Страница 14 из 17
возбуждение. И вот он здесь, держит самую красивую, сексуальную женщину, которую только знает,
а его член понятия не имеет, почему не может оказаться в ней. Он прочищает горло и отступает на
полшага назад, чтобы убедиться, что она не почувствует спиной его эрекцию.
Когда она толкается бёдрами назад чувственным, знающим движением, Блейк знает, что уже
слишком поздно. Она уже знает. Сейчас не подходящее время. Эрин уязвима, и ей больно. Ему не
следует прикасаться к ней. Но её тело приглашает его тихим стоном, который он едва слышит из-за
сверчков и стука своего сердца, и он не в силах отказать.
Глава 7
Эрин разворачивается в руках Блейка. Она знает, что им есть что обсудить. Важные вещи,
например, какие-либо сомнения, которые по-прежнему затаивает, которые позволили Бел закрасться
ей в голову. Им нежно поговорить о них и разобраться с ними... но прямо сейчас у неё нет силы для
этого. Она использовала все из них, чтобы постоять за себя и держать голову высоко те несколько
минут, которые потребовались им, чтобы выйти из дома. И руки Блейка ощущаются слишком
хорошо — тепло, сила и безопасность. Будто она может отпустить себя и быть в полной
безопасности.
И это всё, что она хочет сделать — отпустить себя самым чувственным способом, задыхаться и
двигаться и трахаться, пока не растеряет все мысли, пока её тело не станет бессмысленной массой
удовольствия.
Глаза Блейка тёмные от беспокойства.
— Ты уверена...
Девушка затыкает его, кладя руку на его член. Он уже твёрдый как сталь в его джинсах. Она
потирает туго натянутую ткань, наслаждаясь его грубым стоном.
— А ты? — спрашивает она.
Эрин имеет в виду не секс. Она имеет в виду уверенность насчёт них. Насчёт их брака. Она
имеет в виду все глубокие чувства, которые ещё не хотела обсуждать.
Блейк стонет и закрывает глаза.
— Чёрт, да.
Он может подразумевать секс или подразумевать всё. Не важно. Ответ правильный.
Она быстро избавляется от его джинсов, расстёгивая их и спуская вниз по бёдрам. Его член
выскакивает наружу, толстый и тяжёлый в её руках.
— Кто-нибудь может увидеть, — предупреждает мужчина.
— Ну и пусть.
Она хочет, чтобы они видели, чтобы весь город наблюдал. Она хочет, чтобы все знали, что
Блейк Моррис принадлежит ей. И больше всего ей нужно показать себе, что это по-прежнему правда.
Он стонет, наклоняясь для поцелуя. Этот поцелуй резкий. Немного смазанный. Ей нравится,
какой он с ней — грубый и необузданный. Только он не действительно необузданный. Даже сейчас,
какой бы он ни был чувственный, он что-то сдерживает. Она всегда предполагала, что это касается
его. Его времени в армии или восприятие самого себя как монстра.
Но до неё доходит новая мысль, особенно после событий дня, после осторожного и коварного
рассечения её страхов. Что, если сдерживается из-за неё. Потому что не знает, сможет ли она
справиться с ним.
Было время, когда она бы поморщилась от этой мысли. Конечно, она сможет справиться с чем
угодно, что он сделает с её телом, с её разумом. Она жаждет этого. Но сейчас, чувствуя себя раздетой
и истёртой, она не так уверена. И всё же, это не останавливает её желания к нему.
Если она разобьётся, то хочет, чтобы её разбил он.
— Трахни меня, — шепчет она.
— Что?
Блейк отстраняется, чтобы встретиться с ней взглядом. Обычно она не использует с ним таких
слов, и в его глазах вопрос. Она действительно хочет этого? Эрин слишком расстроена, чтобы самой
принимать решения?
Это вызывает в ней злость. И грусть. Она толкает его в грудь кулаками.
— Я сказала, трахни меня.
— Эрин, детка. Я сделаю тебе хорошо.
В этом весь он: заставляет её кончать, заставляет дрожать и кричать от оргазма. «Позволь мне
позаботиться о тебе». Он такой хороший мужчина. Но сегодня она хочет, чтобы он был плохим.
