Страница 107 из 121
— О, какая храбрая, намерена защищать его величество от меня? Но это лишнее.
— Кто вас впустил? Я же заперла дверь. Что вы здесь делаете? Уходите немедленно, разве не видите, его величеству нездоровится. Госпожа Торн…
— Дана Торн здесь не при чем, леди Эльмио. Кроме того, у меня есть ключ от спальни его величества. Мой король лично дал его мне, верно? — с этими словами Мизар Фон Грассе поклонился Саю.
— Это правда… то, что сказал господин Фон Грассе? Вы настолько доверяете ему?
— Да, — Сай склонил голову, — прости, что не сказал об этом раньше, но ему тоже известно о моей тайне.
Глаза Вельки распахнулись в немом удивлении.
— Гораздо интереснее то, что вы пытались сделать, неужели исцелить одним прикосновением? Но слепота это не болезнь, как и сказал мой король, вам не удастся, даже с силой Лавкрита.
— Как вы смеете так говорить?! Я…
— Велька… — тихо произнес Сай… — пожалуйста, тише. Она делает это потому, что верит, что сможет, если бы Лавкрит внутри нее был цельным.
— Неужели… — глаза Мизара потемнели, и тотчас же часть нитей вокруг него вспыхнула и разлетелась на тонкие штрихи. 'Неужели этот человек ревнует?' — подумал Сай. — Вы намерены отдать силу Слепого Бога медицины полностью этой девушке? Хмм, — усмехнувшись, Мизар провел пальцами по своим волосам, скользнув по ленточке. — Это похоже на вас, — в голосе Фон Грассе прозвучали странные нотки. Если бы Сай не знал этого человека, он бы подумал, что тот подавляет грусть. На самом деле, Сай не хотел отдавать ему один из осколков. Этот человек обладал немалой силой, во многом непонятной даже Саю. Будет опасно и непредсказуемо, если его сила, черпаемая из Хаоса, соприкоснется с силой Слепого Бога.
Часть 5
(Приора, кабинет императора)
— Хорошо, хорошо, но… — глаза Райдена метнулись к Грейслейну, но тот не подал вида, что что–то не так. Он стоял у стола, скрестив руки на груди, завернувшийся в холодное, высокомерное молчание, словно в плащ. Поджав губы, Райден возложил руки на голову Криса. — Я поведаю вам тайну, тайну о том, как убить величайшего еретика.
— Величайшего? Ты говоришь о Кальвине Рейвене? — заметил Грейслейн.
— Я говорю о величайшем еретике, который противится воле Аттрактора и Вершины Древа! — выкрикнул Райден, указывая в грудь Грейслейн. Лицо инквизитора побледнело, он выглядел нездоровым. — Кальвин Рейвен не еретик, хотя раньше я заблуждался на этот счет и ненавидел его за то, что он отнял у меня глаз, — безумная улыбка появилась на губах Райдена, — но он всего лишь инструмент, чтобы им мог воспользоваться Аттрактор, а также живец, на которого мы будем ловить непокорного сына предавшего Вершину Древа… Сая Валентайна. Так ты хочешь узнать истину, сын мой? — спросил Райден.
'Этот человек безумен, в нем не осталось ничего нормального', — понял Крис. — 'Но если он и правда посланник воли Аттрактора…'
— Я хочу знать, расскажи мне о том, как сделать так, чтобы Сай Валентайн получил наказание, которого заслуживает.
— О… это несложно. Сай Валентайн не завершен, пока еще у него нет той полной силы, чтобы восстать против Вершины. И нельзя позволить этому случиться. Недавно верный нам человек, что идет в свете на юге, ослабил его достаточно, чтобы мы смогли действовать. Семь осколков не должны быть соединены и завершить Бифуркатора. У меня есть сила, способная противостоять ему. Да, есть сила, дарованная мне Вершиной Древа. И она здесь! — Райден выбросил палец вверх. — Семь запирающих ключей, вы должны использовать их немедленно, пока не стало слишком поздно.
— Семь ключей… — Крис прислушался к своей второй половине, но она безмолвствовала. Фрактал также не знал, что это такое.
— Ясно, ты говоришь о семи заклинаниях высшего уровня, недавно доставленных в Приору. Это тебе нужно, безумный инквизитор?
Райден напрягся, сузившийся глаз с ненавистью взглянул на Грейслейна.
