Страница 32 из 42
— Не двигайся, если не хочешь. Даже не двигай ногами. Оставайся на месте и сохраняй свои силы, — сказал я ей.
— Боюсь, Дом. Я боюсь умирать, — ее голос дрожал от волнения.
— Нет, ты не х*я не умрешь. Я не позволю.
— Мое свадебное платье. Ты так и не увидишь меня в свадебном платье, — простонала она мне в шею.
Неприятный привкус океана был у меня во рту.
— Я бл*тьувижу тебя в свадебном платье, даже если мне придется похоронить тебя в нем, — зарычал я.
Она хихикнула слабо и лениво. Она ускользала. Я чувствовал это так же, как мои руки настолько онемели, что я не мог их чувствовать.
— Это не больно, как я думала. Я больше не боюсь. Это тихо и спокойно, на самом деле, словно ты падаешь во что-то мягкое и темное.
Я крепче ее схватил.
— Вивьен, ты должна бороться. Останься со мной.
— Эй, малыш! Посмотри на эти огни. Они прееееекрасны.
— Какие огни?
— Ты не видишь их?
— Нет.
— Ох, мне жаль тебя. Они оооочень красивые.
Я опустил взгляд на ее лицо, оно было каким-то одухотворенным, не таким, когда я обнаружил ее, но заставшим. Я пришел в ужас.
— Вивьен, посмотри на меня, — закричал я, но она находилась в таком восторге от этих призрачных огней, что не хотела поворачивать голову в мою сторону. Я схватил ее за подбородок и повернул к себе ее лицо. Ее глаза были стеклянными и пустыми, казалось, они были не способны сфокусироваться на мне. Она издала небольшой, бессвязный звук, то ли неудовольствия, то ли раздражения.
— Огни. Я хочу увидеть свет, — умоляюще промямлила она.
Я отпустил ее подбородок, и она отвернулась, с восхищением смотря на свой свет, который видела только она. Я с отчаянием огляделся вокруг в пустой черноте, простирающейся вокруг нас. И я стал молиться, я молился и молился, чтобы нас нашли.
Хотя у меня было такое чувство, что в этой воде мы были уже вечность.
Я с трудом чувствовал ноги, уставшие ноги отказывались толочь воду, как в ступе, и я отчетливо понимал, что она отказалась бороться с холодом. Даже призрачный свет ее больше не интересовал, ее глаза были закрыты. Ее тело, несмотря на все мои решительные меры, не хотело бороться за жизнь. Сердцебиение становилось все слабее и слабее. Если я не сделаю что-то в ближайшее время, оно остановиться. Долю секунд ее мозг будет жить, а потом умрет. Я с трудом встряхнул ее, сжимая сильнее в своих объятиях, и она с трудом и неохотно открыла глаза.
— Слышишь, — произнес я с волнением. — Джек уже едет. Я слышу мотор его лодки.
Казалось, она стала прислушиваться.
— Я не слышу, — заторможено и сонно пробормотала она.
— У тебя вода залилась в уши, поэтому ты не слышишь, — соврал я.
Она слабо улыбнулась, даже не понимая, что делает.
— Я так счастлива, он отвезет меня к маме, — сказала она, и я улыбнулся в ответ, но моя улыбка превратилась в гримасу ужаса, ее сердце остановилось, и она умерла с радостью предполагая, что будет спасена.
Я не мог в это поверить.
Я слышал о людях, умирающих с облегчением и радостью на лицах, думая, что их спасут, но я никогда не думал, что такое может случиться с ней. Я продолжал удерживать ее тело, прижав к своему. Это невозможно, но она ушла. Я не мог понять, она была настолько живой, настолько любящей жизнь, такой бесшабашной, как она могла поддаться смерти. И насколько яростной и все поглощающей была моя любовь к ней, но и она не смогла ее удержать. Я пытался ее удержать каждой клеточкой своего существа, но она ускользнула, как песок из сжатого кулака.
Я попытался ее вернуть, растирая ей руки и ноги, делала дыхание рот-в-рот, но Вивьен уже не была со мной. Боль и ужас от ее потери разрезали меня живьем, невозможно передать словами мою боль, и видно, чтобы как-то выплеснуть ее, я стал кричать. Я кричал и кричал, как сумасшедший. Я сыпал проклятиями, я ругался, рыдал, пока был способен на это.
