Страница 14 из 65
- Урусов, на выход! С вещами. – ну вот, сколько раз я за последние три дня слышал первую часть этой фразы, наконец сподобился услышать и вторую. «С вещами», какими вещами, если сумку у меня отобрали, даже мои мыльно-рыльные и те не отдали, «вещьдок». Меня задержали сразу, нет, никаких обвинений мне не предъявляли, но в ИВС я заехал сразу, со мной даже никто говорить не стал. Уже много позже, после того как я провел в камере почти сутки меня наконец повели на допрос, вы только вдумайтесь, «на допрос», то есть какой-то умник уже все решил, и я даже не свидетель, я уже подозреваемый. Многоопытные сидельцы меня за это время неплохо просветили, свидетелей отводят на ОПРОС и в ИВС не помещают. Раз десять я рассказывал, что и как было, конечно с небольшими купюрами, но правду. Самым большим моим опасением окажется отсутствие моей аптечки, или излишнее внимание к ее содержимому, но слава Богу, пронесло. Все мое имущество мне отдали, правда извиниться за трехсуточное пребывание в ИВС, почему-то забыли. Ну и ладно, господь им судья. У меня сейчас другие проблемы, во-первых, надо забрать свой ранец, во-вторых, линять надо из города и куда подальше и в-третьих, пора заняться делом. Времени чтобы все хорошенько обдумать и взвесить у меня было достаточно, да и примерный план действий я уже подготовил, правда скорее всего в ближайший год-два «покой нам только снился», это будет про меня.
Выйдя из дверей местного отделения полиции, я невольно зажмурился, яркое солнце июньского дня сильно слепило. Следователь, что вел дело, сквозь зубы сообщил, что оба пострадавших пришли в себя и дали показания, а поэтому все обвинения с меня сняты и я свободен. Вот так вот, свободен, ни зарасти, ни досвидания, ни извините. Что-то напрягает меня Город-Герой, прогнило что-то в «Датском Королевстве», а может, это просто мне не повезло.
- Руслан Витальевич, Руслан Витальевич! – из подкатившей к отделению «Волги» выскочил дедок, с чеховской бородкой и в костюме.
- Руслан Витальевич, Вы не могли бы уделить мне немного своего времени?
- Извините, а Вы кто?
- Я начальник отдела «развития государственно-частного партнерства горздрава», моя фамилия Штольцман, Яков Моисеевич Штольцман. Вот мои документы, ознакомьтесь.
- Очень приятно, Яков Моисеевич, познакомиться с коллегой, Урусов Руслан Витальевич, но это Вы и так знаете.
- Что Вы, что Вы, Руслан Витальевич, я совсем даже не врач, я простой чиновник и даже не от медицины, управленец, так сказать. Ваши коллеги, работающие в нашем отделе просто в восторге от Ваших познаний и опыта, мы, извините великодушно, навели справки, да и то, как Вы оказали помощь, фактически не имея никакого инструментария, это просто гениально. Насколько мы знаем, вы оставили работу в Ленинграде, прошу прощения, в Санкт-Петербурге и у нас к Вам деловое предложение. Как Вы смотрите на то, чтобы пообедать, и я Вам все объясню.
- Давайте обойдемся без обеда, я в курсе о зарплате в медицине, даже у начальников отдела, поэтому предлагаю ограничиться кофе, в Вашем кабинете.
- Я только «за». Прошу.
После жгучей ярости крымского солнца, кондиционированное нутро машины показалось мне раем на Земле, к сожалению, ехали мы не так и долго, как хотелось бы и уже минут через десять остановились возле старого и обшарпанного здания с кричащей вывеской «ОРГЧП ГЗ». Маленькое крылечко, не длинный коридор, приемная, красавица-секретарь и мы попадаем в небольшой кабинет моего сопровождающего.
- Надюша, сделай нам пожалуйста два кофе и меня нет.
После чашечки умопомрачительного кофе я наконец задал долго мучающий меня вопрос.
- Уважаемый Яков Моисеевич, может перейдем к делу, а то мне еще надо купить билеты, а для этого закончить кое-какие свои дела в вашем городе.
- Вы хотите уехать, но мы думали, что Вы приехали в наш прекрасный город работать!
- Да, так и было, но ваш прекрасный город встретил меня несколько, скажем так предвзято, сначала обокрали, а потом еще и посадили. Это знаете-ли не способствует…
- Да, да, я понимаю. Но может быть Вы передумаете?
- Яков Моисеевич, я не думаю, что в ваши задачи входит вербовать на работу залетных медиков, даже моей квалификации. Так в чем дело?
