Страница 7 из 25
Соисполнительство имеет место, если несколько лиц совершают деяние сообща (§ 25 абз. 2 УУ ФРГ). Каждому из соисполнителей вменяется поведение другого. Это означает, что соисполнитель несёт ответственность не только за свой собственный вклад, но и за вклады остальных соисполнителей. К субъективным признакам соисполнительства относится совместное принятие решения о совершении деяния, к объективным – совершение деяния сообща. Посредством принятия совместного решения о совершении деяния соисполнители договариваются о разделении ролей и взаимозависимости. С объективной стороны правоприменительная практика считает достаточным наличия каузального, основанного на воле исполнителя поведения. Исключение составляют при этом совершенно второстепенные вклады. В отличие от этого представители уголовно-правовой науки требуют от каждого соисполнителя такого вклада, посредством которого он «держит в руках» происходящее наравне с другими. Большинство авторов придерживаются того мнения, что подобное господство возможно не только при принятии участия в самом осуществлении деяния, но и посредством весомого вклада на стадии его подготовки, если вследствие этого осуществление деяния можно расценивать также в качестве результата деятельности задействованного в подготовке и планировании лица. Так, при помощи этой конструкции уголовному наказанию в качестве соисполнителя может быть подвергнут главарь банды, лично не присутствующий на месте совершения деяния.
вв) Формы участия в деянии другого лица
В Уголовном уложении различаются две формы участия в деянии другого лица, а именно: подстрекательство (§ 26 УУ ФРГ) и пособничество (§ 27 УУ ФРГ). Участие отличается акцессорностью, т. е. обусловлено наличием умышленного и противоправного – не обязательно виновного – деяния другого лица («основного деяния»). Однако некоторые соображения ограничивают зависимость участия от основного деяния («лимитированная акцессорность»). Речь идёт, в первую очередь, об умысле участника, который должен распространяться также на основное деяние. Так, участник не несёт ответственности за обстоятельства деяния, которые исполнитель воплощает без ведома подстрекателя или пособника (т. н. «эксцесс»). Прочие ограничения акцессорности содержатся в положениях § 28 УУ ФРГ в отношении обусловливающих и модифицирующих наказание особых индивидуальных признаков и в положениях § 29 УУ ФРГ, которые гарантируют соучастникам неограниченное действие принципа виновности.
Под подстрекательством в соответствии с § 26 УУ ФРГ понимается склонение другого лица к совершению его умышленного противоправного деяния. По господствующему в немецком правоведении мнению подстрекатель должен вступить в открытый контакт с подстрекаемым и таким образом вызвать у него решение к совершению деяния. Лицо, которое уже приняло твёрдое решение о совершении деяния (т. н. «omnimodo facturis»), больше не может быть склонено к этому деянию. Однако возможна ответственность за пособничество, если решение о совершении деяния было укреплено, или покушение на подстрекательство по § 30 (абз. 1) УУ ФРГ, если речь идёт об уголовном преступлении в соответствии с определением в § 12 (абз. 1) УУ ФРГ. Умыслом подстрекателя должны охватываться как собственное действие (склонение), так и завершение основного деяния. Если подстрекатель желал только покушения на основное деяние (например, сотрудник полиции провоцирует подозреваемого, чтобы взять его с поличным), то такого рода agent provocateur наказанию не подлежит. Подстрекатель подлежит наказанию наравне с исполнителем. Возможность смягчения наказания в § 26 УУ ФРГ не предусмотрена.
Пособничество есть оказание помощи чужому основному деянию (§ 26 УУ ФРГ). Достаточным является любое содействие основному деянию, которое заключается в закреплении позиции исполнителя основного деяния. Помощь может быть оказана физически (действием) или психически, например, дачей технических советов или укреплением принятого решения о совершении деяния. Умыслом пособника должны охватываться не только собственное действие (оказание помощи), но и завершение основного деяния. В соответствии с § 27 УУ ФРГ наказание пособника подлежит обязательному смягчению.
