Страница 71 из 79
Утром Фабис отправилась по каким-то делам, ненадолго оставив нас наедине, и мы с Аурой занялись любовью, быстро, но нежно и слегка тревожно: Аура боялась, что Фабис вернется. Когда мы оделись и спустились на кухню, она ухватила меня между ног, прижала губы к моему уху и прошептала, что скоро мы будем безостановочно заниматься любовью для продолжения рода. Я хочу ребенка! — воскликнула она. Я словно одурел от счастья. Скоро, впервые в моей и ее жизни, мы будем заниматься сексом, чтобы зачать!
Ауре хорошо работалось тем утром. Поднявшись наверх, я обнаружил ее за компьютером, печатающей, в наушниках. Чуть позже, около десяти, мы снова пошли завтракать в «Армадилло», сели за застеленный бело-голубой клетчатой скатертью стол перед двумя деревянными статуями: головой грифона и раскрашенной Девой Гваделупской. Я заказал кукурузную лепешку в соусе ярко-красного цвета, яичницу и фасоль. Аура, как и накануне, взяла фрукты и йогурт и разделила с Фабис одну лепешку. Каждый получил по стакану фирменного апельсинового сока с добавлением морковного и свекольного, чашку крепкого кофе, а также, поскольку это было очень вкусно, мы заказали на всех тосты из домашнего хлеба, подававшиеся с местным медом.
Мы шли на пляж, когда Аура сказала: у меня получается просто отличный рассказ.
Это было совершенно не похоже на Ауру, и она ни разу не говорила ничего подобного, но в ее голосе звучала робкая убежденность. Кто знает, назавтра она снова могла пасть духом, но с ней определенно что-то происходило. Я понял это только потом, когда обнаружил, насколько преобразился и стал лучше ее рассказ про учителя всего за несколько дней; к ее последнему утру рассказ был практически готов — практически, поскольку перед публикацией потребовал лишь небольшой редакторской правки. Она так напряженно работала весь этот год, так почему бы этому не случиться: щелчок, и ты чувствуешь, как открывается некогда запертая дверь, слова и предложения неожиданно видоизменяются и начинают жить в новом измерении, где-то между твоим разумом и экраном компьютера, они ведут тебя сквозь лабиринт комнат странных геометрических форм, которых ты никогда раньше не видел, но ты все равно каким-то непостижимым образом знаешь, где выход. Совсем недавно у нас состоялся довольно неуклюжий разговор, когда мы пытались описать подобную метаморфозу.
Подумать только, у нее впереди были еще целые две недели восхитительных длинных дней на пляже. Наверное, сказала она, иногда после обеда я буду оставаться дома и работать, вместо того чтобы идти купаться.
Разумно, сказал я. Я был счастлив, что мы решили приехать на несколько дней раньше. Если бы мы поехали на автобусе в понедельник ночью, то теперь только бы добрались до Масунте, измочаленные, с единственным желанием — выпить холодного пива и заснуть.
Совершенно незабываемым событием этого солнечного, почти безоблачного дня стал удивительный наплыв людей, большинство из которых купались, включая маленьких детей, не только плавающих, но и пробующих бодисерфинг. Вероятно, волны выглядели маняще. Умеренные волны, скорее всего, не такие старые. Волны перемещаются по океану сериями, и никогда не бывает так, чтобы на пляж прибыла только одна группа; на всем своем пути серии волн встречаются, сталкиваются или поглощают друг друга и перемешиваются, старые с молодыми. Но как я узнал впоследствии, даже средняя волна налетает и ударяется о берег с силой небольшого автомобиля, несущегося на полной скорости.
Сидя на лежаках, мы наблюдали за бодисерферами. Аура выглядела особенно заинтересованной, она постоянно комментировала их движения. Я помню, там была парочка молодых людей, с легким загаром, хорошо сложенные, они показались мне братьями, и очевидно, были лучшими на пляже: скользя по поверхности океана, с профессиональной точностью оседлав волну, с вытянутыми руками, они походили на летящих супергероев. Мы уже как минимум дважды побывали в воде, и оба раза каждый пытался поймать волну. Не думаю, что Ауре или Фабис удалось поймать хоть одну; в основном они вставали наизготовку и, когда волна нависала над ними, просто подныривали под нее. Мне удалось разок прокатиться; я не очень удачно выбирал момент, как правило, слишком рано стартовал, и волна опрокидывалась на меня.
