Страница 62 из 70
— Я не могу отдать тебе Пи.
— Почему?
— Райан меня убьет.
— Райан? Какое отношение Райан имеет к Пи? Ты ведь знаешь, что он подставил Блейка. Ты же знаешь, что он не крал никакие деньги у Холдена.
— Не важно. Когда оба вы будете за решеткой, ты и Блейк, я останусь единственным опекуном Лондон. Однажды Холден узнает правду. К тому времени мы будем жить на Бермудах, а Лондон будет где-нибудь в какой-то школе-интернате.
— Я не понимаю, как ты можешь говорить такое? Как ты можешь не любить ее и не хотеть больше всего на свете, чтобы она была в безопасности и счастлива? Она же твой ребенок. Мне никогда не понять этого.
— Позволь объяснить тебе простым языком. Я вынашивала Лондон в своей утробе в течение девяти месяцев. Это все. В этом заключалась моя роль. Это было моим хорошим поступком.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты и правда, такой тормоз? Лондон была зачата в пробирке. Мы с Блейком не занимались любовью, Лондон должна была стать их ребенком, а я должна была быть героем. Дженни заморозила свои яйцеклетки до того, как прошла первый курс лечения от рака. Лондон — ребенок Блейка и Дженни, а не Блейка и Фарры. Я хотела этого, для этого я использовала Лондон, но это не сработало. Блейк любил Лондон не больше, чем меня.
— Подожди. Ты говоришь, что моя сестра — мама Пи? — мое сердце бешено колотилось, пока я пыталась осознать, что она говорила.
— Да.
— Это значит, что я — ее тетя. Я заботилась о ребенке своей сестры? — спросила я, указывая на себя, пока мои колени начали дрожать. Теперь все встало на свои места. Я знала, что между нами была мгновенная связь. Что-то, что можно только ощутить, а не выразить словами. Я заботилась о ребенке своей сестры. Фантастика.
— Да, но это не имеет значения. Райан уже все продумал. Когда Холден узнает правду, ты будешь сидеть в тюрьме за мошенничество, как и ее отец, а еще и за похищение. Холден уже знает о твоей причастности. К твоему сведению, это было просто блестяще. Какое-то время Райан даже задумывался о женитьбе на тебе.
— Слава Богу, этого не произошло, — бойко ответила я.
— Было так легко заставить Холдена поверить, что ты и Блейк украли у него миллионы. Райан знал, что Блейк был увлечен тобой. Он сказал мне, что понял это сразу, как увидел тебя.
— Я знала, что Райан что-то замышлял. И Блейк тоже знал.
— Да, но вы были на шаг позади. Именно я сказала Райану, что ему это не сойдет с рук, — Фарра рассмеялась и скрестила руки на груди, — Ублюдок доказал, что я ошибалась. Никогда не думала, что настанет тот день, когда Райан Форд перехитрит Блейка Коуста. Это сработало. Райан разгуливает, как хозяин положения, а Блейк — за решеткой. Он хватил его за яйца, и Блейк ничем ему не сможет помешать.
— Почему Блейк не рассказал Холдену о Пи? Они знали, что она была у него. Что он им сказал? Сара бы полюбила Пи.
— Мне подсадили две оплодотворенные яйцеклетки первого декабря. Если бы они прижились, то Блейк с Дженни собирались объявить об этом своим родителям. На следующий день после того, как я забеременела ее ребенком, Дженни потеряла сознание на работе.
— Рак вернулся, — сказала я.
— Да, только на этот раз он образовался у нее в мозгу, и операция была невозможна. Я объявила Блейку о своей беременности в самый неподходящий день. Они подвергли Дженни всевозможному лечению, и она плохо себя чувствовала. В тот день она была очень больна. Блейк был в не себя. Он не хотел, чтобы я говорила ей, но я должна была. Она была очень больна и заслуживала услышать хорошие новости, и я думала, может это поможет ей выжить. Ну, если бы она очень хотела Лондон, она бы не умерла, понимаешь? Она должна была бороться, но не боролась.
— Ей дали три месяца. Она прожила чуть больше месяца, после того, как ей поставили диагноз опухоль мозга в последней стадии. Я никогда не говорила Блейку, что рассказала ей. Он не знает, что она знала, но Райан знает. Он стоял за дверью. Он подслушал.
К тому времени Фарра рассказала мне больше, чем я просила; она на самом деле вытирала слезы.
