Страница 22 из 103
Константин оторвался от тарелки. Он недоверчиво посмотрел на собеседницу, словно пытался вместе с едой переварить смысл слов Ларисы Петровны, которая только что мастерски перевела разговор в новое русло.
— То есть как? Ведь десять лет назад она ведь была еще ребенком — непонимающе проговорил он.
— А вы сами порасспросите его, он вам расскажет — сияя своими красивыми синими глазами, ответила женщина в ответ на отстраненный взгляд Константина. — Сегодня наш изобретатель в хорошем расположении духа. Да, кстати, они там вместе с главным ассистентом, уже завершают сборку своего устройства. Не хотите взглянуть?
От этих слов Константин вдруг оживился. он мигом позабыл про то, что вымок сегодня под дождем.
— Так, — торопливо сказал он, вытирая салфеткой руки и рот — Лариса Петровна, спасибо за обед. После этого он пулей подлетел к раковине, порываясь самостоятельно, по старой привычке вымыть свои тарелки.
— Нет-нет-нет! — запротестовала жена профессора — Я сама, идите уже в свою лабораторию — она аккуратно выпроводила молодого человека за пределы кухни, пообещав, что с его грязной посудой управится сама.
— И будьте снисходительны к моей дочери, — напутствовала она парню во след — на самом деле он безмерно благодарна вам за спасение отца. И насчет карбюратора: Алиса сказала, что его нужно чистить, так как в машине засорился топливный фильтр…
Но того уже не интересовали ни топливные фильтры, ни засорившиеся карбюраторы, и ни даже то, что гениальная дочка профессора умеет о всем этом разбираться. Константин пулей рванул со своего места в кухне, чтобы спуститься вниз и посмотреть, что же там такого соорудили профессор Светлов со своим старшим ассистентом.
Придя в лабораторию, Кот обнаружил следующее: на хитрой платформе, установленной в дальнем конце помещения, стояла странного вида конструкция. Сейчас все провода, которые еще недавно бессистемно торчали из полусобранного устройства во все стороны, были аккуратно скручены и собраны в жгуты. Катушки индукции теперь стали обернуты в специальные изоляторы, а все гайки были плотно прикручены к своим местам. Профессору оставалось теперь только каким-то хитрым образом приладить колесо, которое, как рассуждал Кот, и должно было вращаться.
Сейчас сам ученый, закатав по локти рукава халата, стоял на табурете, и гаечным ключом пытался затянуть какой-то тугой винт. Алиса, перепачканная в нескольких местах непонятными разноцветными пятнами, с хвостом волос, собранным на голове в некую хитрую конструкцию, стояла рядом на цыпочках, пыталась присоединить какой-то шланг к металлическому штуцеру.
— А, молодой человек! Подойдите сюда! Вас-то мне и не хватало. — профессор, наконец, увидел тихо, словно мышь, крадущегося в лабораторию Константина. — У вас руки подлиннее, чем у меня, подсоедините-ка вот это сюда…
Алиса тоже обернулась по направлению к вошедшему. Как оказалось, ее рукава были не единственными местами, измазанными в масле. Девушка встряхнула головой, пытаясь убирать предательски вылезшую из хвоста прядь волос, и Кот увидел, что ее щеки и лоб носили на себе следы темных полосок, делая лицо похожим на физиономию симпатичного индейца в боевой раскраске.
Беря ключ из руки профессора, и украдкой глядя на Алису, Константин не подал ни единого намека на усмешку. Однако как бы между прочим он дал понять девушке, что ее воинственный вид соответствует ее, не менее воинственному, духу.
— Коллега, у вас грязь, сотрите ее со своего лица- официально обратился профессор к своей дочке.
Ни слова ни говоря, Алиса выудила откуда-то из недр кармана халата зеркальце, и, наконец, смогла разглядеть всю «прелесть» своей физиономии. Метнув испепеляющий взгляд в сторону Кота, который уже и не думал скрывать своей улыбки, Девушка отвернулась, и наскоро принялась вытирать чистым куском ветоши свою физиономию.
