Страница 32 из 33
То, что некогда было женщиной, безобразной рваной тенью метнулось к кристальным мерцающим фигуркам ребятишек. Но только ее иссохшая рука коснулась их тонких размытых граней, иллюзия лопнула. Силуэты потемнели, пошли трещинами и беззвучно посыпались на землю, снопом мерцающих в слабом свете искр. Короткий миг и не осталось ни одного напоминания о том, что мальчик и девочка действительно стояли перед его глазами.
Женщина какое-то время не двигалась, будто обратившись в камень. Но только Игорь пошевелился, она повернулась, в ответ на донесшийся шорох. Обезображенное лицо больше не скалилось, нижняя челюсть безжизненно опала, глаза закатились, светя мутными белками. Костлявая рука медленно, словно с большим трудом, потянулась вверх, сквозь поношенную ткань коснувшись груди, как раз там, где когда-то очень давно билось сердце. Игорь не знал, действительно ли он слышал надрывный треск или додумал его сам, когда пальцы женщины с легкостью прошли сквозь грудину и ее тело начало разрушаться. Провал в районе сердца разрастался, проседая и осыпаясь внутрь сродни мелкому щебню. Будто что-то выедало тело изнутри, пока не осталась лишь пустая оболочка. Существо пошевелилось, очевидно, пытаясь сделать шаг вперед, но тут же повалилось на землю, напоминая песчаную фигуру, смытую приливной волной. В воздух взметнулось облако серого пепла, медленно оседающего на землю хлопьями грязного снега.
Игорь не знал, сколько прошло времени, был ли он в сознании или бредил, но когда мысли вновь начали складывать в логическую цепочку, первое, что он приметил - пламя в могиле окончательно погасло. Небольшую поляну освещал только луч верного фонаря. Останки женщины лежали без движения, самые мелкие невесомые частицы уже начинали разлетаться вокруг, перетекая под ногами крошечными барханами. Теперь только куча ненужного хлама. Инна стояла неподалеку, растерянно наблюдая за кружащимися крупицами пепла.
Парень пытался прочесть, что скрывается в ее взгляде, но слабый свет не позволял этого. Тени на лице девушки были настолько плотными, что искажали действительность. Что это было? Сочувствие? Разочарование? Торжество? Или злоба? Он не знал и не был уверен, что хочет. Наконец она подняла не него взгляд.
- Теперь последняя. Третья могила.
Если бы он мог зайтись в приступе истерики, то так бы и сделал. Смех или слезы - было все равно. Парень попытался ей ответить, но первое, что вырвалось, был сухой кашель и какой-то детский слабый писк.
- Что это было?
Девушка проигнорировала вопрос.
- Что это, черт возьми, было? Кто она? Кто они?
Инна ухмыльнулась, то ли сочувственно, то ли ее действительно позабавило произошедшее.
- Ты знаешь их историю. Знаешь эту женщину и ее детей. И то, что с ними случилось.
- Это не может быть правдой.
- Пускай так и будет, - согласилась девушка.
- Я ухожу! - Игорь поднялся на ноги и сделал первый шаг, чуть снова оказавшись на земле. Пораненная нога нестерпимо ныла.
- Ты помнишь наш уговор. - Она говорила так спокойно, будто все это привиделось ему одному. - Три могилы и я отведу тебя в лагерь.
- Я больше не буду этого делать! С меня достаточно! Хочешь, развлекайся сама. Я в этом больше не участвую.
- Сними брезент, вытащи его из ямы.
- Что?
- Ты слышал. Просто сними с останков брезент. И сам все поймешь. Какой смысл бросать начатое дело на полпути? Тем более, самое страшное уже позади.
- И я должен тебе верить?
- Не обманывай себя, будто в этой ситуации у тебя есть выбор. Только представь, когда все закончится, и ты доберешься до лагеря, то сможешь притвориться, что все произошедшее лишь галлюцинация, от жары или укуса насекомого.
Он снова посмотрел на останки женщины, все еще чувствуя подступающую к горлу тошноту.
- Она умерла?
- Она давно умерла. - Инна обошла его, приблизившись к последней разрытой могиле. - Просто слишком долго это отрицала.
- Тогда что случилось?
Она тяжело вздохнула.
