Страница 26 из 54
Ненависть как стимул к жизни требует направления. Необходим предмет ненависти — или предметы. Синг подозревала, что в них Вейдер недостатка не испытывает. Всегда найдется кто-то неугодный, некто доселе неизвестный, кому не повезет обратить на себя внимание и негодование владыки ситов. А когда цель изживет себя, всегда можно обратиться к Императору, который снабдит его новыми объектами для охоты и расправы. Сам Палпатин также ненавидел всех без разбору, но искусно сдерживал гнев, распоряжаясь мощью темной стороны куда более изящно. Без сомнения, Вейдер рассчитывал однажды овладеть этим мастерством.
Но до того времени ненависть, что наполняла его и выплескивалась через край, была неуправляемым огненным вихрем, бурной рекой, перегруженным реактором. Гнев клокотал в нем с каждым ударом того, что осталось от сгоревшего сердца. Гнев вел его туда, куда иных существ — слабых существ — приводит тайная страсть, незримая цель, недостижимая мечта. Синг ощущала его ярость как жар раскаленной печи. Вейдер не мог подавить гнев полностью, но мог с успехом направлять его. Для того, подумалось Синг, ему и требовалась цель.
И вот тут-то на сцену выходил Джакс Паван. А затем и она сама.
Без сомнения, где-то полным ходом шла подготовка сложнейших маневров, требующих почти безраздельного внимания темного повелителя. Иначе просто быть не могло, думала Синг. Такие фундаментальные политические изменения не происходят по щелчку пальцев в один день после вынесения приказа. Слишком многое еще ждало впереди: важные фигуры политической и светской жизни, которых нужно переманить на свою сторону, обязать, запугать или устранить; огромные коммерческие объединения, которые необходимо взять под уздцы; целые виды гуманоидов и негуманоидов, еще не связанных клятвой верности Империи — или не истребленных ковровой бомбардировкой. Как бы ни по душе было Вейдеру гоняться за этим беглым джедаем Джаксом Паваном, в дни, когда на кону стоят судьбы целых планет, все внимание должно быть сосредоточено на делах Империи. Он просто вынужден, по крайней мере сейчас, доверить охоту на Павана кому-то другому. Профессионалу.
Орре Синг.
Разумеется, сейчас она была безоружна. Ее снаряжение конфисковали при входе во дворец. Хотя Вейдер был на высоте во всем, что умел, надо быть идиотом, чтобы полагаться на одну лишь Силу, когда речь идет о собственной безопасности. Позволить темной стороне пронизать насквозь твою сущность — это, безусловно, замечательно. Но для полной эффективности мало одного умения, необходимо еще и соображать. С Силой или без нее, Вейдеру хватало ума не позволять проносить на аудиенцию такие тривиальные, функциональные и смертоносные вещи, как простейшая граната или бластер.
— Синг, — простое односложное свидетельство присутствия.
— Повелитель Вейдер.
Она не поклонилась, разве что слегка склонила голову. Если это и пришлось Вейдеру не по вкусу, он не подал виду.
— Я почуял тебя задолго до того, как ты пришла.
— Лишь потому, что с вами Сила. — Не дожидаясь приглашения или разрешения, она приблизилась на несколько шагов. — Роскошный дворец… Эта технокамера отнюдь не делает ему чести. — Она покосилась на стену, начиненную электроникой, затем снова посмотрела на хозяина. Тот махнул рукой, затянутой в перчатку:
— Мой… образ жизни требует постоянной сосредоточенности и использования определенных технических ухищрений, которые многим неведомы.
Кивнув, она принялась рассматривать ломаные завитки, покрывающие стены, и острые углы орнамента, словно впрессованные в потолок.
— Я смотрю, в интерьере вы любитель абстракций.
— Мне комфортнее всего, когда меня окружают неорганические формы и математическая точность.
— Да, — согласилась Орра, опуская взгляд на фигуру в доспехах. — Говорят, ваши пристрастия немногочисленны и скромны. — В ее голосе просквозило любопытство. — Или это всего-навсего отвлекающие маневры?
Тон Вейдера не изменился, но как будто стал холоднее:
— Ты претендуешь на понимание моих мотивов? Тебе оно недоступно. Ни тебе, ни кому бы то ни было.
