Страница 51 из 98
"Так не должен или не указ?"
"Я..."
Одна ладонь разжалась, и в ней тут же появился новый стакан, до половины наполненный жидкостью того же цвета, что и стекло. Опорожнив его в два глотка, Нармиз не глядя бросил пустую емкость в сторону.
"Я честен с собой. Если я выбрал этот путь, то буду ему следовать. А если хочу сидеть здесь и... Это ничего не значит. Если я хочу этого, то буду это делать. Я ведь могу чувствовать!"
Правитель зажмурился; глаза немилосердно болели. Чуть покачнувшись, он поднялся на ноги.
"Это всё настроение. А на самом деле - я знаю, что прав".
Пока он, пошатываясь, шёл в другой конец гостиной, обстановка изменилась: пустые стаканы исчезли, пламя в камине уменьшилось, а свечи наоборот, зажглись.
Рухнув в одно из кресел, Нармиз жестом подогнал сервировочный столик, образом - создал на нём фигурную бутылку. Задумался - и через несколько секунд в новом сером вихре бутылка исчезла: оценка состояния привела к неутешительному выводу - "на сегодня хватит".
"Нужно почистить желудок с печенью, - мелькнула мысль. Внимание к бытовым мелочам было доведено до автоматизма. - Чтобы утром встать на свежую голову. И проверить, не осталось ли на лице ожогов. И то и то - перед тем, как заснуть".
"Надеюсь, что "заснуть", а не "отрубиться"..."
В комнате грянула музыка. Резкая, будоражащая - под стать настроению.
"А как будет обидно, если в итоге окажется, что я неправ. И именно сейчас нужно было действовать".
"Простейшая эмоциональная реакция. Такого не будет. Я оказался не готов - да. Но это не повод сомневаться в решениях".
"А для чего повод?"
"Ни для чего. Для переживания эмоциональной реакции..."
Закрыв глаза, Нармиз негромко подхватил песню:
Любовь не может быть тихой игрой -
Достаточно искры одной,
Между нами лишь дьявольский зной!
Шёпот молитвы в каменных стенах,
Лезвие бритвы на тонких венах,
Счастье наутро, горе под вечер -
Всё так странно и вечно.
"Артерия" перепела шедевр "Арии" даже более проникновенно. Интересно, почему? Это ведь нечестно...
Всё почему-то так нечестно...
Пусть это будет зваться любовью -
Самой нелепой, самой земною.
Пусть это будет дьявольским зноем,
Зноем, сжигающим всё...
По щеке скатилась слеза.
* * * * *
- Бл..., слишком темно! У меня камера на трубке не возьмет, скорее всего, - разочарованно скривился Женёк.
- Молодец, блин, чё могу сказать, - Олька равнодушно пожала плечами и хлебнула ещё пива. Хорошо, что нормальную цифру догадался притащить Костя-Косяк. Теперь запись точно получится, а кто лоханулся - пусть потом бегает качает у других.
Вторая пустая банка полетела на землю. Девушка потянулась, разминая руки, и пару раз подпрыгнула. Состояние было что надо: и на ногах держишься устойчиво, и нервы не мешают.
- Девять. Пошли, - Олька посмотрела на часы и, не дожидаясь приятелей, не спеша пошла к арке выхода с детской площадки. Те, усилив гомон, начали спешно собираться и вскоре догнали ее. Кто бы сомневался: если ждать, пока они соберутся, вместе с ними, провозишься на полчаса дольше.
Школа маленького района была погружена в темноту. Луна слабо светила этой ночью, да ещё и постоянно скрывалась за тучами. В общем, идеальный расклад: даже если их кто-то и заметит, всё равно не сможет понять, что происходит.
С другой стороны здания окна отсутствовали. Только из классов - на ночь, естественно, закрытых. Именно здесь обнаружилась вторая компания, около пятнадцати человек, стоявших кружком. Увидев - или услышав, что вернее, - компанию Ольки, они рассыпались на группки по два-три. Неужели собираются перевести всё в общую драку?
- Вон, идут!
- Идут уже!
- Звони ей!
Катька похлопала подругу по плечу:
- Спокойно, мася, если что - мы их сделаем.
- Позвони Сане, долго они там ещё, - Олька поморщилась.
- Ага, ща.
- Я пока разведаю, - сообщил Косяк, и неспешно, экономя силы, побежал к противоположной группе. Вернувшись через пару минут, доложил: - Её там нет, уже позвонили, скоро будет. Но там требуют задержать чуток - у них ещё люди подтянуться должны.
- Свалку они не планируют?
- Неа. - Косяк достал из кармана пачку дешёвых сигарет, закурил. - Там многие до сих пор не разобрались, чё вообще произошло и кто первым начал, так что навряд кто-то полезет тупо п...иться за неё.
- Ясно.
"Да ничего, собственно говоря, не произошло. Просто всё сложилось так, что либо она мне в ближайшее время забила бы стрелку, либо я ей. Я воспользовалась выпавшим шансом - и успела первой. Вот и всё".
Противницу пришлось ждать ещё минут сорок. На протяжении этого времени к обоим кружкам всё подтягивался и подтягивался народ, а к его исходу кружков стало уже пять: два с той стороны и три с Олькиной. Предсказуемо.
Наконец, в окружении ближней свиты появилась соперница, которую тут же начали бурно приветствовать те, кто пришел за неё. Количество пацанов, бегающих от группы к группе с целью собрать как можно больше информации о произошедшем и происходящем, удвоилось. Послышались первые крики "Ну, скоро там?", "Давайте начинать!" и тому подобные.
Нагнетание продолжалось минут десять. А затем две толпы начали сливаться в одну, образуя посередине большой круг.
Олька вышла вперёд и покачалась на мысках: несмотря на алкоголь, нервы снова были на взводе.
- Олька, давай! Уделай её хорошенько!
Рита, стоявшая напротив, сжимала кулаки.
- Я порву тебя, тварь, - процедила она сквозь зубы.
- Заткнись, с...ка
Немного полегчало.
- Ри-та! Ри-та!
- Оля! Оля! Оля!!!
Азарт стоящих позади приятелей ощутимо придавал сил. Олька на пару секунд закрыла глаза, запоминая момент и настраиваясь. Теперь она почти не сомневалась, что победа окажется за ней.
- Начинайте!
- Стой, стой!