— В тебе силен дух восстания, сын мой, но твои слова говорят истину.
— Но прежде, чем я доставлю их, я хочу знать от тебя лишь одно, — Грейслейн медленно двинулся к Райдену, и даже такой человек, как Райден, сморгнул, не в силах вынести прямой взгляд этих темных глаз. — У Сая Валентайна, твоего величайшего еретика, в подчинении находится один человек, Мизар Фон Грассе. Если мы поступим так, как ты говоришь, он не пострадает? Что произойдет в мире, если мы сделаем так, как ты хочешь?
— Подчиненный великого еретика? Почему ты защищаешь тех, кого уже полностью поглотила ересь, их уже не вернуть назад. Что такого особенного в этом человеке?
— Он мой младший брат, и я не хочу, чтобы он пострадал, пытаясь защитить Сая Валентайна.
— Тебе следовало вернуть его назад и держать подле себя, пока еще не поздно.
— Он никогда так не поступит, но я хочу знать, что с ним все будет в порядке, я сам хочу… вернуть его к порядку Древа… — после паузы добавил Грейслейн. Губы Крис сжались. Даже сейчас этому человеку не было дела ни до чего, кроме Мизара Фон Грассе. Такое ощущение, что его совершенно не сковали узы, наброшенные на него Фракталом. Как ему это удается? Откуда у него такая сила? Возможно потому, что сам он борется за живого, близкого ему человека в то время, как сам Крис мстит за уже умершего. И по иронии судьбы убийцей был Фон Грассе. Однако именно Сай Валентайн был тем, кто отдал этот приказ. Его бывший товарищ по отряду Лилии отдал такой приказ.
— Он не пострадает, если милость Древа будет обращена на него.
— Что ж, этого недостаточно, но все же больше чем ничего. Если Сай Валентайн умрет, мой брат, несомненно, придет сюда, чтобы отомстить за него. Так или иначе я встречусь с ним.
— Странные слова, сын мой… — казалось, даже Райден был озадачен. Нет, Крис решительно не мог понять этого человека.
— Теперь, поведай истину, что ты получил от Аттарктора, — Крис поднялся.
— Слушайте же… семь осколков и семь ключей запирающих их, семь ран должны быть нанесены в семь частей тела: голова, глаза, шея, ладони, ступни, грудь и последнее, сердце. Из семи точек будет создана клетка, которая удержит великого еретика! — воскликнул Райден, раскидывав руки. — А теперь мне нужны семь человек, что примут эту честь — быть дланью Аттрактора в этом мире, — он понизил голос, опустив голову и надвинув капюшон.
— Семь человек… — Крис оглянулся на Грейслейна, — может это быть…
— Семь лепестков цветка, которые ты видел — это они, — кивнул тот. — Что ты хочешь, чтобы мы сделали? — спросил он у Райдена.
— Как я уже сказал, силу Сая Валентайна необходимо контролировать. У величайшего еретика есть все семь осколков, он собрал их и, несомненно, отдаст их своим людям, чтобы действовать через их тела.
— Это твои выводы?
— Это Божественное откровение, полученное мною! — выкрикнул Райден. — Не смей недооценивать силу божественного откровения, — рука Райдена прожгла бы дыру в груди Грейслейна, если бы могла, но тот оставался как всегда невозмутимым. — Семь осколков могут уравновесить семь форм заклинаний высшего уровня, которые есть ни что иное как точки соприкосновения Семи Слепых Богов со странами, которым они покровительствуют, — теперь несмотря на безумный огонек в глазах, Райден говорил абсолютно нормально. Этот человек не мог узнать столько, если бы не получил это знание свыше. А у Криса не было причин не верить ему. Но другое дело Ауслейз.
— И если мы найдем этих семерых людей… что будет с другими семью осколками, которые связаны с Валентайном? Мой брат не должен ввязаться в это, я предупредил тебя, безумец.
Райден отступил на шаг, вложив руки в рукава.
— Твой брат один из осколков? — с подозрением спросил он.
— Нет, не думаю, что это возможно, — медленно ответил Грейслейн, но в его голосе слышалось сомнение. — Он не соединится с одним из осколков.
— Это твое мнение? — вернул его же слова Райден.
— Да, это мое мнение, но я знаю своего младшего брата, он никогда не потеряет здравомыслия настолько, чтобы обречь себя на неминуемую смерть.