— Я ни на что не претендую, — ответила она. — Я лишь пытаюсь достичь максимально возможного взаимопонимания с моим работодателем. В моем деле очень важно знать как можно больше об объекте охоты. И о том, кто мне за это платит.
— Кредиты, — темный великан издал презрительное шипение. — Столь низкий мотив — но он подстегивает к действиям и связывает воедино столь многих существ.
Синг пожала плечами:
— Для меня в самый раз. Вы могли бы предложить что-то получше?
Вейдер повысил голос и воздел сжатый кулак:
— Единство! Организованность!
— Спасибо, — сухо отозвалась Синг, — но мне, пожалуйста, кредиты.
Он презрительно махнул рукой:
— Даже среди тех, кого принято считать лучшими, встречаются дураки.
Синг напряглась. При ней не было оружия, но это не значило, что она не могла за себя постоять.
— Вы назвали меня дурой, владыка Вейдер?
Вейдер засмеялся.
Немногим приходилось слышать, как смеется темный повелитель. Если что-то и могло его позабавить, то реакция, на которую были способны его дыхательные устройства, была в лучшем случае похожа на шипение. Однако Синг слышала именно смех, самый настоящий и совершенно точно лишенный всякого веселья.
— Ты меня поражаешь. — Он подался вперед. — Редкий случай — и уже это само по себе частично оправдывает средства, вложенные в тебя Империей.
Отставив назад левую ногу и чуть пригнувшись, Синг гневно воззрилась на Вейдера. Эта увешанная железяками черная образина испытывала ее терпение. Когда такое изредка, но случалось, как правило, кто-нибудь всегда умирал.
— Я не желаю быть придворным шутом — ни для кого. Меня наняли, чтобы захватить цель, в худшем случае, убить. И я не собираюсь выполнять две работы по цене одной.
Вейдер уже откровенно издевался. Он широко раскинул руки в черных перчатках.
— Но если ты убьешь меня, Орра Синг, то кто же гарантирует тебе выплату вожделенных кредитов?
Отвернувшись, она демонстративно сплюнула на начищенный пол:
— Я уже подписала необходимые документы.
— Чудно! — заявил Вейдер с новым смешком. — Ты даже лучше, чем я рассчитывал. Я предвижу развитие продолжительных и взаимовыгодных деловых отношений между нами.
Лесть прошла мимо ее ушей, как капли ртути скатываются со стальной пластины.
— Я буду работать только на того, кого я уважаю и кто уважает меня.
— Так тебе хочется уважения? — Вейдер шагнул вперед, и Синг напряглась, медленно сжимая руки в кулаки. — А я думал, только денег. Деньги — не проблема, Синг. Они не более чем мусор. Но уважение дается не просто. Его нужно заслужить.
Синг бросилась ему навстречу.
Всего несколько шагов. Легкий толчок Силы в идеальном слиянии с напряжением мышц. Секунда — сжатый кулак встретится с его лицом, и тогда она узнает, из чего сделан этот проклятый доспех. Она увидит то, чего никто никогда не видел — что там, под черной маской. Она будет первой.
Ее удар не достиг цели. Сделав изящный жест рукой, Вейдер блокировал удар, а тело охотницы отлетело на другой конец комнаты. Испытав потрясение, но все еще пребывая в полном сознании, Синг прогнулась и развернулась еще в полете. С силой врезавшись в противоположную стену, она оттолкнулась, приземлилась на ноги и тут же снова бросилась на Вейдера.
— Рефлексы животного, — проворчал тот. Его световой меч все еще висел на поясе, но Вейдеру было все равно. Его пальцы не сделали ни малейшего движения в сторону оружия. — То, что нужно Империи — парочка отлично подготовленных и прирученных хищников.
— Прирученных? Я покажу тебе, кто тут ручной! — Оно взмыла в воздух, перевернулась в прыжке и нанесла удар ногой.
Неестественно быстрым, практически неуловимым движением Вейдер уклонился, потянулся вверх и коснулся ее спины. В такой позиции настоящий удар сломал бы ей позвоночник. Прикосновение Вейдера было скорее похоже на ласку. Он лишь продемонстрировал Орре, что могло бы с ней случиться.