Страница 28 из 60
В этом мире тоже нельзя расслабляться. Повсеместные ограбления, убийства, пропажи. Право сильнейшего и наглейшего. Прошлым вечером я оказалась сильнейшей. Надолго ли? Жизнь покажет… Но этой ночью на прогулку я точно не пойду.
Горько усмехнувшись своим мыслям, перевела взгляд на маленький белый прямоугольник с именем и телефоном.
Позвоню? Нет.
Скомкав бумажку в маленький шарик, примерилась и прицельно запустила его в раковину. Потом уберу. А сейчас? Сейчас можно и прогуляться. Грех терять такой замечательный день в попытках заснуть и избежать ночных кошмаров.
Глава 9
Планета Эритум, резиденция правящей королевской четы.
Арет.
Толстая подошва тяжелых армейских ботинок неслышно ступала по древним камням замка видевшим и слышавшим немало. И если бы камни могли говорить, они на перебой бы рассказали, как по этим, спрятанным от посторонних глаз коридорам, пробегали детские ножки, как важно и уверенно шли ноги взрослые, облаченные в туфли на высоких каблуках или сапоги на мягкой подошве. Как по этим коридорам вели неугодных, и их ноги волочились, оставляя на полу некрасивые, грязно-кровавые следы. Сегодня по этой серой, с белыми разводами каменной змее шли ботинки наследного принца. Четкий, печатный шаг выдавал его напряженное состояние и нетерпение, но мужчина не торопился к своей цели, он болезненно растягивал удовольствие. Твердые губы предвкушающе кривились, а сквозь припущенные веки блестели глаза.
Дойдя до темной панели, мужчина нажал одну единственную кнопку и сразу же вошел в гостеприимно распахнувшиеся дверцы. Лифтом в этом уединенном месте пользовалась исключительно семья, и на сегодняшний день она, к глубокому сожалению Арета состояла всего лишь из трех человек. Но когда-нибудь это изменится, все станет так, как необходимо, так, как предрешено, и этим лифтом смогут пользоваться уже четверо.
Дверцы мягко закрылись, и кабинка, следуя указанием даона, поехала вниз, в святая святых каждого уважающего себя замка — подвалам. Именно там, на нижних, минусовых этажах, защищенных от всех немыслимых опасностей, хранились и стратегические запасы семьи, и новейшие разработки, которых еще не видела эта планетарная система, и казематы. Нужно же хранить и содержать где-то 'особых' пленников, которых больше никогда не увидит мир?
Лифт остановился с мягким толчком, и после секундного замешательства, обусловленного работой системы безопасности, дверцы раскрылись, демонстрируя похожий, но немного другой коридор. Этот был уже и несколько длиннее, а еще имел четыре рукава, в один из которых и завернул Арет. Не замедляя шага, он дошел до перегородки, от пола до потолка закрывающей куцый конец коридора. Невидимую, почти прозрачную стену в это раннее утро украшали разводы, явно оставленные грязными ладонями узника. Полосы от пальцев тянулись в разные стороны, переплетались друг с другом, и смазывались ладонями, видимо желавшими пробить непонятную преграду и вырваться наружу.
Оценив увиденное, наследник хмыкнул, и перевел взгляд на сгорбившуюся фигуру, привалившуюся спиной к дальней стене.
— Подъем! — положив ладони на преграду, Арет наклонился чуть вперед, внимательно следя за вздрогнувшим телом.
Голова узника дернулась, ладони откинули с лица темные волосы, похожие на сосульки, и на принца уставились бледно-голубые глаза молодого мужчины.
— Поговорим?
Молодой человек вскочил, сделал два шага по направлению к прозрачной стене и запнулся, рассмотрев неприятную, едкую улыбку принца.
— Это ошибка! — вытерев ладони о пиджак, он перевел взгляд с лица даона на его одежду, потом на тяжелые ботинки, метнул взгляд за его спину, потом снова на лицо и забормотал, — Я отправлю письмо Его Величеству! Я вынесу ваши действия на суд общественности! Пусть мир узнает, какое чудовище прячется за маской наследного принца! Я напишу о произволе во все газеты…
С усмешкой наблюдая за неуклюжими попытками бывшего графа де Ману найти управу на свои действия, принц возвратился мыслями почти на два месяца назад. В тот судьбоносный день, перекроивший его мир, заставший смотреть на вещи другими глазами. Почти два месяца, пятьдесят два дня назад. Много. Непозволительно много. Тогда он потерял часть себя, и до сих пор не нашел. Арету иногда казалось, что прошли не дни, а годы, настолько он стал себя ощущать по-другому. Старше? Несомненно. Безкомпромисснее к врагам? Определенно… И слабее. Да. Когда дело касалось одной единственной девушки, он становился слабым. Но эту слабость увидит только она, если захочет. А для врагов он останется тем, кем являлся на самом деле — несокрушимым наследником престола, без сожаления избавляющимся от неугодных. Один из этих неугодных как раз сотрясал воздух глупыми угрозами, и именно из-за него, как впрочем и из-за безалаберности Арета стал возможен тот день.