Потом я поцеловал ее холодные, синие губы.
— О, Вивьен!
Перед моими глазами возник ее образ, словно мираж — у нее была красная роза в волосах, и она прошептала мне: «Ты мой цыганский барон. Ты всегда будешь моим цыганом героем».
— О, Вивьен!
Однажды была возможность вернуться домой...
https://www.youtube.com/watch?v=LjOl0fG72ZE(у нас это видео извлечено, прим пер.)
https://www.youtube.com/watch?v=L7BegrjW9bs
22.
Элла
— Когда мы вытащили их из воды, Дом был почти такой же синий, как и Вивьен. Он не произнес ни единого звука, не кричал, не плакал, ничего. Его пальцы мертвой хваткой сжимали ее труп, и нам пришлось какое-то время подождать, прежде чем мы смогли ее оторвать от него. Он смотрел остекленевшими глазами в одну точку. Я окликнул его, он медленно повернул ко мне голову, но смотрел на меня так, словно не узнавал, словно я был для него незнакомцем.
Джек замолчал, содрогнувшись от страшных воспоминаний.
— Я принес его к себе домой и положил в свою кровать. Он проспал три часа. Потом у него открылся понос от морской воды, которой он наглотался, и начались неконтролируемые спазмы мышц, его всего трясло. Он был очень плох, я с Шейном по очереди выхаживали его. Он пропустил ее похороны. Они похоронили ее в свадебном платье, учитывая волю покойной. Она сказала своей матери, что если умрет до свадьбы, то ее следует похоронить в ее свадебном платье.
Пока Джэк рассказывал, я чувствую онемение и холод в своем теле, и непроизвольно обхватываю себя руками, продолжая внимательно слушать его.
— Дому было так плохо, что в какой-то момент мы подумали, что он умрет. Но, слава Богу, все обошлось. У него крепкий организм, несмотря на то, что явно не хватает мозгов. В течение недели ему снились жуткие кошмары, он так брыкался, что уронил прикроватную тумбочку и с криком просыпался на полу. Он был похож на сумасшедшего, обвиняя во всем себя. Он не мог смотреть на ее фотографию, потому что приходил в неконтролируемую ярость. Я собрал все ее фотографии и спрятал.
А потом в один прекрасный день, я застал его на кухне, когда он делал себе омлет.
— Хочешь? — спросил он, и я понял, все будет хорошо, кризис миновал. Мы вместе поели, он поблагодарил меня за все и ушел.
Джек смотрит на меня мрачным и печальным взглядом.
— С тех пор других женщин в его жизни не было. На одну ночь были, проходящие тоже были. Но не было ни одной женщины, несмотря на то, что они очень старались, и поверь мне, когда я говорю, что они очень старались завязать с ним отношения и подобраться к нему поближе, то это именно так. Пока не появилась ты.
Джек замолкает и отпивает виски, неотрывно глядя на меня поверх стакана.
Я опускаю глаза, потому что где-то глубоко в сердце я чувствую мимолетную вспышку радости от его последней фразы.
— Не отказывайся от него так быстро. Он зашел слишком далеко с тобой, — говорит Джек, словно пытается продать мне идею остаться в отношениях с Домом. А если ему я не нужна?
Я смотрю на него в упор, но он отводит глаза. Не сразу правда, но он не может смотреть мне в глаза! Он делает еще один маленький глоток, потом все же поднимает на меня взгляд. Я внимательно разглядываю его. Да, сейчас он спокойно смотрит на меня, но момент ранее он не смог выдержать мой взгляд, не смог.
— Есть же что-то еще, не так ли?— спрашиваю я.
Он вздыхает. На самом деле, вздыхает с облегчением, словно у него сняли огромное бремя с плеч.
Он молча кивает, встает и идет к своему столу. Открывает последний ящик и достает альбом с фотографиями. Он переворачивает страницы, доходя до середины,и направляется обратно ко мне. Он протягивает мне открытый альбом.
Я также молча беру его и кладу на колени. Этот альбом один из тех давнишних альбомов с калькой между страницами, и все фото вставлены в специальные уголки. Я смотрю на фотографию. Фото сделано перед каким-то храмом, ярко светит солнце, на мне надета цветная футболка с розовой тесьмой и длинная цветная юбка. Похоже, так принято в этой стране. В Индии, пожалуй, нет скорее в Азии.