Мне не понравился неприятного вида молодой человек с длинными волосами, худой, как борзая, испещренный татуировками, с пирсингом под нижней губой, устроившийся на лежаке прямо рядом с нами. Зачем садиться так близко? Потом появился его приятель и расстелил свое полотенце прямо перед ним. Аура сказала, что снова хочет в воду. Снова? Это будет уже третий заход! Мне хотелось почитать. «Семейство Майа» начало увлекать меня: читатель понимает, задолго до того, как это становится очевидно самим героям, что Карлос Майа вступил в любовную связь со своей давно потерянной сестрой, мадам Гомес, — прекрасное пляжное чтиво. Аура закончила сборник рассказов Фабио Морабито — ей понравилось — и теперь металась между Сильвией Окампо и Бруно Шульцем, одновременно болтая с Фабис.
Но посмотри, сколько народу в воде, сказал я. Я до сих пор не могу оправиться от удивления, что Ауру не оттолкнуло такое скопление людей. Поверхность океана выглядела нашпигованной головами купающихся, и обычно Аура была до странности к этому чувствительна: без непроизвольной дрожи она не могла даже смотреть на кишащую, бородавчатую, бурлящую от бултыхающихся людей воду, мурашки бегали у нее по рукам, и иногда она, морщась, показывала их мне. Мне казалось, что в тот день вода выглядела как гусиная кожа — зрелище, которое Аура не выносила.
Я шепнул ей, что не хочу идти купаться и оставлять вещи рядом с этих подозрительными типами. Аура прошептала в ответ, что уверена: они ничего не украдут. Это обычные пляжные хиппи.
Идите вдвоем, сказал я.
Ну пойдем, умоляли меня Аура и Фабис, вода сегодня такая чудесная. Пойдем с нами!
Нет, сказал я. Я пропущу одно купание. Хочу почитать.
На Ауре были резиновые тапки от гидрокостюма, купленные специально для этой поездки, делавшие ее походку несколько неуклюжей, из-за них она едва поспевала за более высокой и стремительной Фабис; на пути к кромке воды Аура размахивала руками, чтобы придать себе скорости, ее шея то вытягивалась, то наклонялась, пока она возбужденно и радостно говорила что-то кузине. В голубом слитном купальнике она со спины выглядела чуть более полной в бедрах, чем на самом деле. И я подумал про себя: какая же моя Аура восхитительная, забавная и красивая! Этот момент предрешил все: если я был волной, то именно тогда я начал вздыматься одновременно с болезненным всплеском любви в моей груди; но даже если бы все это было прелюдией к рядовому купанию, я уверен, что все равно запомнил бы этот миг. Я подумал: клянусь, что перестану раздражаться из-за ее неуверенности в себе, из-за ее постоянной потребности в ободрении и что, черт побери, буду любить еще сильнее, чем когда бы то ни было и, конечно же, немедленно пойду с ней купаться. Затем я постарался обезопасить свои вещи от воров так, чтобы не привлекать лишнего внимания и никого не оскорбить. Я убрал бумажник, майку, сандалии и книгу, которую не собирался открывать (и не открыл), в матерчатую сумку из книжного «Ганди», обвязал ручки сумки вокруг ножки лежака, сначала приподняв его, а затем крепко вбив в песок. Я видел, как Аура и Фабис все еще разговаривают, стоя по плечи в воде лицом друг к другу, исчезая и появляясь, подныривая под набегающие волны. Я встал и побежал по пляжу, по обжигающему песку прямо в океан.
Если вы зайдете на Ютуб и наберете «Масунте волны», то найдете целый ряд коротких видеоклипов с волнами, накатывающими на пляж. На туристических видео они мало отличаются от тех, в которых мы плавали, хотя наши, судя по количеству купавшихся в тот день, были несколько меньше. Если вы введете «Зиполите», то увидите, что волны там куда круче и непреодолимее. До этого я не знал, что существует классификация волн: есть так называемые «разливные», считающиеся наиболее безопасными для серфинга — обычно они обнаруживаются в «относительно закрытых местах»; есть «навесные», «опрокидывающие», которые образуются либо от сильного ветра, либо если прямо перед берегом у морского дна есть резкий выступ — они считаются более опасными, чем «разливные»; и есть самые грозные — «вздымающиеся» — волны. Даже прочитав все это, я так и не смог определить, какие именно волны в Масунте. Пляж был достаточно укромным, однако морское дно резко поднималось и переходило в прибрежные холмы. На сайте Океанического просветительского центра друзей моря в Новой Зеландии было много полезной информации о волнах, так что я отправил им письмо со ссылкой на два видео волн в Масунте и просьбой высказать свое мнение об их природе. Директор центра ответил мне: