Страница 6 из 116
Почему у Криса такая мокрая ладонь, я ощущаю, как его пальцы медленно выскальзывают из моих. Медленно, но неотвратимо... — Не смей падать, Крис! — отчаянно кричу, пытаясь схватить его и второй рукой. — Слышишь, бескрылый! Я вижу его лицо, белое от страха, на котором особенно четко видны темные пятна веснушек. Слышу, как злорадно завывает ветер подо мной. Чувствую пальцы Алика, до боли вцепившиеся в лодыжки, тянущие назад. И руку Криса, которая вырывается из моей руки. — Ланка… — Нет! Крис! Он падает медленно, словно перо, отпущенное по воздуху. Достигает кучи камней во дворе и остается лежать, нелепо раскинув руки и ноги, точно сломанная кукла. Мы слишком юны, мы не умеем летать. — Крис! Криииис! Но друг почему-то не отвечает. Не встает, удивленно потирая ушибленное место, не ухмыляется своей вечной озорной улыбкой, не обзывает меня трусихой и сопливой девчонкой. — Крис! Словно издалека до меня доносится голос Алика. — Ланка! Я оборачиваюсь, смотрю на его лицо, на перепуганные глаза, на слезы, текущие по щекам, как у малолетки. И понимаю, что я такая же — испуганная, плачущая от осознания: случилось нечто страшное, непоправимое. — Ланка, ты сможешь сама спуститься? Судорожно киваю. Пробую встать на ноги, в итоге ползу к лестнице на четвереньках. Алик несколько мгновений смотрит на меня, потом устремляется вниз — к Крису. Я следую за ним. Шатает. Болят лодыжки, за которые меня пытался удержать Алик, болит бок, которым я ударилась при падении. Только рука странно пуста. И слезы текут по щекам. Глупые нелепые слезы, неспособные помочь. Скоба выскальзывает из разжавшихся пальцев, и полпролета я лечу. Приземляюсь, падаю. Похоже, подвернула ногу, но это не страшно — заживет. Ковыляю туда, где над Крисом склонился Алик, отталкиваю северянина. — Крис! Очнись! Рыжий молчит, в застывших глазах отражается вечернее небо. Я хватаю его за плечи, тереблю, будто это может помочь. — Приди в себя, бескрылый! Алик пытается оттащить меня. — Ланка, он умер. Он мертв, Ланка. Мертв. Пальцы разжимаются сами собой. Дети не понимают, что такое смерть. Они знают лишь, это нечто страшное, окончательное, что не дано исправить. Ни одна сила в мире не способна вернуть тех, кто перешагнул порог Небесной обители. Но дети не верят в смерть, они считают, что будут жить вечно. Я вглядываюсь в стекленеющие глаза, ища свет ускользающей за грань души, и шепчу слова, смысл которых не понимаю, но мне объяснят… чуть раньше. — По праву крови… Пальцы переплетаются с пальцами друга, поцарапанными, с обгрызенными ногтями. Правильно, только так. Я должна стать проводником, что покажет ему путь сквозь паутину случайностей и совпадений, приведших к нелепому и трагичному финалу. — Именем Хроноса, перебирающего песчинки времени… Никто не способен оживить умершего. Даже жрицы Южного Храма, известные своим лекарским даром, одной из которых через много лет стану и я, не способны воскрешать. Но я не воскрешаю, я сохраняю. — Именем Рока, чертящего наши судьбы среди звезд… Тысячи мелочей, решений, слов, поступков складываются в единую цепь, рождая настоящее. Но если разбить эту цепь, если убрать хотя бы одно звено, можно изменить предопределенную судьбу. — Именем Шанса… Бросить вызов фатуму, попробовать все исправить. Это странный опасный дар, потому что за попытку в случае проигрыша я заплачу своей жизнью. Я ясно понимаю это, будто кто-то шепчет мне на ухо, но не боюсь. Потому что еще не верю в смерть. — Хаос, вечный и нетленный, прими мой вызов! __________________________________________________________ [1] Шевейя — небольшая страна, расположенная на границе Западного Предела, славящаяся изобретением многих мудреных механизмов, например, часов на шестеренках и ткацкого станка. [2] Эсса дословно переводится как «принц», «принцесса», возможна другая трактовка — «советница», что ближе к истине, так как титул не является наследным и не зависит от родственных связей. В каждом драконьем клане существует три эссы, которые вместе с Альтэссой составляют совет клана. [3] Командир первой, элитной, сотни. [4] Ангара — степная страна на юго-востоке материка, славится своими табунами, а также лучниками.