Веретено Судьбы (сборник)

– Я ничего не обязан вам говорить. Я должен забрать вашу одежду. Я подожду за дверью. Халат в ванной, – он отчеканил свой монолог, как робот, и вышел.

Ванда обхватила голову руками. Что делать? Убежать невозможно. На окнах решетки. За дверью охрана. Она в западне. Никто из людей не поможет. Здесь нет ее друзей. Ванда опустилась на колени, прошептала:

– Господи, помоги, защити, спаси. Я верю, что ты не оставишь меня.

Поднялась. Отдала слуге одежду. Легла в постель и моментально уснула. Во сне к ней пришла Глория. Сказала, что они с Рикардо поселились на маленьком острове в океане. Что там их никто, никогда не отыщет. Никто… Потом из вязкого пространства сна выплыла Аманда. Она показала Ванда тайные знаки, благодаря которым она останется жива и невредима. А потом появился Иржи. Он стоял напротив и счастливо улыбался. От этой улыбки на душе у Ванды стало светло. Она пробудилась в прекрасном настроении. Надела подвенечное платье. Выпила чашечку ароматного кофе. Пошла следом за слугой.

Утро было волшебным. Воздух дышал прохладной свежестью виноградников и маслиновых рощ. На траве и цветах подрагивали капельки росы.

Ванда с интересом разглядывала парк, состоящий из нескольких террас. Они располагались друг под другом, чуть выступая вперед так, что можно было видеть сразу все террасы. На самой нижней – место для торжественной церемонии. На зеленой траве – кафедра для капеллана. Напротив стулья с алой бархатной обивкой для гостей. По бокам белые кружевные беседки для жениха и невесты. Чуть в стороне – столы с угощениями. Слуги в белоснежных накрахмаленных нарядах ждут приказаний. Ванде все кажется неправдоподобным. Она переводит взгляд на другую террасу. Любуется аккуратно подстриженными кустарниками разнообразных форм и размеров, стреловидными кипарисами, цветочными коврами и лентами каналов, в которых переливается на солнце вода.

На террасе, по которой они проходят, ровными рядами растут апельсиновые деревья, под которыми прячутся от жары кариатиды. Ванде хочется стать одной из них, чтобы потом незаметно улизнуть. Но слуга не сводит с нее глаз. Он добросовестно выполняет приказ хозяйки. Он распахивает перед Вандой полог шатра для невесты, приказывает оставаться здесь до особого сигнала. Ванда усаживается на стул и только тогда понимает, как сильно она волнуется. Руки холодеют, а по спине бежит струйка пота.

Ванда поднялась, чтобы посмотреть через щелку на происходящее снаружи, и подышать воздухом. Она увидела, как в шатер жениха вошел Джани Берлуваджи. Отшатнулась.

– Почему он здесь? Неужели, все это устроено из-за того, что я не даю ему развод?

Строгий юноша приподнял полог, пригласил Ванду на выход. Кто-то накинул ей на голову белую вуаль, взял за руку, повел к алтарю.

– Ванда? – искренне удивился Джани, увидев ее перед собой. – Почему ты здесь?

Она не успела ответить. За спиной раздался странный хлопок. Ваза, возле которой стоял Джани, разлетелась вдребезги.

– Сандрелла! – закричал Джани, озираясь по сторонам. – Что ты затеяла? Что?

– Вендетту! – раздался ее голос откуда-то сверху.

Ванда подняла голову. Сандрелла стояла на самой верхней террасе. В черных волосах – флердоранж. Одета в подвенечное платье из тончайших белых кружев, которые трепещут на ветру. В подвенечном наряде Сандрелла казалась неземным созданием, не способным на подлость. Ванда с трудом воспринимала ее жестокие слова. Не понимала их. Зато Джани понимал ее с полуслова. Ванде показалось, что Сандрелла и Джани все заранее придумали, с какой-то только им одним известной целью.

– Почему ты не сказал, что еще женат на этой польке? – крикнула Сандрелла. Джани отскочил в сторону прежде, чем послышался выстрел. – Ты клялся ей, что только смерть разлучит вас. А она вас разлучать не станет. Она вас вновь воссоединит! – новый выстрел. Новая ваза разлетается вдребезги.

– Постой, Сандрелла! – Джани поднял руки вверх. – Как заслужить твое прощение?

– Убей свою любовь, – приказала она. Слуга поднес ему пистолет. Ванда побледнела.

– Неужели он будет в меня стрелять? – мелькнула в ее голове шальная мысль.

