Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 13 из 21

Помимо группировок «с раёнов» есть и «профессиональные». Сутенеры те же в центре, они вроде как под ментами, но ментам просто платят, а так гасят всех, кто в их дела лезть пытается. Кто их только прикрутить не пробовал, но толку никакого. Ну и менты вмешиваются, понятное дело. И те же барыги с Гадюжника. Они в чужие дела вроде не лезут, но и к ним соваться откровенно боятся, потому что башни у них нет, просто валят. А сам их бизнес многого не стоит, группировкам проще самим на опте сидеть, чем пытаться их углы и грязные подъезды отжимать. Да и нужны они, все равно весь товар к ним спускается.

Внутренний голос подсказал, что если завязывать, то в качестве бизнеса можно сауну с девками открыть, есть где помещение взять и все остальное, обычно это прибыльное предприятие, но я, настоящий, усомнился в том, что Настя подобное начинание одобрит. Да и сам восторга не испытал.

После района Центрального рынка потянулись опять панельки, потом квартал Старый Горсад, как называли местный парк, выходящий к Волге. Раньше место было популярным для отдыха, сейчас он совсем запущенный стал, в темноте люди даже близко ходить боятся, ну и дурью там торгуют, вроде как конкуренцию Гадюжнику составить хотят. Но опять же слышал, что его под снос планируют, а место под торговый центр и вроде как «элитную» застройку. Мы хоть город и федеральный, но есть и тут народ, который по бабкам неплохо поднимается. В направлении Энергетика дома строятся неслабые, считай, что усадьбы.

Большой перекресток, поворот на Вокзальный мост. Он тоже с трамваями, но сам шире, и асфальт не такой разбитый, потому что дальше Центральная площадь и там здание горадминистрации. Поэтому тут чинят чаще.

Здание новое, белое с зелеными стеклами, перед ним чистенький сквер и фонтан, который сейчас не работает. У входа в рядок черные казенные «Волги» вытянулись, чуть дальше парковка для сотрудников. От Центральной площади в обе стороны тянется Первомайская набережная, она в городе вроде как одна из самых центральных улиц. Магазины, какие подороже, лучшие рестораны, да и вообще убрано и чисто. Внизу, под ней, летом еще и пляжи. Берега у Волги в этом месте хорошие, песчаные, так что народу там обычно полно в сезон. А если поехать по набережной налево, почти до конца, то там по вечерам проститутками все забито. Точней, на улице-то «поплавки» стоят, «мамки», а сами девки во дворах в «бусиках» сидят. Фургоны «Газель» у нас за самую сутенерскую машину теперь. «Бусики». Кстати, слово «бусик» уже местное, это мне от прототипа пришло. У нас так не называли.

За Первомайской, параллельно ей, идет Московский проспект, вот он как раз и есть самый Бродвей в городе. То же, что и на набережной, но всего в два раза больше. Застройка еще сталинская, дома с хорошим ремонтом. Дворы на замке, а квартиры тут дорогие, чистый район считается, самый чистый в городе. В старую застройку пара новых домов воткнута, еще пара строится, на заборах объявления о продаже квартир. Для нашего города дорого. Если для частного такая сумма – это плюнуть и растереть, но тут у людей денег мало.

Вокзал уже за центром, к северу. Он как бы замыкает центральный район, ограничивает его линией железки, а дальше идут сплошные промзоны, та же товарная станция, к востоку отсюда большой вагонный завод, какой треть вагонов в стране производит, к нему как раз район Вагонка прилегает, за Вагонкой уже ПГТ «Солнечный», в просторечии именуемый «Синим» за преимущественно алкоголическое население. Но нам в нем делать нечего, а «вагонковские» держат там всю торговлю «синькой» как основным потребляемым продуктом.

Вот вокзал. Вокзал после войны построен, старый немцы разбомбили в крошку. Такой сталинский ампир классический, только сам вокзал и не разглядишь толком за всякими ларьками и растянутой по фасадам рекламой. Тут всегда толпа, народ из деревень в город на работу электричками ездит, перед самим вокзалом вещевой рынок, шумный и грязноватый. Этот район под ментами полностью, от и до. Если ты не мент и решил тут под своей крышей дело вести – или сам отстегивай, или жди больших проблем. Подъедут в масках, уложат харей в землю, отвезут в ОББ, потом с пару месяцев будешь кровью ходить. Это – их, сюда даже не лезь. Рынок лично под начальником ГУВД, вся торговля на вокзале курируется ОББ, то есть отделом по борьбе с бандитизмом, ну и вся территория в Привокзальном районе поделена между разными частями вроде бы единого ментовского организма.

