Страница 58 из 59
- Я должен хотя бы рискнуть, правда? - Айдур пригладил бородку и обратился к ожидающим дальнейших распоряжений магам, - Когда я добуду артефакт, всех духов отправят за ним. Вы должны быть готовы. И ещё, - он коснулся плеча мужчины, - изгнать меня с опасной вещицей из этого мира придётся очень быстро. Было приятно узнать, что Великая Половина пока не лишилась отваги и чести.
Иомир механически кивнул, не имея понятия, как следует прощаться с таким другом. Он был признателен ему за тёплые слова, которых никогда не слышал прежде, и всё же, не мог избавиться от чувства, будто искренняя благодарность в качестве ответа на простую вежливость, будет выглядеть нелепо.
Айдур, тем временем, что-то шептал себе под нос, выглядывая в расчерченную огнями темноту. Его силуэт начал мерцать, истончаться, чтобы через пару мгновений полностью исчезнуть в гранитной кладке башни.
***
Отсутствие тела было непривычным. Айдуру до сих пор требовалось приложить некоторые усилия, чтобы заставить себя проходить насквозь через предметы или пользоваться другими преимуществами, которые давало ему нынешнее положение вещей. Вот и сейчас он бормотал себе поднос увещевания, стараясь поверить в то, что легко и просто может шагнуть в серые камни и не испытать при этом положенной от удара боли.
Оказавшись за пределами башни, он облегчённо вздохнул и принялся за следующий этап 'задания' - потерять зримый облик. Это далось несколько легче, и спустя пару минут, дух получил возможность оглядеться по сторонам.
Картина, которая предстала его глазам, была далека от идиллических представлений о будущем, которые он тешил когда-то бесконечно давно: ' Прежде, чем всё пошло наперекосяк, разумеется. А теперь вот последний рубеж кишмя кишит уродами, которых могло и не быть, если бы...ах, если бы'.
Стараясь не думать о камне на собственном 'сердце', Айдур ещё раз тяжело вздохнул и, оттолкнувшись рукой от шершавой стены, всё быстрей и быстрей поплыл в горячем, сыром воздухе. Под ним колыхалась, бурлила гневом и яростью река из плоти и стали, а впереди клубился зловещий туман из безвольных фигур тех, кто давно был чужим всему живому. 'Нырнуть' в толпу собратьев дух не решился, уж слишком жутко было замечать в ней знакомые лица. Немного подумав, он изменил направление и стал набирать высоту, чтобы пересечь ущелье выше.
Наконец, оказавшись по ту сторону, старый маг разглядел на площадке, венчавшей предгорья, обособленную группу ракхов. Полноводное море таких же коренастых и мускулистых тварей обтекало стороной всадников на безобразных скакунах, сердито мотающих треугольными головами. Айдур осторожно спустился ниже. Тот, что стоял по центру, казался больше остальных, его доспех и оружие смотрелись богаче, а хищные глаза сияли гордостью триумфатора. ' Если бы я подчинил себе армию и посулил ей лёгкую победу, то едва ли доверил главный козырь даже ближайшим соратникам. Нет. Оно рядом. Совсем близко, - дух присмотрелся к остальным наездникам, - среди них ест пара шаманов - ожидать иного было бы глупо'.
Задумавшись о том, как найти искомое, избежав лишнего внимания, он понял, насколько пристально изучает грудную клетку главного ракха. Она источала опасность, не для остальных представителей этого племени, но только для одинокого духа, беспомощно наблюдающего со стороны. Он сфокусировал взгляд на железном круге нагрудника - вот изогнутая гравировка с надписью на чужом языке, под ней начинает виться хвост дракона, перетекая в тело крылатого зверя, свернувшегося кольцом, а вот и голова, инкрустированная золотом и крупным алмазом, изображающим око. Именно в нём пульсирует источник угрозы. Айдур оказался у цели гораздо быстрее, чем предполагал.
' Что же мне делать? Это не подвеска, которую можно сорвать с чужой шеи, не кольцо, которое можно стянуть с пальца. Нового хозяина камня окружают шаманы, которые, безусловно, слабее магов, но развоплотить призрак смогут легко. А уж пока я буду расщеплён на миллион частиц, они успеют позаботиться о защите своего драгоценного наследства, - дух недовольно поморщился, эта особенность новой сущности претила ему больше всего, - разве что, я могу осторожно вселиться в этого монстра...'
