Страница 10 из 13
Для Саши это было очень важно. Ей редко приходилось замечать на себе заинтересованные взгляды. Просто так у них с мамой сложилось. Конечно, в той новой тусовке, куда мама просила ходить, за ней увивались разные парни, но… как будто это дань моде была, а не чувство.
– Саша, а у тебя парень был? Кто-нибудь в институте? – поинтересовался Алек. – До этого преподавателя?
– Нет, – ответила девушка. – Друзей много, а парня… да нет вроде. Может, кому и нравлюсь, но не замечала ничего такого. Мы все нормально общаемся.
– А вы все с одного курса? – продолжала Елена.
– Нет! – Саша говорила об университете с удовольствием. – У нас получилась очень разноплановая компания. И с моего курса, с нашего же факультета, и старше ребята есть, с других факультетов. Мы как-то собрались все вместе, и… представляете, человек тридцать вышло!
– Здорово, – согласилась Елена. – А где это вы так все перезнакомились?
– Да на студвесне. Делали ее вместе, потом дружно все за кулисами торчали, вот так понемногу и набралось знакомств, потом люди своих друзей еще приводили.
– Саша, извини, но нам нужны их всех адреса, имена, фамилии, с каких они факультетов, кто с кем больше дружит, – перечислил Алек.
– Ладно, – согласилась девушка немного удивленно. – Я немного посплю и составлю, хорошо? А зачем?
– Человек, который причинил тебе боль, он… – Елена старалась подыскать слова. – Он не только с тобой так поступил. Мы хотим его найти.
– Не только со мной? Человек? – Саша была шокирована. – Я думала, что просто заболела.
– Нет, девочка, – ласково сказал Алек. – К сожалению, не сама. Кто-то очень плохо о тебе подумал и сказал какое-то плохое желание о тебе. Вот и… И не только о тебе.
– И это кто-то из моих друзей? – Она готова была расплакаться.
– Ну, не думаю, что человека, который так поступает, можно считать другом, – постарался аргументировать Алек.
– Он точно не из близких тебе людей, – успокоила ее Елена. – Просто кто-то из вашей компании. И еще… будешь делать список, постарайся вспомнить всех, с кем общалась в университете, но так… только по знакомству. И укажи все эти имена.
– Хорошо, – немного успокоившись, согласилась Саша. – Я вам помогу, конечно. Особенно если не только мне он так сделал… Я обещаю, что помогу. А сейчас… Можно я посплю?
– Конечно, – Елена поднялась на ноги. – Только мама ждет за дверью. Поговоришь с ней? Она очень волнуется.
Девушка улыбнулась тепло и искренне и кивнула.
Мать и правда ждала за дверью.
– Как она? – другого вопроса ожидать было трудно.
– Идите и поговорите с ней, – улыбаясь, предложила Елена. – Только Саша очень спать хочет.
– Ой! Конечно, я на минутку! – Женщина была счастлива, и, как с удивлением заметил Алек, к ней тут же вернулась ее красота, и она оказалась даже привлекательнее, чем та другая, с портрета, более женственная, теплая и естественная. – Спасибо вам… И… извините меня за то, что я вам вначале говорила.
– Без проблем, – заверил ее Алек.
– И еще… – Женщина выглядела виноватой. – Анатолий пришел. Он в гостиной…
– Понятно, – Елена кивнула, чуть нахмурившись. – Все нормально. Идите к дочери.
– Спасибо…
Будущий депутат очень напоминал «злого Кеннеди». То есть внешне он чем-то был похож на знаменитого американского президента, но резкие черты лица и глаза, в которых как будто бы не хватало доброты и интеллекта, сводили сходство почти на нет. Да и очарованием Кеннеди местный будущий народный избранник оказался обделен. Но, глядя на себя в зеркало, он наверняка был уверен, что видит светлый образ невинно убиенного американского лидера. Когда маги вернулись в гостиную, «псевдо-Кеннеди» нервно мерил комнату шагами, весь его внешний вид выражал крайнюю степень неудовольствия.
– Ну, что? – высокомерно поинтересовался он, сдвинув брови.
– Ничего, – зло ответил Алек и рухнул в кресло. – Те же и депутат, сцена вторая.