— Что скажете, профессор? — Кот залез на табуретку, готовясь принять хвост шланга из рук помощницы профессора, которая, наконец, привела себя в надлежащий вид — близится момент истины, не так ли? Может, все-таки, расскажете, как вы пришли к своим научным выводам. Интересно ведь.
— Хм, — потрогал тот свой подбородок — что ж, теперь могу рассказать, конечно.
Он взял в руки какое-то устройство, и стал проверять его, щелкая переключателями. Потом, не отрываясь от работы над проверкой контактов соединений, ученый начал свой рассказ.
— Примерно лет двенадцать назад, в научной литературе, я вычитал об открытии астрономами некоей темной материи, якобы находящейся в межзвездном пространстве вселенной. Это не сильно взволновало меня, так как о ее существовании ученые предполагали еще давно.
Событием, лично для меня, стало другое открытие, совершенное уже другими астрономами, спустя пару лет после открытия во вселенной той самой непонятной материи.
— Так, Алиса, подай-ка сюда шланг с кабелем. — профессор ненадолго прервал свой рассказ — Константин, прикручивайте.
Ученый впервые за все время работы в лаборатории, назвал дочку по имени, чем безмерно удивил Кота. Судя по его виду, профессор волновался, ведь от сегодняшних испытаний очень многое зависело, и он прекрасно понимал это.
— Из того нового открытия становилось ясно, — воодушевленно продолжал профессор, подкатывая к своему устройству загадочное колесо — что материя, с чьей-то легкой руки названная темной, не просто присутствует во вселенной в неких небольших количествах, но ее масса составляет подавляющее большинство всей массы вселенной.
Вначале, как и все ученые в мире, я не обратил на этот факт никакого внимания, но однажды, когда я наткнулся в глобальной сети на фотографии, снятые с помощью объектива орбитального телескопа, меня словно током ударило. Я воочию увидел, как образуются и гаснут звезды; как огромные туманности, словно облака, заполняют межгалактическое пространство, и то, как прекрасен вид вселенной, которую мы видим невооруженным взглядом лишь в черном цвете.
Несколько дней я ходил сам не свой, переваривая необычную информацию, и практически ни с кем в это время не общаясь. Во мне начала зреть какая-то мысль, которая зародила в душе ряд глобальных сомнений. Мне нужно было некоторое время, чтобы все обмозговать, и я совершенно ото всех замкнулся. Моя супруга всерьез стала считать, что я болен, так как я даже перестал смотреть телевизор по вечерам.
Чтобы развеять гнетущие мысли в моей голове, освободив сознание от научных и преподавательских забот, Лариса вытащила меня в городской парк. Все втроем, с женой и дочкой, которой было тогда лет десять, наверное, мы гуляли в толпе отдыхающих. Было так хорошо, что я почти перестал думать о работе. Но тут Алиса увидела в продаже мыльные пузыри, которые очень любила, когда была совсем малышкой. Она попросила нас с мамой купить их, и мы, конечно же, были не против.
— Потом, сидя на скамейке, мы ели мороженое, а маленькая Алиса выдувала свои разноцветные воздушные шары. Некоторое время я, как завороженный, смотрел на радужные сферы, которые по нескольку штук за раз вылетали, создаваемые дуновением дыхания дочери. Шары поднимались все выше, а некоторые из них даже умудрялись улететь на приличное от нашей скамейки расстояние.
— А затем, я вдруг кое что понял! Вся картина настолько четко встала у меня перед глазами, что я осознал, насколько великое открытие уже давно, со времен возникновения вселенной, лежало у человечества под ногами, никем не замеченное.
— Потом были годы расчетов и бессонных ночей в компании с головной болью. Я исписал кучу бумаги, и по ночам, вместо дальних и удивительных стран, мне снились сложные и заковыристые формулы. А потом мне приснился космос. Все расчеты родились в моем мозгу сами собой и я уже точно знал, какие компоненты мне нужны, чтобы построить опытный образец установки, которая бы использовала энергию окружающего космоса.
Ученый остановил свой рассказ, попросив Константина помочь ему укрепить тяжелое колесо на каких-то клеммах. Алиса тем временем подключила тумблер, проверив последний раз все соединения.