Страница 60 из 69
Он медленно поехал назад. Пистолет лежал наготове на сиденье. Он вглядывался вперед, в самый предел света фар, высматривая малейший признак идущего человека. Он не знал, что сделает, когда его увидит, это было в будущем, скрыто, неведомо, как еще не принятое решение другого человека или как если бы он сам был другой человек, незнакомец.
Недавний образ Рэя на дороге был как мелькнувший на экране диапозитив, резкое бесцветное свечение. Стоит смотрит без страха, как мимо проезжает машина, поймать ее не пробует, но и не сознает, что его могут преследовать, потому что если бы захотел, то скрылся бы в лесу задолго до того, как его достиг приближавшийся свет. Тони вспомнил, как сам смотрел на фары — как они повернулись в его сторону, как пошли на него, как ему пришлось прыгнуть в канаву. И вот они снова тут, год спустя, Рэй теперь — преследуемый, Тони — преследователь, и даже машина та же.
Он проехал белую церквушку, зная, что сейчас покажется трейлер, и понял, что впервые с той ночи оказался на этих дорогах один. Ему померещилась свобода еще раз посмотреть — в одиночестве и с безопасного расстояния — места, оставившие в его памяти такие глубокие шрамы. Но он еще не был свободен, на нем все еще лежало поручение Бобби Андеса, хотя он уже не совсем понимал, в чем оно заключается, и по этой дороге подходил Рэй Маркус. Это было главное — что Рэй Маркус подходил по дороге. Он подумал, почему до сих пор его не встретил, он уже должен был бы его встретить.
Он увидел поворот, за которым окажется трейлер, и это впервые не захватит его врасплох. Вот он появился, Тони тяжело посмотрел на него и, убедившись, что Рэй Маркус не приближается из-за поворота, остановил машину. Он увидел темное окошко, которое тогда светилось за ситцевой занавеской. Вспомнил, как был внутри с Бобби и Джорджем, когда врезал Рэю, как там было тесно, маленькая кровать с латунными столбиками, кухонная плитка, мусорный ящик с газетами. Он подумал, не заглянуть ли сейчас туда снова. Но может быть, там не пусто, может быть, там кто-то живет, может быть, там кто-то есть. Но там никого не было, потому что рядом не было машины. Потом ему подумалось: там Рэй Маркус.
Возможность, что там Рэй Маркус, — это всего лишь возможность, сказал он, точнее будет сказать — не невозможность. Скажем так: не невозможно, что там Рэй Маркус. Ведь если бы Рэй все так и шел по дороге с того места, которое они тогда миновали, то они бы давно уже встретились. Его могли подвезти, но он не ловил машину, когда Тони проезжал. Рэй Маркус почти наверняка в трейлере. Получается, он пришел сюда спустя несколько минут после того, как Тони его увидел, и забрался внутрь отдохнуть. Это объясняет, почему Тони его не встретил.
Если он там, то, вероятно, смотрит в окно на машину. Тони взял с сиденья пистолет. Поставил его на предохранитель, чтобы тот не выстрелил, когда он будет двигаться. Взял из бардачка фонарик. Вероятность того, что Рэй находится в трейлере, была невелика, Тони просто хотел заглянуть туда, потому что он был один, потому что не бывал там один. Или же хотел удостовериться, убедиться, что Рэя там нет. Если он там — при нем пистолет.
С пистолетом и фонариком он вышел из машины как мог нешумно. Юркнул, обогнув машину спереди, в канаву и из нее — к передней части трейлера. Под ногами у него захрустела галька; он остановился, дожидаясь тишины. Он услышал далекий рев цивилизованного человечества, но вблизи — ничего, только бессонное безмолвие ночного леса. Если Рэй наблюдает, у Тони пистолет. Рэй обзавестись пистолетом не мог никак. Если Рэй зашел сюда передохнуть то, наверное, спит. Тони сказал: если Рэй здесь, я его схвачу. По какой причине я это делаю: хочу помочь Бобби Андесу. Опять подумал: это Бобби Андес мне помогает. Значит, по какой-то другой причине. Он поискал ее: этот старый долг, который его отягощает. Сказал себе: не важно, что Рэй не убивал Лу Бейтса и что его вчерашний арест был незаконным, потому что он убил Лору и Хелен и я это знаю.
