Страница 50 из 71
Впрочем, вполне вероятно, что де Кюсси начал действовать еще до того, как я проткнул де Граффа. Губернатор Тортуги вполне мог принять превентивные меры. Поняв, что нам удалось вернуться с Картахены, и что мы, наверняка, затаили зло на де Граффа, губернатор Тортуги вполне мог решить действовать сразу.
А почему нет? Это только кажется, что если нет нормальной связи, то вести долго доходят. Ха! До материка, может, и долго. А Карибское море — как одна большая деревня. Особенно если учесть, что пираты довольно мобильны и достаточно быстро передвигаются. В конце концов, скорость — это одно из условий их благополучного существования.
Из Картахены мы вышли не одни, некоторые наши попутчики отсеялись по дороге, так что вопрос «кто донес губернатору» даже не стоит. А де Кюсси — мужик умный и жесткий. Если ему не удалось от меня избавиться и присвоить деньги, значит, он постарается убрать меня, как свидетеля своего прокола.
Губернатор Тортуги попытался бы с нами расправиться в любом случае. Вышедшее из-под контроля оружие никому не нужно, а тут мы его еще и подтолкнули душевно. Слухи о моей дуэли с де Граффом, наверняка, уже далеко разнеслись. Пираты не умеют хранить в тайне подобные вещи. И неизвестно еще, знает ли де Кюсси о моем удачном нападении на караван, который он отправил во Францию. Если знает — то он еще в большем бешенстве, чем мне представлялось изначально.
Наш соглядатай сообщил, что по нашу душу с Тортуги отправилось восемь кораблей. И на них чуть меньше восьмисот человек, больше губернатор не нашел. Во-первых, не все горели желанием со мной связываться, а во-вторых, денег у де Кюсси тоже не бесконечное количество. Впрочем, не факт, что к эскадре не присоединится еще пара-тройка кораблей по дороге. И вот тогда нам придется совсем кисло.
В общем-то, восемь кораблей — это уже довольно серьезная сила против моих шести плюс меньше семисот человек команды. А положиться я и вовсе могу только на проверенных людей. То есть четыре корабля и четыре с половиной сотни пиратов. То есть, сил в два раза меньше, так что прямое столкновение — не вариант.
Выручить меня может только то, что де Кюсси будет следовать принятым в данном времени правилам ведения боевых действий. А вот я постараюсь сломать схему. Это мой единственный шанс.
Сомневаюсь, что де Кюсси будет тайком высаживаться на пустынный берег, чтобы потом тащиться бог знает куда по жаре и в полном вооружении. Это только кажется, что остров Бекия маленький, а на самом деле из-за своей вытянутости расстояние из конца в конец получается довольно приличное.
Нет, де Кюсси постарается расстрелять форт и нападет там, где больше всего народа. У него-то нет задачи удержать остров. Только уничтожить как можно больше моих сторонников и обезопасить себя. Я даже не слишком уверен, что мне поможет придуманная мной маскировка форта. Маловероятно, конечно, но вдруг информацию о ней уже слили? Как вы понимаете, за такое короткое время нормальный форт построить было нереально. Сделали то, что могли, поэтому я и уделил особое внимание маскировке.
Единственное, на что я уповал — под началом де Кюсси будет не регулярная армия, а пираты. Да, опытные. Да, бесстрашные. Но ни хрена не дисциплинированные и плохо подчиняющиеся единому командованию. Капитана своего они еще станут слушать. А всяких начальников над начальниками могут и игнорировать. Да и заставить чужие экипажи действовать так, как тебе нужно — большая проблема. Мне ли этого не знать.
Уж на что у нас с Монбаром удачный рейд получился, и то по краешку прошли. Не сцепились только потому, что поддерживали в командах железную дисциплину. А те бродяги, которым все равно, к кому наниматься, на такое в принципе не способны. Далеко не все пираты охотятся за крупной дичью. Некоторые предпочитают шакалить и заниматься контрабандой.
Пристать к большой стае, которая вышла на охоту — это пожалуйста. Но едва только уровень опасности покажется неприемлемым — слиняют сразу же. По сути дела, особую опасность представляют два корабля — тот, который ведет сам де Кюсси (если тот вообще соизволит лично появиться) и тот, который возглавит супруга де Граффа.
Насколько я знал, Мари-Анна Божья Воля[14] имела неплохие связи среди пиратов еще со времен своего первого мужа. Так что какое-то количество сторонников она по-любому наберет. А мстительная женщина — это страшная сила. Эмоции перевешивают логику, и как она поступит — предсказать совершенно невозможно.
Среди местных женщин, не принадлежащих к высшим слоям общества, довольно часто встречались оторвы и авантюристки. Видимо, определенные обстоятельства диктовали и образ жизни. Мари-Анна была типичной представительницей дам, умеющих за себя постоять. К своим 33 годам она сумела поменять трех мужей и пользовалась среди пиратов заслуженным уважением. Да что говорить, если тот же де Графф запал на нее после того, как Мари-Анна наставила на него пистолет и потребовала сатисфакции за нанесенное оскорбление!
В общем, дамочка была та еще. Хотя до Эстель и не дотягивала. Если верить сведениям, которые доставили шпионы Волверстона, у моей бывшей любовницы руки были в крови даже не по локоть. По уши. Меняя маски, она втиралась к людям в доверие, а потом ее сообщники обносили нужные дома.
Было во всем этом что-то мерзенькое и мелочное. Пиратам, конечно, тоже было далеко до благопристойных мальчиков из церковного хора, но нападать на людей, которые тебя по доброте душевной подобрали и пригрели… Отвратно. Может, я как-то неправильно мыслю, но идти на абордаж мне кажется куда честнее и достойнее, чем тайком подливать отраву.
В общем, как вы понимаете, я не питал по поводу Эстель никаких иллюзий. И встречаться с ней не хотел, ибо мои чувства так до конца и не остыли. Мозги и сердце, к сожалению, не всегда работают в унисон. И даже зная, насколько Эстель поганый человек, разлюбить ее сразу я не способен. Зато способен адекватно оценить, и предпринять определенные меры, чтобы пленница не сбежала в самый неудачный момент.
Специально для Эстель был выкопан довольно глубокий погреб, около которого постоянно менялась охрана. Разговаривать с пленницей было запрещено. Еда спускалась на веревке и так же на веревке поднималось ведро с нечистотами. Пленнице полагался тюфяк, набитый сеном, и тонкое одеяло.
До сих пор предпринятые меры безопасности казались мне вполне достаточными, но теперь, в связи с угрозой нападения, я задумался о том, чтобы их усилить. Занятый отражением атаки, я не смогу своевременно среагировать, если Эстель что-нибудь предпримет. Значит, нужно было ее вывести из игры.
По сути дела, за свое предательство она заслуживала смерти. Но, по понятным причинам, я не мог ее убить. К счастью, предложенный Питтом вариант понравился и мне, и команде. Эстель должна была заплатить за свой поступок, выполнив кое-какое задание. Однако до этого светлого момента нужно было дожить, и меня интересовал сугубо практический вопрос: как вывести ее из игры на время сражения с де Кюсси.
Решение было одно — временно привести Эстель в недееспособное состояние. У меня под рукой был опий и лаудаум, который обычно использовался как обезболивающее, так что задача не должна оказаться слишком сложной. Я и про морфий думал, пока не вспомнил, что его выделят только в начале 19 века. Возможно, если заняться лабораторными работами, я и сам потяну сделать такое открытие (благо, примерно представляю процесс), но это будет явно не сейчас. А вопрос с Эстель нужно было решать срочно.
Еще одним срочным вопросом было перераспределение людей. Командам своих кораблей я мог доверять. Это были люди, не раз проверенные в деле. А вот насчет тех, кто к нам присоединился недавно, я не был уверен. И если пираты, захватившие корабль из французского каравана, были наняты на Тортуге с хоть каким-то учетом знакомства и характеристик, то бывшая команда де Граффа мне вообще не внушала доверия.
Чью сторону они примут, когда к нам приблизятся корабли, нанятые де Кюсси, на одном из которых, наверняка, находится Мари-Анна? Никто не знает. Так что, от греха подальше, их нужно раскидать по разным отрядам. Пусть ходят под началом тех, кому я доверяю. А там видно будет. Война, как говориться, план покажет. И надежных людей высветит.