Страница 9 из 10
Почему я боюсь своего неуспеха? Разве неуспех не единственное, что во мне – мое? Меня преследует моя судьба.
Я записываю свои примитивные мысли и воображаю, что они могут иметь ценность. Каждому человеку необходим крик о себе.
Мне нравится жить по законам творчества. Но я боюсь оказаться лишь одним из персонажей своего произведения.
И считайте меня смешным - на здоровье, клал я на вас.
17
Прошло три недели, а я все еще не вышел на работу. Я провожу все светлое время суток в своей квартире или в городских парках. Никому не может даже прийти в голову, что мой внешне безразличный вид скрывает интенсивный мыслительный процесс, не прекращающийся ни на мгновение. Ураган в моей голове настолько силен; что сметает на своем пути забытые обещания и вечные табу.
Мысли – это зерна. Я стараюсь заложить их в чужие головы.
Каждый человек вынужден играть самого себя. Моя роль очень сложна. Я боюсь стать простым и понятным. Я никогда не хотел прожить жизнь обычного человека. Очень страшно оказаться бездарным.
Люди не хотят, чтобы их жизни исправляли. Никто не хочет решения своих проблем.
Своих драм. Своих тревог. Не хотят начинать жизнь заново. Не хотят упорядочивать жизнь.
Не сложно убедиться, что слова – только иллюзия. Я вообразил, что смогу изменить свою жизнь с помощью слов.
Я тороплюсь произнести над собой опасное заклинание. Слова всегда стараются изменить реальность.
Я ощущаю свою жизнь, как пропасть, в которую боюсь сорваться. У меня может быть только одно утешение – не я выбрал свою судьбу.
Единственное, на что мне удается вообразить себя способным – писательство. Писать тексты, которые кроме меня не напишет никто.
Кстати, а зачем я выходил из дома?
Маленький и глупый. Я вообразил себя большим и умным.
Я знаю о своей странности. Очевидного не скрыть. Я знаю, что мое творчество может быть только уходом от действительности.
Не думай о последствиях, а берись за дело и делай. Старайся не думать о последних двадцати четырех часах, не думать о прошлой неделе, слишком уж они были насыщенные, мучительные, а вдобавок и смехотворные, сосредоточь все свое внимание на песне, разыгрывай свои козыри, какие уж они там есть.
Я всегда знал, что ничего не получится. В некотором роде я именно этого и ожидал.
Я с самого начала воспринимал себя как ни к чему не приспособленного человека, и я не чувствовал себя по настоящему спокойно, уверенно ни с кем и нигде.
В глубине души мне всегда было ровно по фигу, что там думают обо мне другие, но в то же самое время это меня очень волновало.
Я умею прятаться за слова. У меня это получается. Потому и прячусь.
Меня не игнорируют. Меня просто не замечают. Никто не верит в мою способность к творчеству, кроме меня самого.
Я боюсь своих фантазий. Я уже не уверен, что моя жизнь удачная фантазия.
Невозможно не ощущать опасность слов. Я боюсь сломать себя неосторожным словом.
Только творчество даст мне возможность ощутить себя равным великим. В любой другой деятельности я буду только унижаться. Мне не следует расстраивать себя чужим успехом.
Я хочу перестать стесняться себя.
Все знают, что я слаб и жалок. Я не смог утаить свою самую важную тайну. Я знаю, что многое в жизни делаю неправильно. А иногда кажется – все.
Я себе сдавшимся не нужен.
Я просто решил, что, если никуда от этого не денешься, я ничего не потеряю, если попробую стать максимально удачливым неудачником, устрою такой тарарам, что всем чертям будет жарко, выдам ублюдкам не скупясь, по полной программе.
Я пытаюсь делать шаги по направлению к своей победе. Но, может быть, я иду к поражению. Я живу в ожидании жизни.
Стена отгораживающая от жизни это важно. Я постоянно строю свою стену. Реальность не для меня. Не для таких, как я. В этой жизни мое – только писательство. Я – это мои тексты.
Я никогда не ожидал, что все меня вот так вот возьмут и полюбят, но при этом я никогда не хотел оскорблять ничьих чувств, а потому должен был изо всех сил стараться быть милым, и щедрым, и сердечным, и всегда готовым прийти на помощь, и вообще вести себя таким образом, словно я отчаянно хочу, чтобы меня любили, и не только за то, что я делаю, а меня самого.
Моя жизнь – это слова обо мне. Смысл моей жизни – наблюдение за собой. Я не понимаю, как у других получается выдумывать.
Тюк, тюк, тюк… отдается в черепной коробке легкое постукивание – это растет давление.
Я не выдумываю своих героев. Я ощущаю себя одним из своих героев.
Плечи опускаются, спина сгибается, мышцы дрожат от усталости.
Постепенно умирает надежда обрести облегчение.
Понимаете, до меня вдруг дошло, что я не обязан терпеть.
Что может быть страшнее для человека его непохожести на окружающих людей? Я боюсь повторить успех Христа.
Я останусь таким, каким опишу себя. Я использую себя только для записи слов. Мне нравится заменять реальность – творчеством.
Главное — не сорваться.
Я чувствовал, что именно так все и будет.
Я чувствую, что слова загоняют меня в ловушку, из которой невозможно выбраться. Творчество – ошибка моей жизни.
Самое страшное в моем положении то, что я ему совсем не удивляюсь. Я хочу быть единственным читателем своей книги.
Иногда человек устает нести все то, что мир сваливает ему на голову.
Я знаю, что слова ни для кого не имеют значения. Если бы я жил рационально, я бы не занимался творчеством. Но я не способен ни на что, кроме творчества. Мне нравится пустота слов.
Такие вещи всегда удивляют.
Я знаю, что нужно держаться.
Нужно заставлять мозг работать. Нужно думать. Но о чем?
В центре литературы стоит не сюжет, а ситуация, толкнувшая автора на творчество. Я старался сделать текст, который не сможет заинтересовать никого, кроме меня. Я чувствую, что от этих мыслей погружаюсь в депрессивное состояние.
Я вынужден быть героем своего произведения. Творчество – единственная возможность прожить несколько жизней.
Единственное, что меня интересует в жизни – самовыражение. Я не хочу научиться думать не о важном.
В истории остаются герои. Я – не герой.
Я прячусь в свое писание. Человек, зависящий от слов всегда жалок.
На одну книгу могу быть способен даже я. Что бы я ни написал, это никогда не будет напечатано.
Сейчас, по моему, я слишком разговорился. Думаю, дело в том, что внутри у меня скопилось слишком много чувств, которые так и просятся наружу.
Я более выдуман, чем герой моего произведения.
Мое творчество – моя молитва. Я знаю, что слова написанные с ошибкой – грех. В любом случае я себя не жалею.
Просто я пытаюсь привыкнуть к тому, каков мир на самом деле.
Все, что я не понимаю в своих текстах, может понять кто-то другой.
Моя жизнь ограничена моей фантазией. Мне нравится подменять реальность словами.
Очень сложно привыкнуть к невозможности восприятия моего творчества окружающими людьми.
Я не умею быть интересным. Моя искренность скучна.