- Я нашла их. Ее детей. И похоронила. Точнее мне так думалось. Считала, это будет правильно. Ведь все заслуживают погребения. Покоя. Вот только я ошиблась. Это только сильнее ее разозлило. Они так и не смогли уйти, сама земля отвергла их. Проклятая ею. Я видела, как они страдали, но ничего не могла сделать. Пока не поняла, что только огонь сможет все исправить.
- И она больше не вернется? - Он так и не мог до конца прочувствовать это упоительное чувство облегчения, что ночной кошмар закончился.
- Нет, только они держали ее здесь. Без них ей нечего здесь делать.
Слабое утешение.
- А что в последней могиле?
- Открой и посмотри. Это тоже нужно сжечь, чтобы все закончилось.
'Чтобы все закончилось' - эта мысль эхом отдалась в его голове, принеся слабую, но все же надежду.
Игорь не мог отыскать и крупицы смелости в своем сердце, но и страха там тоже не было. Только обреченность. Ступив к краю ямы, он с безразличием заметил, как сырая земля небольшим оползнем вновь скатилась обратно, будто желая навсегда похоронить то, что он извлек из нее. Парень наклонился и потянул за край синего брезента, протестующе зашуршавшего. Все еще ярко-синего, как упаковочная бумага, скрывающая жуткий подарок от злобного дядюшки Крампуса.
Фонарь стоял слишком далеко и его свет едва затрагивал третью могилу. И поначалу Игорь не мог различить ничего, кроме пришедших в движение комьев земли, копошившихся в яме подобно десяткам черных пауков. Но вот из общего хаоса проступили смутные очертания человеческого скелета, крупнее, чем миниатюрные детские кости в предыдущих двух могилах.
Он снова посмотрел на Инну. Та стояла, непоколебимая, неотрывно глядя на разрытую могилу и даже не заметив его вопросительного взгляда. Парень поднялся на ноги, взял фонарь, и, с не до конца понятной ему самому опаской, посветил вниз. Тело было полностью разложившимся, утопая в сырой черной земле, поглотившей потемневшие кости более чем наполовину. Кто бы это ни был, он пролежал здесь ни один год. Игорь неотрывно смотрел на могилу, так и не понимая, и почему она так важна для девушки.
- Это могила той женщине?
- Нет, - последовал короткий смешок, будто Инна действительно находила в его вопросе что-то забавное. - Ее тело давно было истерзано этим островом, обращенное в прах.
Парень прищурился, зацепившись взглядом за клочок пестрой ткани, непонятно каким чудом не изъеденный временем и сохранивший остатки цвета. Краем глаза он заметил слабую, алую вспышку, там, где когда-то ютилось сердце, словно спустя столько времени оно вновь вернулось к жизни.
- Что это? - Не помня себя, Игорь спрыгнул в могилу, аккуратно ступая, чтобы не затронуть останки.
То, что привлекло его внимание, было красным кулоном в форме переспевшего яблока. Он осторожно стряхнул с него землю кончиками пальцев, запоздало понимая, что это украшение ему смутно знакомо. Уже зная, что увидит, Игорь поднял глаза. Девушка возвышалась над ним все с тем же отрешенным выражением лица, смотря куда-то вдаль и сжимая в руках свой кулон как какой-то языческий оберег.
Эта минута молчания затянулась. Игорь отшатнулся, поспешно выбираясь из могилы, силясь задать вопрос, но окончательно путаясь в мыслях.
- Вы были знакомы? - Звучало до предельного глупо, но с чего-то нужно было начинать.
- Она и мне не давала уйти. А я же просто хотела помочь. Им всем.
Ее голос сейчас доносился откуда-то издалека, искаженный непреодолимым расстоянием. Игорю приходилось прикладывать усилия, чтобы понять смысл ее слов.
- Что все это значит?
Девушка улыбнулась, очень грустно, через силу.
- Ты должен сжечь эти кости, как и предыдущие. Только так можно все закончить.
Парень почувствовал, что в легких не хватает воздуха и сделал глубокий вдох, но захват, сковывающий ребра, ни на йоту не ослаб.
- Ты... ты мертва...
- Прости, что обманывала. Но ты не хотел меня слушать. Только страх смог загнать тебя так далеко. Столько лет и никого... Ты был моей единственной и последней надеждой. Как и их тоже.