Страница 55 из 105
В те ночи, когда Бет не играла на скрипке, в салуне для нее все равно находилась работа. Она разносила напитки, собирала пустые бокалы, а также слушала выступления других музыкантов и певцов. У Бет было много друзей как среди клиентов, так и среди персонала.
Фрэнк Джаспер приобрел репутацию упрямого и безжалостного человека, но Бет находила его общительным и честным. Все деньги, собранные в шляпу у клиентов, они делили поровну, и Фрэнк не брал себе лишние проценты. Кроме того, ему действительно нравилась музыка и он по праву гордился, если ему удавалось найти новый талант. Иногда Бет просто играла вместе с другими музыкантами или аккомпанировала певцам. В другие дни она выступала как гвоздь программы, но независимо от того, играла ли она на сцене или просто слушала музыку, Бет постоянно училась и открывала для себя что-то новое. Она чувствовала, что это заслуга мистера Джаспера.
Он был ярым поклонником великого скрипача испанца Пабло Сарасате. В Нью-Йорке Фрэнку посчастливилось попасть на концерт Сарасате. Бет узнала об этом музыканте от мисс Кларксон и ходила с ней на концерты, где слышала его музыку в исполнении оркестра, поэтому понимала и разделяла увлечение мистера Джаспера. Тео говорил, что будет брать ее собой на концерты здесь, в Филадельфии, чтобы Бет расширила свои познания о других музыкантах.
Тоска и ностальгия по Англии остались в прошлом. Бет продолжала регулярно переписываться с семьей Лэнгворси и с нетерпением ждала от них вестей о Молли, но ей больше не хотелось возвращаться.
Именно жизнь у Перл полностью изменила ее мировоззрение. Слыша, как смеются и веселятся в комнатах наверху, сложно было осуждать то, что происходило в доме. Бет познакомилась со всеми девушками, и они вовсе не были несчастными созданиями, вынужденными заниматься своим ремеслом. Они выбрали его добровольно. Некоторых привлекали легкие деньги, другие любили приключения, а Мисси прямо призналась Бет в том, что обожает заниматься сексом и не видит причин, почему не должна получать за это деньги.
Атмосфера искушения пропитывала весь дом. Здесь пахло женскими духами, дымом сигар, а из салона доносились звуки пианино. Даже прачечную, находившуюся возле спальни Бет, всегда украшали гирлянды шелкового и кружевного белья. Поздно ночью, слыша доносившийся сверху скрип кроватных пружин, Бет изнывала от желания оказаться в постели с Тео и познать радости, которым предавались девушки.
Она любила его и понимала, что ему она тоже небезразлична. Иначе почему он заходил в салун незадолго до закрытия, чтобы провести ее домой, или приглашал в ресторан и дарил конфеты, цветы и украшения для волос? Перл однажды сказала ей, что мужчины не могут жить без секса и если не получают его от любимой, то могут уйти на сторону. По ее словам, только дурочки могли считать иначе. А Перл была искушенной в этом вопросе: каждый вечер к ее дверям устремлялся непрерывный поток женатых и обрученных мужчин.
Бет казалось, что, как только этот барьер будет преодолен, Тео перестанет исчезать неведомо куда и откроет ей все стороны своей жизни. Теперь замужество уже не казалось ей таким важным, как раньше. Она просто хотела, чтобы он называл ее своей девушкой и чтобы в его планах на будущее нашлось место и для нее.
Пока Тео наливал вино, Бет присела на кушетку.
— Тепло? — спросил он, протягивая ей бокал.
— Да, спасибо, — ответила Бет, неожиданно занервничав. Ей нравилось целоваться с Тео, его ласки и объятия были очень приятными, но она понятия не имела о том, что должно произойти дальше, разденет ее Тео или она сама должна это сделать. Будет ли ей больно? И знает ли он, что нужно предпринять, чтобы она не забеременела?
Бет разузнала у Перл, как женщины предохраняются от беременности. Она видела спринцовки и маленькие губки и знала, что с ними нужно делать. Но только в теории. Перл сказала, что надежнее всего резиновые презервативы, но при этом добавила, что большинство мужчин не любят ими пользоваться.
Тео сел рядом с Бет, глядя, как она отпивает из бокала.
— Интересно, что происходит сейчас в этой милой головке? — спросил он.
