Страница 2 из 17
Конрад улыбнулся в ответ, отчего его лицо тут же преобразилось, став более мягким и симпатичным.
— Стэфани, я хотел сказать вам…
— Что, Конрад, я вас слушаю…
— Когда вы вернетесь, я собираюсь… Сделать вам предложение.
Я застыла, глядя на него. Предложение? Я стану женой? Благородной леди? Несмотря на сомнительную семейную историю.
— О, Конрад, я…
— Ничего не отвечайте сейчас. У вас будет время все обдумать, а я буду надеяться на положительный ответ.
Мужчина снова поцеловал мне руку. Признаться, я ждала пылких признаний в любви, но так и не дождалась. Мы спешно попрощались, и я отправилась в Саммервилль — город детства и плохих воспоминаний. Над предложением Конрада думать не хотелось, совсем не хотелось. Достойна ли я стать его женой, породниться с его благородной семьей? Может быть, сейчас, когда мы уже не связаны позорно ни с какой воровской гильдией?
Нет, лучше не думать об этом сейчас. Мне, правда, нужно увидеть маму, поговорить, и, возможно, тогда я смогу понять все. Каждому человеку необходима материнская поддержка, что уж говорить о молодой девушке. Такой, как я. Мама ведь приехала ко мне, когда умерла бабушка. Она ведь поддержала меня тогда, и я даже почувствовала, будто между нами есть та самая связь, которой мне так не хватало все это время. А сейчас я должна поддержать ее и Тима, пусть даже мать снова закроется от меня, станет холодной и чужой.
Я шла к родительскому дому с тяжело бьющимся сердцем. Все мне было знакомо на этой улочке. Я помнила всех соседей, всех детей, с которыми играла в детстве, каждый дом и сад. Специально попросила извозчика остановиться подальше, чтобы пройтись и привести в порядок мысли. Из окон первого этажа нашего особняка доносилась музыка. Довольно веселая и энергичная, что никак не вязалось с трауром. Очень странно… Постучала в дверь, не решаясь войти без приглашения, по-прежнему чувствуя себя чужой. Дверь открыл дворецкий, Додсон. Он с каким-то затравленным взглядом высунулся из-за двери, увидел меня, и глаза его расширились от удивления.
— Мисс Стэфани? Голубушка, зачем же вы приехали? — воскликнул он, отчего я совсем растерялась.
— Додсон, о чем ты? — раздраженно спросила я, отпихивая старика и входя в дом.
Я сняла шляпку и стряхнула с нее дождевые капли. Обстановка не изменилась с тех пор, как я в последний раз бывала здесь. Вот только было не прибрано. На паркете грязные отпечатки обуви, какие-то разводы, подтеки. Вещи разбросаны. А из столовой по-прежнему доносилась музыка и голоса.
— Додсон, где матушка и Тим? Что здесь вообще происходит? — требовательно спросила я.
Дворецкий также молча продолжал смотреть на меня с убитым выражением лица, а потом медленно перевел взгляд на лестницу. По ней степенно спускался мистер Биггз, или, как звали его подельники, Барон. Глава воровской гильдии Саммервилля. И лучший друг моего покойного отчима.
— Здравствуй, Стэфани, какой сюрприз, — сказал он, гадко улыбнувшись. — А мы как раз очень надеялись на твой приезд. Как дорога? Не утомила?
Жирный, как боров, с редкими рыжими патлами, в ярко-зеленом бархатном кафтане… Просто отвратительный. Я боялась его даже больше, чем отчима. Дворецкий что-то пробормотал и тут же скрылся. А я поняла, что мне все же стоило остаться дома.
2
Я беспомощно смотрела, как Барон приближается ко мне, и подавляла желание сейчас же сбежать. Побег казался самой разумной идеей, но я должна была непременно узнать, где мои родные. Мистер Биггз схватил меня за руку и потянул к дивану.
— Ты, должно быть, устала с дороги, — сказал он. — Нужно отдохнуть.
Сопротивляться этому борову я не могла.
— Где мама, отвечайте! — потребовала я как можно строже, хотя на самом деле все внутри меня дрожало.
Барон не ответил, усадив меня на диван, а сам опустился рядом. Я тут же отодвинулась, чтобы не вдыхать аромат спиртного.
— Где мой брат? — снова спросила я, и голос предательски дрогнул.