Он прокрался по листьям мимо трейлера к двери. Подумал: возможно, дверь заперта. Тогда я отступлюсь. Я сочту, что трейлер пуст, и вернусь в домик Бобби. Если по дороге не встречу Рэя — а это теперь кажется весьма вероятным, — то смогу доложить, что он ускользнул от меня и я ничего не мог сделать. Другое дело, что, если дверь заперта, можно посветить фонариком в окно.
Дверь была не заперта, защелка поддалась. Мгновенная тревога, поздно — он почувствовал, как отпечатки его пальцев остаются на защелке, что крепко осложнило бы ему жизнь, случись это год назад, до того как были сняты отпечатки, связавшие Лу и Турка с этим местом и этим преступлением. Левой рукой он вынул из-за пояса фонарик, пистолет оставался в правой. Он подумал: вдруг Рэй у самой двери, ждет, чтобы наброситься на него. Он снова взвел курок, открыл дверь, толкнув ее боком. Зажег фонарик, провел лучом по комнате, она была пуста. Он заметил у двери выключатель, включил свет и увидел на кровати спящего Рэя Маркуса.
Тот резко перевернулся на спину, прикрыл рукой глаза, повернул голову, сощурился на Тони, сел.
— Боже, — пробормотал он. Он отвалился на локоть.
— Ты, — сказал он. — А дружок твой где?
— Какой дружок?
— Гангес или как там.
— Андес. Его здесь нет.
— А твои друзья-полицейские? Они где?
— Они поблизости.
— Они здесь? — Он сел, отвел занавеску на окне, хотел выглянуть.
— Я один, — сказал Тони.
— Ты один? С пистолетом этим, блядь? Чего ты тут забыл?
— Тебя искал.
— Меня? Да господи, за каким чертом?
— Сам знаешь.
— Ну бля. — Он провел рукой по лысине. — Я спал, слушай. — Тони ждал. — Что с Лу?
— Его убили.
— Что? Этот сукин сын его убил?
— Он мертв. — Странный стыд не дал ему подтвердить, что его убил Бобби, стыд, испытывать который Тони не чувствовал себя обязанным.
— Ты знаешь, что у твоего друга будут большие проблемы?
— Он мне не друг, — сказал Тони, гадая, почему он так говорит.
— Не друг? Во как интересно.
— Пошли, — сказал Тони.
— Куда пошли?
— Я тебя забираю.
— Куда забираешь?
— Назад в дом.
— Никуда ты меня не заберешь, мистер.
— Ты идешь со мною. Давай, живо. — Он тряхнул пистолетом.
Рэй рассмеялся:
— Так я тебя и послушался.
Тони взвел курок. Рэй встал и пошел к нему. На секунду Тони подумал, что тот подчинился, потом увидел, что нет.
— Назад, — предостерег он.
— Успокойся, — сказал Рэй. — Я тебя не трону. — Он повернулся к двери. — Я просто откланиваюсь. Бывай, старичок.
— Стоять, — сказал Тони.
Он подумал отчаянно: не может быть, чтобы опять. Он подумал решительно: я теперь другой. Навел пистолет на дверь перед Рэем. Были взрыв и вспышка, и свирепая сила подкинула его руку. Он увидел, как Рэй остановился, отдернул руки, точно обжегшись. Увидел пробоину в алюминиевом косяке, куда попала пуля.
Он увидел, что Рэй смотрит на него с удивлением.
— Что ж, — сказал он. — Ты промахнулся.
Тони Гастингс был опьянен.
— Я не в тебя стрелял, — сказал он. — Это было предупреждение.
— Предупреждение. Ладно. Могу я сесть на кровать, мистер?
— Давай на улицу. Пошли в машину.
Рэй повернулся, пошел к кровати и сел.
— Я сказал, пошли.
— А что меня заставит?
— Я тебе только что показал.
— Подстрелишь меня — что это даст? Тебе придется меня на себе тащить.
— Я не побоюсь тебя подстрелить.
— Ага.
Он не двигался. Тони ждал, а он не двигался. Тони сказал:
— Пошли, живо, — а Рэй распахнул глаза, пожал плечами, широко развел пустые ладони.
Тони взвел курок, а Рэй поцокал языком, цык-цык.
— Я не побоюсь тебя подстрелить, — повторил Тони, слыша в своем голосе натугу, а Рэй не двигался. Тони подумал. Он подтянул к себе стульчик, оседлал его задом наперед, опершись грудью на спинку, и сказал: — Ну, раз ты предпочитаешь подождать здесь — они скоро будут. — Думая: это правда, они увидят что он не возвращается, станут искать его машину и найдут ее здесь.