Страница 18 из 26
Наигравшись вдоволь, собралась в единое целое, по туману пролетел безмолвный приказ: "ВЕРНУТЬСЯ!"
Краткий миг темноты, ощущение взлета. Принцесса открыла глаза и первым делом посмотрела вниз. Платье, туфли...
- Получилось! - запрыгала, хлопая в ладоши. - Аммит, спасибо! Это просто здорово!
В порыве чувств принцесса обняла учителя, и он, что-то проворчав, похлопал ее по спине.
- Неплохо, - заметил Аммит, когда принцесса успокоилась. - Обратное превращение получилось довольно медленным. Эту практику изобрели древние воины, чтобы стремительно атаковать врага. Медленное исполнение уничтожает всякий смысл.
- Но я ведь не воин! - засмеялась Ирабиль. - Мне для другого...
- Вот теперь я, как ваш учитель и телохранитель, должен задать вопрос. Для чего же вам этот навык?
Принцесса, прищурившись, долго смотрела на Аммита, потом сказала:
- Я еще потренируюсь. Чтобы получалось хорошо.
Аммит склонил голову. Наблюдая за тем, как принцесса снова и снова превращается в туман, летает над прудом и осматривает платье, обернувшись собой, он ощутил острую жалость к этому одинокому созданию. У принцессы, пожалуй, было все. Любящий отец, множество знакомых, каждый из которых всегда готов улыбнуться и погладить по голове. Вокруг увивались слуги, да и сам Аммит большую часть времени уделял ей. Но не было друга, с которым Ирабиль могла бы играть, которому доверила бы тайные помыслы. Сейчас Аммит жалел, что не может стать ей таким другом. Принцесса явно тяготилась какой-то мыслью. Она что-то планировала, но что?
Отдаленный звук шагов достиг ушей Аммита, он развернулся, вглядываясь в темноту.
- Кто там? - шепнула принцесса с таким таинственным видом, что Аммит едва не расхохотался.
- Сейчас увидим.
Сквозь заросли кустов показалось бледное лицо в обрамлении черных волос.
- Лорд Эрлот, - сказал Аммит. - Идет к вашему отцу. Полагаю, хочет лично отдать дань.
Лорд Эрлот поднимался дворцу по Западной лестнице. Стремясь показать свою открытость и доступность для всех, король Эмарис велел выстроить дворец, войти в который можно с любой стороны. Четыре мраморные лестницы - Северная, Восточная, Южная и Западная - служили этой цели. А еще четыре, расположенные между ними, вели к живописным уголкам владений короля. В каждом из них по очереди тренировалась принцесса под руководством Аммита.
- Послушай, Аммит, - зашептала Ирабиль. - Я попытаюсь провернуть это с мышами?
- Я бы порекомендовал сначала потренироваться с накидкой, - заметил Аммит. - Потом можно будет усложнить...
- Времени нет! - всплеснула руками девочка. - У меня все получится, я уверена! Ты дождешься?
- Даже если придется умереть от жажды, - улыбнулся Аммит. - Вперед, принцесса. Раз уж решились - действуйте.
Ирабиль отпрыгнула от него, удивительно легко сохраняя равновесие в туфельках с высоким каблуком. Закрыв глаза, глубоко вдохнула и... рассыпалась на сотню пищащих серебристо-серых мышей. Зверьки бестолково толклись в куче, потом замерли и развернулись в сторону дворца. Одна мышка отделилась от общей кучи, попробовала взобраться на ступеньку, но сорвалась и, пискнув, упала на спину. Аммит с улыбкой наблюдал за ее злоключениями.
Мышка не стала больше штурмовать неприступную крепость лестницы. Она побежала в обход. В том миг, когда ее лапки коснулись земли, она остановилась и посмотрела на оставшихся. Потом медленно, будто тяжело на что-то решаясь, повернулась и, прыгнув, исчезла в траве. Аммит проводил ее взглядом, посмотрел на остальных мышей. Постепенно, по мере того как сознание принцессы сосредотачивалось на мышке-лазутчице, остальные начинали жить собственной жизнью. Инстинкты брали верх над крохами человеческого разума. Мыши разбрелись по площадке, обнюхивая все любопытными носами. Несколько принялись обследовать ботинки Аммита. Они испугались бы его, будь он человеком, но запах не казался угрожающим. Кроме того, где-то в глубине маленьких головок звонкий голос принцессы говорил: "Это Аммит, он хороший!"
Довольно скоро мыши разбежались по сторонам, на площадке не осталось ни одной. Аммит покачал головой и вдруг исчез. Крупная летучая мышь взвилась в воздух, черные крылья понесли ее в сторону дворца. Вскоре она вернулась, и вот, вместо нее сидит на скамье Аммит. Руки сжимают небольшой сверток. Любуясь рябью воды в лунном свете, телохранитель ждет возвращения принцессы.
***
Лорд Эрлот с ящиком в руке поднялся по Западной лестнице. Дверь открылась, не пришлось даже сбавлять шага. Длинный коридор, предупредительно кланяющиеся слуги, золотые канделябры с горящими свечами, картины в массивных золотых рамах, изображающие батальные сцены Второй Великой Войны, что окончательно расставила все на свои места более двух тысяч лет назад. Лорд Эрлот миновал и картину, изображавшую его самого, одним из первых ворвавшегося в Черную крепость. Несколькими днями позже крепость снесли, а на ее месте вознесся прекрасный дворец, который сейчас мерил шагами лорд Эрлот. Под ногами змеилась красная линия, выложенная множеством сердоликов - Алая Река, ток которой направляет все сущее.
Посреди первого этажа сиял, залитый светом множества ламп, тронный зал. Пол выложен каменными плитами, стены искрятся голубоватым мрамором. Десять белых колонн удерживают над головами посетителей сверкающий золотом потолок.
Эрлот не заметил маленькую мышку, шмыгнувшую мимо него вперед, держась в тени у самой стенки. Только слуга, кланяясь лорду, обратил внимание на досадный факт и поморщился. Видно, в кладовой появились щели. Нужно сказать управляющему. Если видишь одну мышь - значит, еще десяток их оказались более осторожны.
Король Эмарис, высокий и широкоплечий, стоял посреди зала, ожидая гостя. Он не признавал никаких регалий и знаков отличия. Простой зеленый камзол, брюки грубого покроя, короткая стрижка. Властителя в нем выдавал взгляд - тот самый взгляд, которым, говорят, король мог убивать. Издалека, ощутив на себе силу этого взгляда, Эрлот моргнул и уставился на ноги короля. Туфли тоже самые простые. За два тысячелетия правления Эмарис ни разу им не изменил. Туфли снашивались и отправлялись в мусор, но тут же очередной человек-мастер делал новые, такие же. Однажды Эрлот спросил короля о причинах такой привязанности, и тот сказал: "Живущие вечно нередко путаются в переменах. Им важно видеть перед собой что-то неизменное, безоговорочно надежное. Иногда достаточно такой мелочи, как туфли на ногах короля".
Эмарис стоял, положив руку на стол для подношений. Сзади - просторное кресло красной кожи, заменяющее трон. Правитель редко садился в него, только во время торжественных церемоний, вроде Посвящения. Но и Посвящения не проводились больше трех сотен лет. Две лестницы ведут наверх, в обеденный зал.