На востоке Привокзального есть Сиреневый бульвар, а на Сиреневом бульваре есть кафе «Луна», в котором у меня встреча. Перед ним парковка удобная, само место тихое. Подъехал, встал, не забыв перекинуть ствол из-под куртки в подлокотник, нечего с ним шляться, выбрался под мелкий дождь и холодный ветер и пошел в кафе.

В самом кафе было тепло, пахло кофе и выпечкой. Поляка я узнал не сразу, «картотека» работала в режиме поиска, но он махнул мне рукой, заметив, как я встал у входа. Подошел к его столику у окна, пожал руку, сел напротив.

– Здоров.

– Привет. Будешь что?

Опять подсыпало знаний. В «Луне» основным было кофе и выпечка, но можно и поесть прилично. Интерьер, кстати, небогатый, но стильный, смесь светлой штукатурки и темной декоративной плитки под кирпич. Выпечка в стеклянных витринах разложена, в зале две девочки-официантки работают.

– Дай подумать… да как обычно. – Мне напомнило, что прототип обычно заказывал латте и трубочку с кремом. Сластена был, выходит, девки ему тоже кучу сладкого натащили. В этом мы с ним отличаемся. Мы вообще много чем отличаемся.

Сам Поляк оказался невысоким, светловолосым, моего возраста, то есть к сороковнику. Одет в свитер с горлом, на спинке стула кожаная куртка висит. Волосы мокрые, значит, без шапки ходит.

– Ты чего в шапке? – спросил он меня.

– Башкой шарахнулся в подвале. – Я чуть приподнял край вязаного «боба». – Неохота бинтом светить, как раненому герою.

Подошла официантка, Поляк заказал «обычное» для меня и для себя попросил горячие бутерброды с сыром и ветчиной и большую кружку чаю.

– Какие новости? – спросил уже я. – По основным делам нашим когда что-то ожидается?





Это мне знание напомнило.

– Через месяц, не раньше. На Дальке проверки идут, все тихо сидят. Извини, по-другому никак.

– Да я понимаю.

– Слушай, я вот о чем поговорить хотел… я тебе про племянника рассказывал, так?

– Ну да.

Что там было? Ага, Поляк пацану денег на бизнес давал, тот магазин открывал или что-то такое. Специально не обсуждали.

– У него проблема, на бабки попал. Взял там что-то на реализацию, просрал, теперь его грузят.

– Много?

– Говорит, что просрал две тысячи, но грузят уже на шесть. Машину забрали.

– Переоформили?

– Нет, типа в залог. Мол, вернет бабки, отдадут машину.

– Кто грузит?

– Вот в том и дело, что какая-то мутная братва с Восьмого Марта, как я понимаю. Так, пацаны решили стать бандитами, похоже.

– Это как раз плохо, – поморщился я.

– Поэтому и поговорить хочу, – согласно кивнул Поляк. – Я думаю, что они тачку отдавать не собираются. Поняли, что лоха грузят, поэтому ждут с бабками, а потом его просто завалят. Шесть штук и новая «двадцатка», – назвал он популярный среди мелких торговцев универсал «Лада».

– Считай, что приподнялись пацаны.

Вообще, такие никому не известные бригады «с раёнов» – они самые опасные. Правил не знают, ни с кем не сотрудничают, ума обычно нет. Максимальная перспектива для таких подняться до мокрушников, работая на большую группировку. Обычно они или сами быстро завязывают, если ума хватает, или просто долго не живут. И еще они фильмы про бандитов смотрят и из этого свою тактику придумывают. В свое время старшего Вагонки такие сопляки завалили, типа «гангстерскую войну» начали. Их потом самих кого кончили, а кого на этапах насмерть забили. Но авторитета Шила уже не стало, изрешетили в его же машине вместе с еще одним «вагонковским». Впрочем, никто не плакал.

– На когда они договорились?