по часам, я подсадила Иду Белль в окно всего минуту назад. Наконец раздался щелчок, и она распахнула дверь, жестом приглашая нас внутрь.
Мы решили, что брать фонарики слишком рискованно, и прихватили только светящиеся палочки. Они сияли мягким зеленоватым светом, но этого хватало, чтобы передвигаться по офису, не натыкаясь на мебель.
– Что вы разбили? – спросила я, надеясь, что оно незаметное и недорогое.
– Обычный стакан, – отмахнулась Ида Белль. – Перед уходом соберу осколки.
Я кивнула.
– Я так понимаю, документы в кабинете Картера?
– Наверное. Нам сюда.
По короткому коридору мы с Герти вслед за ней прошли к нужной комнате.
– Рассредоточьтесь и найдите файл, – сказала я. – Я займусь картотечным шкафом.
Достав нож, я приступила к взлому металлической дверцы, а Ида Белль и Герти пока обыскивали комод и стол. Учитывая мои навыки, я уже через пару мгновений перебирала папки. И так же быстро поняла, что нужных нам бумаг там нет.
– Как успехи? – спросила я, вновь запирая картотеку.
– Пусто, – откликнулась Герти.
– И у меня, – проворчала Ида Белль.
Я выудила из мусорной корзины пустой конверт:
– Это от новоорлеанского коронера – доставлено с курьером.
– И где же сам отчет? – нахмурилась Герти.
Ида Белль покачала головой:
– Кажется, мы недооценили Картера.
– Он все уносит с собой домой, – поняла я.
Она кивнула:
– Похоже на то.
Я почувствовала легкий испуг. Очевидно, Картер ожидал, что кто-то – скорее всего, мы – попытается получить информацию по данному делу. Он сменил пароль на компьютере, велел доставлять все отчеты с курьером и забрал их с собой, покинув офис.