Она снова толкает его, прижимая локти к его телу.
— Не хорошо, Блейк. Жёстко. Сделай это жёстко.
Его глаза вспыхивают чем-то опасным — и соблазнительным.
— Ты так не хочешь.
— Не говори мне, чего я хочу. Я хочу чувствовать... — она раздумывает над всеми вещами,
которые хочет чувствовать. Боль. Удовольствие. Неуверенность в глубине души, которую она каким-
то образом называет любовью. В итоге, всё оказывается проще. — Я просто хочу чувствовать.
Он делает шаг назад.
— Я люблю тебя.
Девушка следует за ним, кладя руку на его грудь, лаская его, извиняясь, если сделала больно.
— Тогда трахни меня, как хочешь. Делай со мной всё, что захочешь.
Решение приходит быстрее, чем она ожидает. И приходит в форме его руки в её волосах,
тянущей назад, поднимающей её лицо к небу. Эрин выдыхает, но позволяет своему телу повиснуть
от его прикосновения.
— Ты хочешь, чтобы я был грубым, так?
Его слова мягким дыханием касаются её щеки.
— Да, — удаётся ответить ей.
— Ты хочешь видеть, какой я на самом деле, когда не сдерживаюсь.
— Да.
— Потому что ты всё ещё не знаешь меня, — его слова звучат больше печально, чем обиженно.
— Ты всё ещё думаешь, что будет что-то милое и любящее. Что я могу просто шлёпнуть тебя по
мягкой части твоей задницы, будто это игра, и я смогу остановиться на этом.
Она вздрагивает.
— Тогда покажи мне.
Его рука крепче сжимает её волосы.
— Это не игра, чёрт возьми.
Блейк наклоняет её голову и лижет её горло. Затем кусает, царапая зубами линию её челюсти,
пока она кричит на луну. Её пальцы шарят по его плечам, по его рукам, пытаясь держаться.
— Нет, — холодно произносит он. — Ты не будешь обнимать и сжимать меня, не когда
хочешь, чтобы я тебя трахнул. Не когда хочешь, чтобы я показал тебе себя настоящего.
Он тянет её к дереву, держа за волосы одной рукой, а за предплечье другой. Затем толкает её к
стволу, лицом вперёд. Он кладёт её руки на дерево, будто она кукла, заставляя её обнимать ствол
дерева. Блейк расстёгивает её джинсы и стягивает их до колен, используя как верёвку, связывая её на
месте. И задирает вверх её майку и лифчик, обнажая кожу перед воздухом и деревом.
— Вот так, — говорит он с грубостью в голосе, которую она не понимает. — Стой именно так,
несмотря на то, что я с тобой делаю. И когда я закончу, твои груди будут красными и ободранными,
а я даже не прикоснусь к ним. Поняла?
Эрин хнычет, возбуждённая и нервничающая, и почему-то пар ящая. Он чувствует свободу,
разговаривая с ней вот так, причиняя ей такую боль. Это освобождает — не знать, что произойдёт
дальше.
Что происходит дальше — он резко проникает пальцем в её киску сзади. Она ахает, смотря
перед собой на дерево.
— Мокрая, — бормочет он. — Ты всегда такая мокрая? Ты ходишь весь день во время уроков и
работы, пока твоя киска скользкая, как водопад? Или это только для меня, каждый чёртов раз?
Она сотрясается.
— Для тебя, — говорит девушка, высоким и тонким голосом. — Это для тебя.
Затем его пальцы перемещаются к её губам.
— Попробуй себя, — требует он.
Прежде чем ей выдаётся шанс ответить, даже подумать о том, чтобы сказать «нет», Блейк
толкается внутрь. Она покорно сосёт его пальцы, слизывая свои соки с его грубой кожи.
Удовлетворившись, мужчина убирает руку. Затем его жар прижимается к его спине, член упирается
в её вход.
— Ты хочешь, чтобы я напугал тебя, — шепчет он. — Тогда ты сможешь завтра уйти из-за
того, что произошло сегодня.
Её охватывает мрачное осознание. Он думает, что делает это потому, что Эрин хочет