— Ты должна все исправить. Ты должна помочь мне вернуть Пи. Ты знаешь, что я забрала ее, потому что тебе она была не нужна. Единственная причина, по которой ты согласилась на это, заключается в деньгах и власти. Ты ее не любишь. Ты должна помочь мне вытащить Блейка из тюрьмы, ему там не место, и ты это прекрасно знаешь. Сделай это ради Дженни. Она не хотела бы для своего ребенка такой жизни. Дженни хотела, чтобы ее дочка была счастлива.
— Это все уже не имеет значения, малышка. Все дело в деньгах и власти. Дело сделано. Как только Райан расскажет Холдену о его внучке, тот собственными руками повесит Блейка.
— Холден не поверит этому. Он не может. Он знает, что Блейк никогда ничего не заберет у него.
— А вот тут ты ошибаешься. Он уже думает, что последние пять лет Блейк воровал у него деньги; твое появление, только помогло. Миллионы долларов находятся на обезличенном банковском счете в Швейцарии. Внезапно давно потерянная дочь Холдена появляется с парнем, которого он ненавидит больше всего, и бац, вот оно. Все деньги были помещены на подозрительный счет на имя Макайлы Карли. Это заняло меньше пяти месяцев с твоего появления; через три месяца за вами начали следить.
— Райан сделал все это назло? Это не имеет никакого смысла.
— Имеет, когда у Блейка было все, чего он хотел. Включая Дженни.
— Райан был влюблен в Дженни?
— Да, теперь понимаешь, что я имела в виду, говоря бедняжка Дженни?
— Нет. Я вижу слишком много злобы и зависти, и меня тошнит от этого. Это моя жизнь. Это жизнь Блейка. Ты знаешь, что его подставили. Ты знаешь, что Пи принадлежит мне. Ты должна сделать заявление. Это твой шанс все исправить. Сделай это, Фарра, — взмолилась я. Я предоставила этой стерве возможность проявить себя. Она его упустила.
Фарра начала смеяться надо мной.
— Конечно. Я прямо сейчас пойду и выступлю по телеканалу, которым владеет моя семья. Ты проиграла. Ты не получишь Блейка, ты не получишь Лондон, и ты не получишь Райана. Все кончено. Ты проведешь очень много лет за решеткой. Мы с Райаном уберемся из Нью-Йорка к чертовой матери, а Лондон вернется в Шеффилд. Игра закончена.
— На этом все, друзья. С вами была Микки Карли в прямом эфире, здесь на телестудии KSTV. Хотите что-нибудь добавить, мисс KSTV? — я улыбнулась в камеру ее собственного телефона, а затем направила его на нее. Она застыла, как вкопанная, когда поняла, что я на самом деле записала все, что она только что сказала.
— Ты, на хрен, издеваешься? Отдай мне мой телефон, — взвизгнула Фарра, потянувшись за ним. Мои походные ботинки позволяли мне двигаться быстрее, чем ее пятидюймовые каблуки, и я отскочила на несколько футов.
— Тебе, вероятно, стоит закричать, — предложила я, водя своими большими пальцами по экрану, — Не могу поверить, что на твоем телефоне не установлен пароль. Знаешь, при всей твоей власти и все такое. Ты не захочешь, чтобы он попал не в те руки.
— Отдай мне мой телефон. Что ты делаешь?
— Подожди. Я верну его тебе. Я лишь по-быстрому загружу это видео на YouTube. Не переживай, это делается очень быстро.
— Ладно, ладно. Чего ты хочешь?
— Я хочу забрать твоего ребенка. У меня не было намерения использовать это, когда я дала тебе шанс сделать все правильно. Но ты отказалась.
— Я сделаю. Ты не можешь это опубликовать. Это семейный бизнес. Я не могу быть замешанной в этом.
— Но ты сказала, что хочешь уехать отсюда, убраться из Нью-Йорка. Ой, ладно. Вот, держи. Мне пора идти, но это был один из лучших разговоров в моей жизни. Увидимся, — сказала я, протягивая ей ее телефон, — Если бы я была на твоем месте, то не стала бы пока звонить копам.
— Ты не можешь выставить это видео.
— Уже выставила. Как думаешь, сколько времени займет его активация? Может мне стоит позвонить одному из твоих конкурентов. Могу поспорить, они ухватятся за эту историю. Как думаешь, сколько просмотров я получу? У тебя есть немного времени, если хочешь признаться во всем своей семье или еще что. Я ограничила доступ. Пока его никто не может видеть. До тех пор, пока у меня не будет Пи.