Страница 28 из 37
Застонав от безвыходности, он проорал в самое ухо недалекому командиру:
- Любовь! - потом, немного успокоившись, взял себя в руки и сказал намного тише. Почти прошептал: - Я люблю вас.
Довольно долгое время мы молчали. Я от шока и потрясения, а он от раскаяния в том, что выдал сам себя. И, казалось, это было его единственным "преступлением".
- Так значит, Килдан солгал? - совсем онемев, произнесла я.
- Не знаю, что там по поводу Килдана, - зло прохрипел первый помощник, - но, дабы вы знали, я сам собрал всю команду и отправился вслед за этим полоумным, чтобы вытащить из беды своего капитана. К тому же, если оный капитан не забыл, то именно первый помощник спас его от ублюдка-Бакстера, а так же поймал его, когда он вопил, как резанный, сорвавшись с канатов, а затем умертвил того самого неосторожного орка. Все это время я старался незаметно приглядывать за вами, так как вас ни на минуту нельзя оставить одну, иначе непременно что-нибудь натворите. К тому же, если не помните, я остался на корабле и после того, как получил карту, хотя, будь я предателем, мог бы попросту сбежать. Благо, запасные лодки в наличие имеются, а ночи стоят темные. Но я до конца, всегда был с вами, и последнее, чего мог ждать в ответ, так это обвинений!
И тут мне стало по-настоящему стыдно. Залившись краской и уповая на то, что тролль не может видеть конфуза, вызванного его чувственной, яростной речью, сказала, стараясь, чтобы голос не дрожал.
- Гоц, пожалуйста, прости. Мне не следовало обвинять тебя, толком ни в чем не разобравшись. Ох, чертов Килдан... Заморочил совсем со своим письмом... Наверняка подсунул подделку. Я такая дура...
Не знаю, что меня толкнуло на дальнейший поступок. Либо количество выпитого алкоголя, либо слова первого помощника, которые были способны опьянить сильнее любой синьки...
Я высвободила руку, обхватила шею Гоца, притянула к себе. В свою очередь он немного ослабил хватку, приблизился, и, секунду спустя, наши губы соприкоснулись в головокружительном поцелуе.
Было так приятно быть заключенной в его объятиях. Я с невероятным наслаждением ощущала себя такой хрупкой, податливой, но защищенной. На всем протяжении нашего продолжительного знакомства наши роли впервые поменялись местами. Он был лидером, а я слепо, доверчиво подчинялась любому его движению, он был ведущим, а я ведомой, он был моим капитаном, а я всецело зависимой от него. И это приносило невероятное, восхитительное наслаждение. В этот недолгий, краткий миг в кои-то веки я сняла свою маску извечной бескомпромиссной и жестокой пиратки, под которой открылось лицо обыкновенной девушки, способной отдать всю себя без остатка. Он тоже стер с лица опостылевший грим, из безропотного, незаметного подчиненного обернувшись истинным воином. Многие из нашей братии в тайне шептались, мол, Кирана водит шашни с Килданом. Для меня все эти пустые байки не были секретом. И вряд ли кого заботило, что со своими взрывными характерами мы просто сожрали, спалили бы друг друга. Но здесь, как говорится, вода усмиряет огонь, а пламя разжигает страсть.
Вдруг, прервав поцелуй и чуть отстранившись, Гоц помутненным взглядом посмотрел на меня.
- Сколько лет с вами работаю, но до сих пор не могу вас разгадать...
- В любой женщине должна быть загадка, - отдышавшись, прошептала я. Превозмогая нарастающее головокружение, подалась вперед, желая продолжить прерванный поцелуй, - Гоц, ну что ты как замороженный?
С легкой улыбкой он разжал свои объятия, встал и помог подняться капитану. Не устояв на ватных ногах, я опять опустилась на песок, и тогда ему пришлось взять меня на руки.
- М-да, вижу, вам лучше отлежаться, - с осуждением произнес он и понес прочь от берега.
- Зачем отлеживаться? - я попыталась протестовать, - впереди еще вся ночь!
Но убеждать помощника оказалось делом бесполезным, и я прекратила спорить. Не успели мы дойти до ближайшей хижины, как я уже почивала крепким сном праведника.