– Сандрелла, моя любовь к ней давно мертва, – крикнул Джани. – Я бросил эту женщину много лет назад, – он с силой толкнул Ванду. Она упала, заслонила лицо руками. Заплакала от боли, отчаяния и стыда. – Зачем нам убивать ее? Пусть убирается в свой Краков.

– А как ты поступишь со своей дочерью? – Сандрелла подтолкнула к краю террасы девушку, укутанную в темную ткань. – Убьем ее?

– Нет! – закричала Ванда, хотя и знала, что Глория далеко. – Джани, если тебе нужен развод, я его дам. Зачем заставлять Глорию страдать?

– Что молчишь, Берлуваджи? – Сандрелла подтолкнула девушку вперед. – Убить ее?

– Нет, Сандрелла, нет. Отпусти девочку. Ванда готова дать развод, – крикнул Джани.

Сандрелла сняла с головы венок, бросила его вниз. Музыканты заиграли свадебный марш. Джани помог Ванде подняться. Участливо спросил:

– Не ушиблась?

Она с презрением на него посмотрела, сказала устало:

– Давай все скорее закончим.

– Скорее не получится. Нужно соблюсти все формальности, а это требует времени, – он дотронулся до ее щеки, сказал:

– Мы давно не виделись, Ванда, ты стала другой. Похорошела. Я бы не прочь все начать сначала. Помнишь, как… – она отвернулась. – Помнишь, – улыбнулся Джани. – И я не забываю. Ведь годы, проведенные с тобой, были самыми счастливыми.

– Годы без меня будут еще счастливее, – сказала Ванда, не поворачивая головы.

– Оспаривать твои слова не стану, дорогая, – взяв ее под локоток, сказал он. Подвел к алтарю. Капеллан протянул Ванде лист с гербовой печатью.

– Это ваш отказ от наследства семьи Берлуваджи. Отныне вы не сможете носить эту фамилию. Вам так же запрещается пересекать границы Тосканы. Но я бы посоветовал вам вообще не приезжать в Италию.

Ванда размашисто расписалась.

– Ты свободен, Джани.

– Ты тоже свободна, Ванда, – улыбнулся он.

– Я всегда была свободной, – сказала она с вызовом. – Всегда.

Ванда хотела уйти, но путь ей преградила Сандрелла.

– Кого хочешь взять в провожатые? – спросила она, буравя Ванду недобрым взглядом. Та пожала плечами.

– Я отвезу ее, – сделал шаг вперед Иржи. Сандрелла улыбнулась. Ей нравился этот исполин. Она протянула ему руку. Он склонился, поцеловал ее. Выпрямился, посмотрел в глаза.

– Сделаешь все, как я приказала, – проговорила Сандрелла. – Ступай.

– Могу я переодеться? – спросила Ванда.

– Зачем? – улыбнулась Сандрелла. – Этот свадебный наряд тебе идет больше, чем заношенное тряпье. Расстанься с ним без сожаления. Почувствуй себя настоящей синьорой.

Иржи взял Ванду за руку, повел за собой. Когда они поднялись на вершину холма, внизу грянул новый выстрел. Ванда обернулась. Увидела Джани, распластавшегося в страной позе у ног Сандреллы.

– Вам лучше не смотреть на это, – сказал Иржи, крепче сжав ее руку.

– Вы меня тоже убьете? – прошептала она, глядя в его глаза.

– Непременно, – шепнул он ей на ухо. – Садитесь в машину. У нас мало времени…

– Хватит валяться, Джани, – толкнув его ногой, сказала Сандрелла. – Вставай. Они уехали. Мы так напугали твою польскую пани, что она умрет по дороге от разрыва сердца. Иржи останется выбросить ее из машины где-нибудь в горах. Газеты потом напишут, что произошел несчастный случай.

– Восхищаюсь тобой, Сандрелла, – проговорил Джани. – Если бы не ты, я бы никогда не получил развод. Эта Ванда такая…

– Прекрати болтать, – нахмурилась Сандрелла. – Давай лучше займемся нашими делами. Для того, чтобы не получить настоящую пулю в лоб, ты, Берлуваджи, должен стать моим верным рабом. Ты знаешь, я слов на ветер не бросаю, – Сандрелла взяла его за лацканы пиджака. Их лица оказались так близко, что Джани не сдержался. Прижал ее к себе, зашептал:

– Сандрелла, Сандрелла, если бы ты знала, как я давно ждал этой минуты, как вожделел тебя все эти годы. Подари мне один поцелуй. Один.