Идея, несмотря на определённую брезгливость, Айдура вдохновила: 'Если нагрудника будет касаться его владелец, едва ли кто-нибудь заподозрит неладное'. Призрак стал медленно приближаться ко вражескому военачальнику и, оказавшись на расстоянии вытянутой руки от него, устремился вперёд, чтобы, не дав себе опомниться, погрузиться в чужое тело, как в спокойную гладь озера.
Его звали Даж, сын лидера одного из крупных ракханских кланов. Потомственный борец за объединение, волевой и беспринципный, привыкший рассчитывать только на свою силу и хитрость. Дух понял, что подчинить такого будет совсем не просто, едва соприкоснувшись с его сознанием. Он провёл больше часа, нащупывая брешь в скупых чувствах или мыслях ракха, которая позволила бы заменить их своими.
Наконец, лазейка нашлась. Бесконечная амбициозность Дажа проявила себя, когда уроженец влиятельного рода, проходя мимо, склонил перед ним голову, затаив на дне глаз обиду и ненависть. Маг только раздул самодовольство, пробежавшее по венам лидера приятной негой, внушив ему чувство, будто один он теперь владеет камнем Роноста, и никому больше не удалось завоевать эту честь, чтобы объединить вокруг себя народ. Секунда, и широкая, бурая рука любовно погладила алмаз. Теперь Айдуру оставалось только удерживать его внимание, расшатывая камень магией.
Когда сверкающий бесчисленными гранями 'глаз дракона' остался в пальцах Дажа, тот понял это не сразу. Образы падения Нерумата ещё владели его разумом, а призрак уже покинул его тело, унося в чёрное небо свою добычу.
***
Усталость брала верх. Свирепые орды врагов, точно заразная сыпь, облепили стену по всей длине.
Дождь прекратился, и летняя ночь нещадно парила удушливой влагой. Воины сражались из последних сил, их колчаны давно опустели, а мечи покрылись щербинами.
Внизу росли горы трупов, по ним карабкались всё новые и новые ракхи, они бросали верёвки, ползли по ним, забирались на парапет, падали, изувеченные почти отчаявшимися защитниками Нерумата, и становились опорой для ног своих собратьев.
Иомира всё не было, и Грэгор потерял надежду на успешный исход затеи с Айдуром. Его лицо и грудь покрывала запёкшаяся кровь, а руки давно потеряли способность чувствовать что-либо кроме колючей судороги.
Очередной ракх показался над зубцом, и мужчина встретил его клинок. Лязгнула сталь, добавив свой голос к лютому разноголосью боя, распахнулся огромный рот, и вдруг, над ущельем вспыхнула яркая молния, точно звезда упала в небо, перепутав порядок вещей в царящем хаосе. Принц воткнул кинжал в горло противника и сильнее надавил на меч, задавая направление его мёртвому телу.
Воинство духов пришло в движение, один за другим покойные маги срывались в полёт за необычной вспышкой. Ракхи озирались по сторонам, не понимая, что происходит, люди опускали оружие, получив долгожданную передышку. А потом, на полпути, призраки словно передумали. Изменив направление, они устремились к одной из башен стены, заставляя солдат пятиться в панике.
- Стоять! - Грэгор крепче сжал оружие и вложил в свой приказ остатки ярости, которую больше не испытывал, - воины Грандира сражаются до конца!
Это возымело действие, хотя было ясно, что лишь на время. Страшной потусторонней тучей духи неслись вперёд, заставляя холодеть от предчувствия близкой смерти.
- Стоять! - раздался голос мужчины снова.
У него не было пути назад, не было второго шанса начать. Он понимал, что позволив обороне дрогнуть, навеки останется в истории Великой Половины изгоем, отдавшим ракхам Нерумат.
Внезапно что-то изменилось. Духи начали замедлять полёт. Точно разбуженные посреди ночи, они бессмысленно смотрели друг на друга перед тем, как исчезнуть, растворившись пустым сном. Грэгор ощутил, как разжимается в груди комок нервов, принося облегчение.