Страница 66 из 71
Если Ибервиль все сделает правильно, а ирландцы грамотно воспользуются имеющейся у него информацией, то Шомберг не захватит провинцию Ольстер и не сможет обеспечить Вильгельму безопасную высадку в Белфасте.
Интересно, кстати, если так и произойдет, откуда король решит сделать свой рывок против Якова? И состоится ли знаменитая битва на реке Бойн?
* * *
Как я и подозревал, мое прибытие в Англию прошло практически незамеченным. В свете того, что в стране практически идет гражданская война, это было неудивительно. По большому счету, в столице мне было делать нечего. Раз уж я прославился именно на другом конце света, имело смысл оставить меня там и в дальнейшем. Только теперь в роли губернатора и оберегателя английских колоний. Не скажу, чтобы меня подобное положение дел сильно вдохновляло, но на какое-то время это может стать выходом.
Наверняка, в любом другом случае, меня никто и не потащил бы представлять королю. Много чести для какого-то капера с сомнительным прошлым. Однако Вильгельм пока что сидел на троне непрочно. И нуждался в любых союзниках, укрепляя собственную власть. Это когда читаешь исторические хроники, поражение Якова II кажется закономерным. А когда сам присутствуешь при таких событиях, все выглядит не столь однозначным. Тем более, что история все-таки начала меняться.
Подробности я узнал у лорда Сендерленда, которому был представлен. Хитрый лис, не подписавший в свое время приглашение Вильгельму на престол и не вошедший в ряды «бессмертной семерки», он умудрился ничего не потерять при смене власти. Полагаю, особого доверия к нему Вильгельм не испытывает, но он не испытывает его и к другим лордам. Даже к тем, кто открыто выступал против Якова. Предали одного сюзерена, предадут и другого.
Оказывается, от брошенных мною мелких камешков, по воде пошли широкие круги. И обстановка в Англии весьма отличалась от той, что я знал по историческим хроникам. Ибервиль развернулся вовсю, а привезенное им оружие оказалось весьма кстати. Особенно пушки. У Якова их нашлось всего несколько штук на всю армию. Да и количество мушкетов было ограничено, даже самых старых. Основой его войска являлось ирландское ополчение, вооруженное чем попало: типа кос, копий и мечей. Единственной действительно сильной частью была кавалерия. Ну и конечно храбрость с боевым духом были на высоте.
Немудрено, что в моей версии истории Яков проиграл. А вот после того, как Ибервиль доставил людей и оружие, ситуация изменилась. К началу 1690 г. под контролем войск короля Якова оказалась вся Ирландия. И на сей раз Ольстер не оказался исключением. Это мирным ирландцам Лондондерри и Эннискиллен могли сопротивляться, героически держа осаду. А против пиратов, имеющих впечатляющий опыт по захвату городов, они не устояли. Ну и, соответственно, никакого поражения при Ньютаун-Батлере у якобитов не случилось. А серия побед весьма поднимала их воинственный дух.
Вильгельм же, как несложно догадаться, был серьезно расстроен таким положением дел. Особенно его подкосила смерть Шомберга. Несмотря на свой преклонный возраст, тот весьма активно и успешно вел военные действия, но шальная пуля прервала его славный путь. Да и маршальский адъютант Уокер уцелел буквально чудом, но развить наступление не смог. Ну а потом, как всегда неожиданно, случилась зима, к которой армия оказалась не готовой. Начались болезни, перебои с провизией и прочие последствия непродуманных военных действий. В результате, почти половина войска была потеряна из-за холода и болезней[18], а остальные подверглись атаке якобитов.
Самое занятное, что командовал этим нападением отнюдь не Яков. Он-то как раз колебался. Но среди его сторонников набралось достаточно авантюристов, которые согласились рискнуть. И теперь у Вильгельма были большие проблемы. Во-первых, стало понятно, что случилось не очередное восстание ирландцев (которым Яков просто воспользовался), а самая настоящая гражданская война. Во-вторых, требовалось личное присутствие Вильгельма на поле боя, пока дело не зашло совсем далеко. В-третьих, ему нужно было собрать новую армию. А в-четвертых — организовать этой армии высадку в Ирландии.