гг) Терминология
Хотя в многочисленных нормах Уголовного уложения (например, в §§ 5, 17, 21, 23 абз. 2, 33, 35 и многих других) законодатель и использует только понятие «исполнитель», необходимо учесть, что эти положения распространяются также на участника (подстрекателя и пособника), за исключением случаев, где соответствующая оговорка специально сделана законодателем (см., например, § 28 в сочетании с примечаниями к § 8).
3. Ужесточение и смягчение наказания
В Особенной части Уголовного уложения законодатель использует две разновидности предписаний, служащих расширению рамок наказания – по сравнению с основным деликтом – при наличии определённых увеличивающих неправомерность или отягчающих вину обстоятельств.
Отчасти речь идёт о квалифицированных составах, которые предусматривают ужесточение наказания, например, за ношение оружия или его использование во время совершения кражи или разбоя (§§ 244 абз. 1 № 1; 250 абз. 1 № 1а, абз. 2 № 1 УУ ФРГ), или за причинение смерти посредством неправомерного лишения свободы или разбоя (§§ 239 абз. 4, 251 УУ ФРГ). В этих случаях судья обязан применять наказание, предписанное этими положениями. Однако во многих других случаях законодатель пользуется иной техникой, чтобы предоставить суду бóльшую свободу при определении размеров наказания. Вместо квалифицированного состава законом предусмотрено ужесточение наказания за особо тяжкие случаи, которые законодатель перечисляет в соответствующих нормах в виде типичных примеров. Этой техникой законодатель пользуется, например, в особо тяжком случае кражи в соответствии с § 243 УУ ФРГ. При наличии названных там обстоятельств судья не обязан применять предусмотренное законом ужесточённое наказание. Он может назначить регулярное наказание, предусмотренное за «обыкновенную» кражу (§ 242 УУ ФРГ), если он, несмотря на наличие приведённого выше примера, в результате общей оценки обстоятельств деяния придёт к убеждению, что речь в конкретном случае идёт о нетипичном примере. Однако судья также может признать особо тяжкий случай, даже если он прямо не назван в законодательно закреплённом перечислении типичных примеров, если придёт к убеждению, что конкретный пример по тяжести соответствует законодательно перечисленным (нетипичный особо тяжкий случай). Таким образом, положения, касающиеся особо тяжких случаев, не являются квалифицированными составами, а представляют собой лишь нормы, используемые для определения размеров наказания.
Таким же образом законодательно отрегулированы констелляции, в которых уменьшена неправомерность или виновность. Так, привилегированным составом убийства является причинение смерти по требованию (§ 216 УУ ФРГ), в то время как § 213 УУ ФРГ предусматривает лишь смягчённое наказание за менее тяжкий случай убийства (норма, используемая для определения размеров наказания).
Кроме того, в Общей части Уголовного уложения предусмотрены обязательные (§ 27 абз. 2) или факультативные (например, §§ 13 абз. 2; 17 предл. 2; 21; 23 абз. 2) основания для смягчения наказания, которые изменяют законодательно предусмотренные рамки наказания в соответствии с положениями, предусмотренными в § 49 абз. 1 Уголовного уложения. Согласно § 50 УУ ФРГ не разрешается учитывать смягчающее обстоятельство дважды, т. е. при признании менее тяжкого случая и как основания для смягчения наказания по положениям § 49 УУ ФРГ. В некоторых случаях закон допускает смягчение наказания по усмотрению суда (например, § 23 абз. 3 УУ ФРГ). В этих случаях согласно § 49 абз. 2 УУ ФРГ наказание может быть уменьшено до законодательно предусмотренного минимального размера (пять дневных ставок в случае денежного штрафа, § 40 абз. 1 предл. 2, или один месяц лишения свободы, § 38 абз. 2), или вместо лишения свободы может быть назначен денежный штраф.