— Их здесь нет, — бесстрастно ответил бандит, глядя на меня таким взглядом, что захотелось срочно исчезнуть. — Твоя мамаша сбежала вместе с мальчишкой еще до похорон Командора.
— Куда сбежала? — растерянно спросила я.
— Не знаю. Но смогу узнать, если будет нужно, можешь поверить, — заявил мужчина с явной угрозой в голосе.
А у меня мурашки побежали по коже. Он говорит правду или нет? Выходит, мама уехала куда-то, отправив письмо мне уже в дороге.
Барон придвинулся и попытался взять меня за руку, но я успела увернуться.
— Какая взрослая стала… Красивая…
Мужчина плотоядно улыбнулся, отчего я вздрогнула и вскочила.
— Что вы здесь делаете? — воскликнула я хриплым голосом. — Что вообще здесь творится?
Я указала на столовую, из которой по-прежнему доносилась музыка и раскаты смеха.
— Празднуем новоселье, — самодовольно ответил мистер Биггз. — Мое новоселье.
— Но это же наш дом…
— Больше нет. Морисс задолжал нам кругленькую сумму. Присвоил себе выручку с последнего дела и захотел уйти из гильдии. Но так нельзя, девочка. Из гильдии не уходят.
— Вы убили его…
— Командор сам виноват, раз подставил свою семью. Он должен много, намного больше, чем украл. Так что теперь этот милый дом принадлежит мне.
Судорожно сжимая в руках саквояж, я попятилась к двери. Барон встал и медленно приблизился ко мне, а с его лица не сходила самодовольная улыбка.
— Куда же ты, дорогая? Ты ведь только приехала…
— Я должна найти мать, — пролепетала, с трудом ворочая языком.
— В доме полно моих ребят, так что даже не пытайся сбежать!
Как я ввязалась в это? Зачем приехала? Почему мать не написала, что дом захвачен гильдией, почему не предупредила об опасности?
— Это ваши с отчимом дела, я здесь совершенно не причем. Отпустите…
— Стэфани, видишь ли, даже этот дом и те остатки добычи, что мы нашли, не покроют долг Командора. С твоей матери взять больше нечего, а вот ты… На тебе мы вполне можем заработать.
— Вы не посмеете! Не имеете права!
Я рванулась к выходу, но тут же была схвачена железной лапой Барона. Саквояж упал, громко ударившись о паркет.
— Ты останешься здесь, детка, — зашептал мужчина, прижимая меня к себе. — Я ведь и впрямь могу приказать своим людям найти твою мамашу и братца, только обещаю, тогда ты их точно не увидишь. Если брыкаться будешь… А еще могу отдать тебя на забаву своим ребятам. Они уже развеселились и наверняка хотят приятного продолжения…
— Что… что вам нужно от меня?
— Я смогу на тебе отлично заработать. Завтра же поедешь в салон моей жены. Она подыщет как раз отличного богатенького клиента. За тебя можно попросить много, очень много… Какая нежная кожа, шелковые волосы…
Меня передернуло от отвращения, и я вырвалась из захвата, но мужчина схватил меня за волосы и дернул так, что у меня слезы брызнули.
— Лучше будь послушной девочкой, а то станешь штатной шлюхой в гильдии, — прорычал он, таща меня к лестнице за волосы.
А я с ужасом смотрела, как из столовой один за другим выходят амбалы, шатающиеся, орущие, с бутылками в руках.
— Девку не трогать! — громко объявил Барон, заталкивая меня в каморку под лестницей, и добавил шепотом:
— Если будешь хорошо себя вести.
Дверь захлопнулась, и я оказалась в темноте. Ночь я провела без сна, дрожа от страха и отчаяния. А бандиты продолжали кутить, и я до ужаса боялась, что они нарушат приказ своего предводителя, напившись до беспамятства. Ну почему, почему я не осталась дома, в Харпервилле?
Под утро я все-таки забылась тревожным сном, свернувшись прямо на полу, а потом за мной пришла жена Барона — миссис Биггз. Женщина под стать мужу, отвратительная, расплывшаяся, с громадной грудью, которая так и норовила выскочить из глубокого декольте. С ярким вульгарным макияжем и высокой прической она сама вполне могла сойти за штатную шлюху гильдии. Но на самом деле она имела среди бандитов такое же влияние, как и ее гадкий муж. Миссис Биггз держала подпольный публичный дом, который приносил немалый доход гильдии.