Собственно, именно поэтому я и был принят лордом Сендерлендом довольно милостиво. Мой корабль и мои люди могли помочь в решении этой задачи. Английскому флоту Вильгельм не слишком доверял, поскольку там была довольно сильна поддержка Якова, поэтому делал ставку на наемников. Да и к английской регулярной армии новый король отнесся с подозрением, создав новые полки, в состав которых входили протестанты из Франции, Дании, Германии, Шотландии, Ольстера и Нидерландов.
— Его величество организовал передвижной полевой госпиталь, улучшил тыловое обеспечение, а наша армия вооружена самыми современными кремневыми мушкетами. Они в меньшей степени подвержены влиянию сырости и в два раза скорострельней старых фитильных ружей. Кроме того, к мушкету прилагается штык, — разливался соловьем лорд Сендерленд.
Ну да, ну да. Не похвалишь правителя — не продвинешься вверх по карьерной лестнице. Да и своего места не сможешь удержать. Есть же такие люди, которые чувствуют себя уютно при любой власти!
— Я беспокоюсь о безопасности короля, — изобразил я волнение. — По дороге мне довелось слышать множество различных слухов. Не все верны его величеству.
— Это так, — с лицемерным огорчением вздохнул лорд Сендерленд. — Но мы побеспокоились о том, чтобы сохранить жизнь королевской чете. К ее величеству приставлена надежная охрана, а для его величества сам Кристофер Рем изготовил передвижной дом. Короля, на всем продолжении его пути, будут охранять верные люди.
Хм. Ну, насчет Вильгельма я не сомневаюсь. Его жизнь складывалась так, что он с детства учился быть недоверчивым и подозрительным. А вот фраза по поводу королевы прозвучала странно. Как будто Мария является своеобразной заложницей. В конце концов, если посмотреть на ход военных действий, то победа Якова вовсе не исключена. У Вильгельма, конечно, войск больше, и солдаты лучше вооружены, но это может не оказать решающего влияния. Исход битвы зависит от множества мелочей.
Мое представление королю оказалось по-походному скромным и недолгим. Однако парадный костюм я шил не зря. И модный парик покупал не напрасно. После того, как король подтвердил мой статус и облагодетельствовал легкой улыбкой, на меня посыпались приглашения. Высокопоставленные лорды были бесконечно любопытны и явно прикидывали, как могут меня использовать в своих целях.
Кое-кто даже работу предлагал, но за такие смешные деньги, что я рассматривать такую возможность не стал. Мне один только Волверстон за один только удачный рейд приволок в десять раз больше. Зная, что из Дублина выйдет фрегат, битком набитый ценностями дворян и церкви, было не так трудно его перехватить. Точное время я не помнил, но местные контрабандисты с удовольствием согласились подработать за долю в добыче, и сообщили, когда нужный корабль поднял якорь. Так что Клоудесли Шовел остался без добычи.
Однако дальше историческая действительность вновь свернула на свою колею. Вильгельму все-таки удалось высадиться в Ирландии. Ну вот куда, куда смотрел Яков и его разведка? Такой удобный момент упустить! И вот, передовые отряды враждующих сторон и на этот раз встретились к северу от Дандолка, на перевале Моури.
Яков, может быть, и не был военным гением, но и идиотом тоже не был. Так что он принял вполне понятное решение — перекрыть Вильгельму путь в южные и юго-восточные области Ирландии. Ну а какая самая удобная позиция для этой цели? Разумеется, река Бойн, в окрестностях Дрохеды, откуда Яков мог быстро вернуться в Дублин в случае поражения. Иногда я думаю, что с историей в принципе бесполезно бороться.
А уж насчет достоверности источников я вообще молчу. Понятно, что победитель описывает события так, как ему нравится. Возвеличивая себя и унижая врага. У меня, например, сложилось такое мнение, что в битве при Бойне стопроцентные англичане сражались против таких же стопроцентных ирландцев. Однако знакомство с армией Вильгельма рассеяло мои иллюзии. Мало того, что она была многонациональной, так еще и именно англичан в ней было не так много. Войско Вильгельма было собрано буквально «с миру по нитке» по всей Европе, но, нужно отдать должное, вооружено лучше ирландских ополченцев.