Страница 27 из 90
Здесь необходимо сделать одно замечание. Думается, общее количество населения новгородских земель и возможности военной мобилизации здесь сильно занижены. В противном случае не совсем понятно, что остановило татар на подходе к Новгороду. Неужели правдой является то, что это был страх перед болотами, которых они преодолели на пути к Селигеру немало и немало преодолели на обратном пути. Болота и распутица на Руси в то время, да и теперь были повсеместно. Второй довод — это сам ход военных действий с двух сторон.
Вряд ли все военные мероприятия, как взятия укреплений, блокировка дорог, разведка, снабжение и, наконец, решающее сражение, могли осуществляться силами столь символической дружины. Вероятнее всего, нижним пределом численности войск у Александра можно признать 4000 человек. К вопросу численности войск мы вернемся ниже и самым подробным образом рассмотрим его, приведя мнения многих авторитетных специалистов.
Обратимся к ходу боевых действий.
Итак, русским войскам предстояло взять достаточно сильную крепость, которой во все времена своего существования был Псков. Русские отряды отрезали все дороги, ведущие к городу с запада. Приступ должен был быть неожиданным.
Как свидетельствует Рифмованная хроника, Александр подошел к Пскову «с большой силой; и привел многих русских, чтобы освободить псковичей. Этому они от всего сердца обрадовались. Когда он увидел немцев, он после этого долго не медлил, он изгнал обоих братьев рыцарей, положив конец их фогству, и все их слуги были прогнаны. Никого из немцев там не осталось: русским они оставили землю». Один из ливонских летописцев указывает, что при взятии Пскова 70 мужественных рыцарей положили свои головы, а князь Новгородский, пленив 6 чиновников, велел их умертвить. Однако такие потери среди рыцарей представляются сильно завышенными и едва ли соответствуют действительности. По обоснованному мнению историка И.Э. Клейненберга, «число всех орденских рыцарей, действовавших в Ливонии за несколько лет до начала агрессии Ордена против Новгорода и Пскова, должно было находиться в пределах от 30 до 100 человек. Поэтому утрата сразу 70 рыцарей представляется более чем невероятной». Представляется необходимым привести и точку зрения В. А. Потресова на действия Александра по овладению Псковом. «Овладение Псковом относится к образцу военно-политического искусства Александра Невского. Летопись не содержит сцен пожаров, истреблений, вообще каких-либо насильственных действий, которые присутствуют в описании взятия немцами Изборска и осады Пскова в 1240 г. Известно… что Александр перекрыл все дороги к Пскову… На первый взгляд неясно, зачем перекрывать именно все пути, поскольку рыцари, которые могли бы атаковать войско Александра Невского, появились бы с западных направлений. Действовала разведка, и дозорные заранее сообщили бы о приближении врага. Александр имел время для передислокации войска на опасное направление. Представляется, блокада была нужна для того, чтобы прикрыть поступление в Псков продовольствия. Это вызвало бы голод и недовольство горожан. Можно предположить, что псковичи, “демократично” поддержавшие пронемецкие настроения городской администрации, распахнувшей ворота ливонским тиунам, также “демократично” потребовали выдворения пришельцев с их небольшим отрядом перед тенью голода и значительными военными силами Александра Невского. Предполагаю, что разведка доносила князю о настроениях в городе. И он был прекрасно осведомлен о том, когда отворятся ворота Пскова».
С этой точкой зрения солидарен Д.Н. Лившиц. Ее он отразил в своей публикации «Битва, выигранная до того, как она началась. Ледовое побоище». Итак, Александр выполнил первую задачу, вероятно поставленную перед ним новгородцами, По логике он должен был вернуться в Новгород. Однако Александр резко меняет характер войны и переходит в наступление. Он пересекает границу и направляется в Чудские земли.
