Страница 58 из 98
Мощь и изобилье - два наших крыла!
Славу империи множат века!..
- Это... кхм... я поражён, в общем. В самое сердце.
- Да ладно тебе сарказмом плеваться. Здорово ведь, а? - император, упоминания о котором - на удивление - в гимне отсутствовали, несмотря на это выглядел так, будто был готов пуститься в пляс от восторга.
- Здорово, правда, - я с сомнением посмотрел на него. - Хотя тебя, похоже, берёт ещё сильнее.
- Гимн звучит один раз в год! - Альден наставительно поднял палец. - Это тебе не песенка какая-нибудь. Слышать гимн должно быть честью и радостью!
Только сейчас я обратил внимание, что музыка стихла. Как оказалось, запись поставили на паузу.
- Продолжаем честь и радость? - уточнил Альден.
- Ага. Стой, это Нармиз?
На застывшем изображении я разглядел в глубине сцены главу Сумеречного братства. Несмотря на официоз, своим привычкам он не изменил - и был в какой-то длиннополой одежде из тёмно-серой ткани. В руках у него также обнаружилась гитара, на которой он играл невидимо для большей части зрителей.
- Ага. Второе лицо в Империи. Но это долго объяснять.
- Ладно, - усмехнулся я.
Просмотр продолжился.
Нет числа легионам под римским орлом!
Мы от падших душою свой мир бережём.
Если где вдруг поднимет свою голову зло -
Тут же кара империи настигнет его...
- Не думал, что борьба с инферналами вынесена на идеологический уровень, - удивился я.
- Почему нет, - пожал плечами Альден, - ничего плохого, а воевать наоборот, помогает.
В конце второго припева Нармиз, наконец, показался народу. На встретивший его гул не отреагировал - полностью был погружен в соло, которое выводил. Как только оно закончилось, император начал своё - и закончили они уже вместе.
Над полем повисла звенящая тишина. Затем снова вступили барабаны. Альден и Нармиз выбросили руки вперёд, к толпе.
- Мощь, изобилье - два наших крыла! Славу империи множат века!
Зрители эхом повторили строчки.
Оба Правителя вновь ударили по струнам. Конец песни состоял из ещё одного парного соло.
Экран растаял в воздухе серебристым дымком. Альден с интересом посмотрел на меня.
- Ну, давай, выдай мне истину.
- А? В смысле? - я отвлёкся от размышлений. - Тьфу, точно, я же собирался анализировать твой способ...
- И вместо этого сидел с открытым ртом, слушая мой гимн, - хихикнул император.
- Ну... в какой-то мере.
- Эх, не умеешь ты комплименты делать. Где напор, где харизма? Ты не думал, что, если попробовать задобрить меня с помощью лести, я выдам все свои секреты?
- А что, работает? - заинтересовался я.
- Нет, - Альден вздохнул. - Но хоть бы одна сволочь попыталась... Ладно, не переживай. Я бы мог назвать тебе рекорд минимального времени между перемещением и открытием способа воспроизведения музыки, но боюсь, что это плохо скажется на твоей мотивации. Так что - просто не переживай. Ну-ка, что там ещё у нас в планах?
Щёлкнув пальцами, он заставил прилететь из соседней комнаты листок бумаги с какими-то записями и быстро пробежал по ним взглядом.
- Ага. Сейчас - воздушная прогулка в один памятник архитектуры, а потом шахматы.
- Не слишком люблю шахматы, - признался я.
- Эти - полюбишь. Они... они... круче, чем мой гимн! - Альден сделал большие глаза.
- Ложь, натуральная ложь. Разве что-то может быть лучше твоего гимна? - я постарался вложить максимум проникновенности в голос и для верности упёр немигающий взгляд.
- Увы, я уже признался, что это не работает, - развёл руками Альден. Задумался на пару секунд - и, изобразив предельное самодовольство, махнул рукой: - Но из списка сволочей я тебя, так и быть, вычеркиваю.
Уже не считая нужным сдерживаться, мы расхохотались.
* * *
- Сколько ж ты в него вложил? - я в шоке наблюдал, как Альден на голубе наворачивает вокруг меня горизонтальные круги. Учитывая, что тигр сейчас был на своей максимальной скорости, это смотрелось действительно впечатляюще.
- Поживешь с моё - ещё и не столько вложишь, - заверил меня император, притормаживая птицу и пристраиваясь рядом. - Только не забудь сделать автоматический щит для больших скоростей. Обдувающий ветерок это хорошо, а сдувающий - плохо.
Впереди показался огромный замок, выдержанный в стиле средневековой Европы: с ярко выраженным квадратным сечением и одной высокой громадиной в центре, к которой жались второстепенные постройки гораздо меньшего размера. За крепостными стенами сразу начиналось чистое поле - видать, либо очень давно стоит бесхозным, либо у захватчиков было много времени. Когда мы приземлились у открытых ворот и я получил возможность рассмотреть всё вблизи, стало ясно, что верен первый вариант: решётки и створки отсутствовали - растворились в ноль.
- Столица королевства Паладайн Дорианград, в честь короля Дориана, - объявил Альден место прибытия, с задумчивой улыбкой рассматривая явно хорошо знакомые ему укрепления. - Уничтожена шестнадцать лет назад инферналом, командовавшим орками, - забавное совпадение... Территория королевства тогда занимала нынешние южные владения Рима и нынешние восточные Республики. Никто не готовился к тому, что в этой части мира снова кто-то появится - четыре государства заняли практически всё пространство. Да и на севере в тот момент два инфернала бушевали, всё внимание было там. А тут на самом-самом южном кусочке вдруг взял и появился сюрприз. Пока это заметили, пока перебросили войска... Но всё бы, наверное, обошлось, если бы Дориан разминулся с кризисом госпотенциала.
Мы вошли в сам замок. Антураж здесь действительно строился на эстетике воинов-защитников: основным цветом был золотой, во всех декорациях обыгрывалась тема мечей, крестов и прочей атрибутики, а в скульптурах были представлены могучие рыцари - либо как символы, в глухих шлемах и устойчивых позах, либо как памятники реальным героям, с открытыми лицами и встроенные в особые сюжеты.
Что меня приятно удивило, этот Дворец не навевал тоску. Мысль, что Правитель оказался в этом плане лучше инфернала, с башней которого я только и мог сравнивать, грела, но, наверное, в ней и заключалась основная причина. Не в том дело, что и замки мне ближе, чем башни, и чёткий порядок здесь присутствует, и цветовая гамма гораздо приятнее. Просто здесь - своё, близкое и понятное. Здесь жил собрат-Правитель, связь с которым хорошо чувствовалась, пусть даже мне не довелось ни разу с ним пообщаться. А там - инфернал, злой и эгоистичный. К которому я испытывал не менее явную неприязнь, хоть с ним мы также не встречались.
Задумавшись об извечной войне Правителей и инферналов, я всё-таки помрачнел. Помогла случайность. С двух сторон от широкой ковровой дорожки, по которой мы шли, двумя ровными рядами стояли статуи. Сперва я решил, что они сделаны из какого-то уникального материала, но, приглядевшись, понял, что это пыль, покрывавшая их, создавала причудливый эффект в солнечном свете, заливавшем весь зал через большие витражные окна. А чуть погодя заметил, что и витражи непростые - рисунки на них были сделаны так, что статуи оказывались в самых ярких световых пятнах. Остановившись и окинув картину общим взглядом, я не удержался от улыбки: эмиссар сил добра будто бы посылал верным стражам его покоя своё благословение с неба.