Задумчиво оглядев напряженного мужчину, пытающегося даже при таких обстоятельствах придать себе высокомерный вид и выиграть у судьбы несколько лишних минут, даон задумался.
Убить его сразу и быстро? Нет. Не заслужил. Возможно, посмотреть, как он мучается в агонии действительности? Или забраться в мозг, и уже там методично испытать на узнике новейшие психологические разработки ученых? Возможно… Но не убить нет…
Пусть сущность и требовала крови, пусть мечтала о реванше хоть здесь, но трезвый, холодный расчет говорил о другом: в последующем плане этот человек сыграет свою роль.
— Молчать…, - приняв решение, Арет надавил на преграду, и, не замечая сопротивления плотной субстанции, прошел внутрь камеры.
— Это ошибка! — заключенный, заметив перемены в собеседнике, отпрыгнул назад, и дико озираясь, начал искать несуществующие пути отступления.
— Ошибка? — мужчина нехорошо улыбнулся, нарочно показывая чуть выступающие клычки, — Ошибкой была твоя жизнь. И я намерен это исправить.
Планета Земля.
Амире (Амина)
С трудом дождавшись следующего вечера, закрыла дверь на замок и ранула через чердак на крышу, по пути застегивая кнопки на легкой куртке и поправляя футболку с джинсами. Не оглядываясь. Зачем? Я чувствовала, что в эту теплую ночь в доме никого не было. Только я. И это — прекрасно.
В начале моего сюда заселения, вопрос отсутствия жильцов откровенно тревожил. Столько комнат, столько квартир, и на все здание только я, да Алексей. Да еще Дима, периодически ночевавший в обустроенной квартире друга. В первые ночи, когда я еще не перешла на ночной образ жизни, меня настораживали странные звуки, скрипы, скрежет и шорох, раздававшиеся из разных углов. Прислушиваясь, я воображала жутких монстров, разглядывающих меня из темноты. В такие моменты, я буквально жаждала человеческого присутствия, голосов и запахов, появляющихся исключительно в жилых помещениях. Но позже, познакомившись с соседями из близлежащих домов, я оценила одиночество, и на подозрительные звуки перестала обращать внимание, в сотый раз напомнив себе, что я уже далеко не человек, и бояться таких глупостей не стоит. Есть и ладно. Зато нет суетливых старушек, ворчащих по поводу и без, при этом, успевающих везде засунуть свой любопытный носик и поучить подрастающее поколение лоботрясов уму и разуму. Нет опустившихся алкоголиков, громко и со смаком выясняющих отношения с утра и до поздней ночи. Нет просто подозрительных граждан, ласково улыбающихся в лицо, и делающих странные знаки за спиной. В общем, сплошные плюсы.
Выбравшись на крышу, я поднялась во весь рост и раскинула руки, обнимая небо и подставляя лицо под легкий ветерок. По-хорошему и сегодняшней ночью рисковать не стоило, но, отсиживаться в комнате, опасаясь мифических перфектов, тоже не хотелось. Вчерашняя ночь была существенной уступкой безопасности, оправданной уступкой. Еще вчера днем по улицам района ходили группки полицейских и людей в штатском, что-то выспрашивая, выглядывая, вынюхивая, но уже сегодня этих рейдов почти не было. Парочка полицейских, со скучающим видом прогуливающихся и оглядывающих окрестности, была скорее напоминанием о том, что полиция бдит, чем реальным отражением поиска преступников. Или доблестные стражи порядка ничего не нашли, или затаились до лучших времен. Хотя, возможно, и что-то нашли, поэтому и перенесли операцию на другой уровень, но Интернет по этому поводу таинственно молчал. 'Тайна следствия', как сказал надоедливому репортеру начальник следственной группы.