– Прежде всего здравствуйте, – надменно произнесла Елена и кивнула любимцу электората по-королевски, после чего опустилась в соседнее с Алеком кресло. – У нас места в партере? – иронично поинтересовалась она у друга.
– Ага, – в тон согласился Алек. – Попкорна забыли купить. Кстати, все же здравствуйте.
– Я не понимаю, что вы себе позволяете? – возмутился будущий депутат.
– Мы позволяем себе отдохнуть после выполненного дела, причем весьма тяжелого, – объяснила Елена. – А что? Ваши пиарщики не внесли приветствия в вашу тронную речь?
– Да-да, – подхватил Алек, входя в роль Коровьева-Фагота. – Будьте любезны, сударь. Гляньте внимательно. В начале речи всегда должно быть что-то типа: «Добрый день, дорогие друзья!» Или вы демократ, батенька? Тогда что-то вроде «Хай, электорат!».
– По-моему, мы классно выучили реплики, – прокомментировала Елена и сладко потянулась.
– О чем вы говорите! И кто вам вообще позволил так себя вести? – продолжал будущий народный избранник биться в истерике.
Алек с удовольствием ждал, когда он начнет топать ногами и брызгать слюной.
– Мы, знаете ли, говорим о том, что все это напоминает дешевую пьеску в провинциальном театре, – спокойно сообщил он грядущему властоимцу. – А насчет того, кто нам это позволил… Мы всего лишь играем по вашим правилам.
– Такой наглости я еще не видел! – оповестил их глава семейства. – Сначала они заставляют себя ждать, хотя должны были явиться еще в десять утра, потом хамят! И еще уверены, что могут рассчитывать на какое-то вознаграждение! И вообще, я спросил, улажены ли неприятности?
– Неприятности? – Алек рассердился. – Хорошо хоть не сказал, неполадки! Интересно, как бы отнеслись избиратели к такому преувеличенному беспокойству о здоровье падчерицы! Чувствую я, голосов в вашу пользу резко бы поубавилось.
– И вообще, – очень недружелюбно продолжила Елена. – Напомню, мы не являемся вашими служащими, мы даже не являемся служащими мэра, который, просто посочувствовав вашим проблемам, пригласил нас. Мы специалисты, а заодно и владельцы коммерческой фирмы, в учредителях которой вы, кстати, не числитесь. А насчет гонорара… У нас определены расценки, которые вам скорее всего господин мэр уже озвучил. Так что, я думаю, вам нет смысла так кипятиться.
– Я не поверю, что мои договоренности с Артуром Ярославовичем вас вообще касаются, – высокомерно заявил мужчина.
– А логика где? – наигранно удивился Алек. – Именно нас эти договоренности и касаются. Мэр не любит, когда нас обижают.
– Ваше слово против моего? – столь же наигранно удивился глава семейства.
– Ну, хватит, – рассердилась Елена и, достав сотовый, набрала знакомый номер. – Артур? Привет еще раз. Тут просьбочка одна будет…
– Привет, – обрадованно поздоровался мэр. – Что стряслось?
– Да ничего особенного, – успокоила Елена. – Просьбочка есть, как я сказала. Нельзя ли бы уточнить наши расценочки?
– А то ты их не знаешь, – ехидно ответил Артур Ярославович. – Как там дело-то прошло?
– Дело, как обычно, прошло нормально… – Она специально говорила так, чтобы собеседник уловил невысказанное «но».
– Ага! – Мэр был человеком догадливым и вообще неплохим дядькой. – Понты кидает, да?
– Естественно, – устало вздохнула Елена.
– Тогда бери с него по полной, – злорадно предложил Артур. – Хотя… А дай-ка я сам его порадую! Надоел он мне своим понтом до жути. Дай оттянуться.
Елена с радостью передала трубочку будущему депутату и злорадно наблюдала, как меняется выражение его лица по мере того, как мэр «оттягивался» на нем за понт.
Алек сдерживался, чтобы подленько не захихикать. Наконец грядущий властоимец отключился и, нокаутированный морально, полез в бумажник.
– Вот, – передал он деньги и телефон Елене. На его лице при этом застыло выражение презрения и брезгливости. – Артур Ярославович просил передать, что позвонит позже.
– Вам? – немного удивилась Елена тому факту, что рвущийся к власти хам ей об этом сообщает.