- Да, в этом Вы правы. Но Ваши бывшие коллеги так высоко о Вас отзываются, а их замечание, что вы решили податься в частную практику, вселило в нас некоторые надежды. Мы подумали, что возможно Вы, захотите открыть в нашем городе СВОЮ частную клинику, а мы бы Вам в этом помогли.
- А Вам это зачем?
- А вот это как-раз и входит в мои задачи. Не забывайте, я все-таки простой чиновник и мне нужны, извините, показатели. Городом на наши нужды выделяются некоторые средства, их надо осваивать, иначе в следующем году нам урежут финансирование, вот и приходится выкручиваться, а отдавать деньги всяким косметическим салонам, стоматологическим кабинетам, массажным и спа-салонам уже, если честно надоело. Я уже очень давно работаю с медиками и вижу, что все это не то. А Вы просто идеально подходите нам, но и мы Вам можем очень хорошо помочь. К тому-же у Вас уже некоторая известность в нашем городе, поверьте, это нападение наделало много шума, почти в центре города, средь бела дня, да. Мы могли бы передать Вам в аренду один из профилакториев, помочь с приобретением оборудования, даже помочь с пациентами.
Вот после этих слов мне все стало ясно. Никаким Горздравом здесь и не пахнет, это инициатива очень ограниченного круга лиц, скорее всего местных чиновников и бизнесменов, об этом говорят и оговорки о отзывах моих коллег и наведённых справках о моей квалификации. Предложение конечно просто шикарное и денег в меня готовы вложить очень немало, вопрос что потребуется в ответ. Не думаю, что тут нужен военно-полевой хирург.
- Я Вас услышал, Яков Моисеевич. О каких суммах идет речь?
- Руслан Витальевич, наш отдел и Горздрав не очень хорошо финансируют…
- Яков Моисеевич, я не спрашиваю о Вашем отделе и тем более о Горздраве, я спрашиваю какие суммы готовы вложить Ваши компаньоны?
- А Вы очень, очень сообразительны, Руслан Витальевич. Ваша мама, случайно не еврейка?
- Случайно, нет. Но у меня достаточно друзей и просто знакомых, проживающих на «Земле обетованной», я в принципе на их помощь и рассчитываю, даже есть предложения перебраться и работать в Израиле.
- Поверьте, наш замечательный город ничуть не хуже Хайфы или Тель-Авива, да и Вам тут будет намного проще и удобнее!
- Сомневаюсь, дело в том, что на сегодняшний день, Израиль — это ведущая научная держава планеты, в абсолютном исчислении, а я много лет занимался исследованиями, об этом Вам конечно не сообщили, и сейчас вышел на этап клинических испытаний, а делать это удобнее всего именно в Израиле.
- А если не секрет, в какой области Вы работаете?
- Физиология и физиологические процессы. Я разработал свою методику лечения некоторых заболеваний основываясь на внутренних резервах организма с помощью физиотерапии. Для продолжения исследований мне необходима довольно солидная диагностическая база.
- А о каких заболеваниях идет речь?
- На первом этапе, остеохондроз, остеопороз, радикулит и ревматизм, полный спектр заболеваний опорно-двигательной системы, сердечно-сосудистой, поражений кожи, там очень широкий спектр применения.
- А клинические испытания Вы не проводили?
- Проводил, но документально подтвердить, сами понимаете не могу.
- Ясно. И каковы успехи?
- Сто процентное излечение в самые кратчайшие сроки.
Что и зачем я говорю, я не знаю. меня что-то ведёт, вкладывает слова, которые я бездумно повторяю, но я верю в то, что говорю. Я все это могу, главное, чтобы не мешали, дали развернуться. В конце концов технологии земли уже достигли того уровня, когда можно сконструировать примитивную медкапсулу, пусть она не сможет исправлять ошибки в ДНК, восстанавливать «битые» гены, отращивать утерянные конечности, но самый широкий спектр заболеваний ей будет доступен, даже вроде-как неизлечимые. Дело только в расходниках, тех самых медпрепаратах что содержатся в картриджах. Но у меня-то с этим проблем нет, один цикл работы моего синтезатора обеспечит почти триста штук за два часа, только подавай сырье, а это любые биологические материалы, лучше всего конечно чистые, но и простые опилки подойдут. Минимум персонала, максимум автоматизации, обеспечат приемлемый уровень секретности, особенно если персонал будет кровно заинтересован в соблюдении этой самой секретности, но это уже моя забота. Дайте мне год и я переверну этот Мир. Через год никто и тявкнуть в мою сторону не посмеет.