XI. Как капитан Кирана корабль угоняла
Проснувшись следующим утром, не сразу вспомнила, что было вчера. Голова страшно раскалывалась, к тому же одолевал сильный сушняк, к горлу подступала тошнота. Кое-как встала, обнаружив, что спала в одежде. Огляделась мутным взглядом. Крохотный, но уютный, крепкий на вид бамбуковый домик с крышей из плетеных пальмовых листьев. У кровати на тумбочке тазик с водой для умывания, в углу, у входа, сапоги, потерянные ночной порой. Из приоткрытого окна доносились чьи-то голоса и покрикивания. Вероятно, наступил день.
Круговыми движениями потерев виски, взялась старательно восстанавливать в памяти прошедшие события. И тут с ужасом сообразила, что же могло произойти вчера. После поцелуя произошедшее оставалось сокрыто туманом. Неужели мы на этом не остановились, и между нами произошло нечто большее? Я внутренне содрогнулась. Но не из-за того, что испытывала отвращение к первому помощнику, а от того, какой идиоткой себя выставила, и что он после этого мог обо мне подумать. С другой стороны, я наверняка бы не спала в одежде, если бы между нами что-то произошло. Хотя, кто знает, где еще меня вчера носило?.. Требовалось срочно отыскать Гоца и во всем с ним объясниться. Однако прежде, чем отправиться искать тролля я привела себя в относительный порядок и забежала в бар. Необходимо было срочно избавиться от похмелья. Заказав крепкий чай, который всегда помогал после особо шумной ночки, начала обдумывать дальнейший план действий. Да, для начала отыщу тролля. Ох, нелегкий предстоял разговор...
Помощника отыскала вдали от берега. Он сидел на невысокой скале, вокруг которой разросся густой кустарник с теми самыми подозрительными ядовито-желтыми цветами. Как выяснилось чуть позже, эти растения именовалось курьезным названием "форзиция".
Приблизившись к Гоцу, села рядом. Со скалы открывался крайне живописный вид на прибрежную часть оживленного острова. С левой стороны виднелась кривая полоска дюн, семенящие по песку маленькие фигурки туристов и местных жителей, и голубоватое морское пространство, блестящее в солнечных лучах. Справа взору открывался далекий тропический лес.
Заметив меня, Гоц обернулся и, приветливо улыбнувшись, произнес:
- Наконец-то проснулись. А-то я уже начал беспокоиться, хотел пойти будить. Как здоровье?
- Паршиво, - просипела я, немного ободренная жизнерадостным видом тролля, - думаю, нам нужно обсудить вчерашнее.
- Что вас интересует? - слегка нахмурился он.
- Для начала хотела бы извиниться, - говорить было трудно. По большей части от плохого самочувствия. Ну и волнение, конечно, сказывалось, - а интересует меня, что вчера было. Можно без подробностей.
- Я нисколько не сержусь, - поспешил заверить он, - вчера не произошло ничего особенного. Мы немного... хм... поборолись, а после я отнес вас в дом. И ничего более.
- Так мы не... - начала я, но Гоц перебил:
- Бросьте. Я ведь все понимаю. То, что я наговорил вчера, было ошибкой, да и то, что могло произойти, тоже ошибкой. К чему усложнять нам обоим жизнь? Эх, не стоило выбалтывать... Поддайся я инстинкту, могла бы выйти неловкость. Конечно, затаскивать в постель пьяных, но привлекательных девиц - это одно, а затаскивать в постель собственного капитана - совершенно другое. К тому же, я не был точно уверен, что вы действительно этого хотите... За вас ведь говорили не вы, а выпитая вами синька. Как-никак, а нам еще вместе работать черт знает сколько.
- Ничего, как-нибудь сработаемся, - на моем лице появилась улыбка. Все-таки Гоц необычный мужчина. Именно это и привлекало больше всего. Но, скорее всего, тролли просто смотрят на мир совсем по другому, в отличии от людей, - к тому же я давно мечтала о длительном отпуске. Думаю, тебе тоже не помешало бы развеяться.
- Куда вы, туда и я, - судя по всему, Гоц прекрасно понял намек, и теперь я успокоилась, - только не просите опять называть вас на "ты".