Иторики по-разному объясняют мотивы такого решения. Е.А. Разин (1940), А.А. Строков (1955), М.С. Ангарский (1960) считали, что это был захватнический рейд с целью овладеть Юрьевом (Дерптом). Г.Н. Караев полагал, что Александр хотел вызвать рыцарей на генеральное сражение в наиболее выгодных для себя условиях. В Ливонской хронике указано, что князь Александр пришел в землю братьев рыцарей, творя грабежи и пожары. Этот факт говорит о том, что перед нами не захватнический поход с целью приобретения территории противника. Вряд ли можно считать, что Александр просто дразнил рыцарей, выбирая удобное мест для сражения. То, что рыцари в короткое время потеряли Копорье, Псков и Изборск, уже не настраивало их на «мажорный лад». Вызвать немцев на генеральное сражение можно было бы и у стен Пскова, имея за спиной, на случай неблагоприятного исхода, столь могучую крепость.
«Всегда местом сосредоточения войск был Псков, поскольку походы всегда осуществлялись по действующим дорогам. Непонятно, зачем Александру потребовалось двигаться от Пскова к Узмени за 70 км, чтобы осуществить вторжение в пределы Ливонии, до границы с которой по прямой всего 50 км? Полагаем, что вторжение войск Невского в Ливонию было осуществлено из района Пскова и преследовало своей целью, конечно, не захват мощной крепости Дерпта, а разрушение материальной базы ливонцев в приграничных землях и замках. В Новгородской I летописи старшего извода говорится о схватке русского разведывательного отряда Домаша и Кербета «у моста». Под термином «мост», который использован летописцем, большинство исследователей подразумевают, и с этим вполне можно согласиться, эстонские населенные пункты Моосте или Хаммаст, расположенные на линии Псков — Дерпт, то есть как раз на линии, по которой двигалось войско Александра от Пскова в глубь неприятельской территории».
В.А. Потресов считает, что Александр вообще не планировал генерального сражения. И с этим можно было бы с определенными оговорками согласиться. Нужно к этому добавить, что в этом случае Александр трезво расценивал свои силы и осознавал, что никакого преимущества в живой силе перед немцами у него перед сражением на льду Чудского озера не было. В. А. Потресов следующим образом аргументирует свою точку зрения: «Александр вообще не планировал сражения, а стремился как можно скорее увести войско из Пскова, поскольку рыцари, надо полагать, опустошили ближайшие окрестности и армия могла начать голодать. Но возвращаться по старому пути на Новгород (Великая — Череха — Шелонь) он тоже не мог: закрома после его похода там были опустошены. Еще одна причина спешки — скорое вскрытие рек и весенняя распутица, делающая невозможным перемещение больших коллективов. Как уводить армию в Новгород? В юго-восточном углу Чудское озеро принимает реку Желча, которая издревле служила частью водно-волокового пути, связывающего это место с Новгородом двумя основными маршрутами: р. Желча — р. Люта — (волок) — р. Плюсса — (волок) — р. Ситня — р. Шелонь — оз. Ильмень — р. Волхов; р. Желча — р. Люта — р. Плюсса — р. Вердуга — (волок через озеро Вердуга, Муж, Сяберо и р. Сяберка) — р. Саба — р. Луга, далее известной историкам частью пути на Новгород… Чтобы попасть в устье Желчи, Александру нужно было совершить переход через Псковское и Теплое озера… Этот маршрут мог составлять 4–5 дневных переходов по льду вдоль восточного берега Чудского озера. Можно предположить, что основная армия двинулась именно по этому маршруту, а мобильные продовольственные отряды с надежной охраной налегке (экспроприировать большими войсковыми соединениями, обремененными обозами, не с руки) грабили Чудские земли. Возвращаться домой с победой, но без добычи было как-то неловко, да и кормить армию нужно. В последние годы реки Луга, Шелонь, Великая и другие вскрываются во второй декаде апреля. Экспедиция АН СССР показала, что погодные условия в середине XIII в. были близки к таковым на середину XX в. (календарная поправка на стиль с XIII в. по настоящее время составляет +5 дней, то есть 5 апреля 1242 г. соответствует 10 апреля начала XXI в., запас по погоде, казалось, был)».