— Я всего лишь думаю, что, придя сюда с тобой, совершила отчаянный поступок, — ответила она.
Он нежно взглянул на нее, затем забрал у Бет бокал и обнял ее.
— Я не собираюсь причинять тебе боль, — тихо сказал он. — Я всего лишь хочу показать тебе, как приятно заниматься любовью.
Затем Тео поцеловал ее, нежно проводя кончиком языка по губам Бет. Каждый раз, когда он так делал, у нее напрягалось что-то внизу живота и твердели соски. Раньше Тео и Бет целовались либо на холодных улицах, возвращаясь домой поздно ночью, либо стоя в коридоре у Перл, где в любой момент мог появиться Джек или Сэм. Поэтому Бет никак не удавалось расслабиться.
Но сейчас ей было тепло, им никто не мог помешать, и она с готовностью отбросила тревоги, уступая страсти. Бет прижалась к Тео, желая слиться с ним воедино.
— Ах, — вздохнул он, нежно проводя пальцем по ее щеке, шее и ниже, к вырезу корсажа. — Я так долго об этом мечтал.
Затем, не отодвигаясь и продолжая глядеть ей в глаза, он одним пальцем осторожно приспустил лиф платья и кружевную сорочку, которая была под ним, открыв правую грудь. Палец коснулся напряженного соска. Тео улыбнулся, затем нагнул голову и осторожно взял его губами.
У Бет вырвался невольный вздох. Она еще ни разу не испытывала таких чудесных ощущений, как те, которые ей сейчас дарил Тео, посасывая, облизывая и покусывая. Она бесстыдно обхватила его голову и выгнулась всем телом, чувствуя, как ее захлестывает волна желания.
Тео уже освободил обе груди и переходил от одной к другой, целуя, лаская и посасывая соски. Выражение страсти на его лице только усиливало удовольствие.
— Слишком много одежды, — прошептал он. — Я хочу видеть твое тело и покрыть его поцелуями.
Сзади платье Бет застегивалось на крошечные пуговки. Тео посадил ее перед собой и расстегнул их, продолжая левой рукой играть сосками. Затем, целуя шею и плечи, снял корсаж. Завязки были распущены, корсет упал на пол. Теперь Бет сидела перед ним, обнаженная до пояса, в то время как платье и пышные нижние юбки все еще продолжали топорщиться вокруг талии.
Он опустился перед ней на колени и, не переставая целовать, вынул булавки из волос Бет и снял украшение с перьями. Бет почувствовала, как в самом укромном месте ее тела становится горячо и мокро. Она страстно отвечала на поцелуи, желая большего.
Тео поднялся с колен и увлек ее за собой. Продолжая целовать Бет, он между делом снял с нее платье, нижние юбки и панталоны. Затем наклонился, чтобы снова взять в рот ее сосок. Рука Тео проскользнула между ее ног, и он осторожно ввел туда палец.
Бет не могла думать о том, правильно ли поступает, позволяя мужчине такие вольности. Ее сердце колотилось, она, тяжело дыша, бесстыдно терлась о его палец, постанывая от удовольствия.
Одежда Бет была сброшена на пол. На девушке не осталось ничего, кроме чулок и ботинок. Тео уложил ее на кушетку и принялся проделывать с ней недопустимые и вместе с тем восхитительные вещи.
В какой-то момент он снял жилетку и галстук. Бет помнила, как вытаскивала рубашку Тео из брюк, чтобы ласкать его спину и грудь. Но он даже не пытался расстегнуть брюки. Она чувствовала его напряжение, но Тео сдерживал свою страсть, выполняя все ее желания.
Прошло немало времени, прежде чем он перенес Бет в находившуюся рядом спальню, и только затем окончательно разделся. Простыни, коснувшиеся ее разгоряченной кожи, показались Бет очень холодными и жесткими. Тео опустился рядом с ней на колени и положил ее ладонь на свой возбужденный орган. Он показался ей огромным, и мысль о том, что очень скоро он окажется у нее внутри, на миг испугала Бет.
Должно быть, Тео это почувствовал, потому что лег рядом и поцеловал ее.
— Если ты не готова, я остановлюсь, — прошептал он.
Но жар его тела и дразнящие ласкающие пальцы растопили ее страх. Во время очередного поцелуя Бет, движимая желанием, раздвинула ноги и выгнулась, готовая его принять.