Веретено Судьбы (сборник)

Сандрелла села в машину, приказала установить слежку за домом Ванды.

– Я должна знать все, что говорит, делает и даже думает эта пышногрудая панна.

– Вы требуете невозможного, синьора, – покачал головой секретарь.

– Я всегда требую невозможного, – повысила голос Сандрелла. – Именно поэтому я занимаю такое высокое положение. Я плачу вам за услуги, за услужливость, мой милый. Меня не интересует, как вы будете добывать интересующую меня информацию. Мне важен результат. Я уверена, эта Ванда Берлуваджи знает про беглецов все. Не удивлюсь, если окажется, что она помогла им скрыться или спрятала их под кроватью в своей спальне, – Сандрелла рассмеялась. – Эта женщина хитра и изворотлива. Она мстит Берлуваджи, прикрываясь маской благочестия. Будет забавно узнать, что Ванда – главная во всем этом деле. Хотя… – Сандрелла задумалась. – Хотя, я могу ошибаться. И тогда… – она посмотрела на секретаря, застывшего в ожидании. Прошептала:

– Тогда я расцелую вас, Микеле.

– Вы самая непредсказуемая женщина. Самая… – он прижал к губам ее руку. Она оттолкнула его, погрозила пальцем.

– Не забывайтесь, а то я вас прогоню…

Глория и Рикардо сидели друг против друга в небольшой лодочке, которой управлял туземец. Движения его были ритмичными, ровными. Лодка скользила по водной глади, чуть подернутой рябью. Они плыли уже несколько часов, а обещанного острова все не было видно.

– Лакемба – остров призрак, – сказал Рикардо, чтобы успокоить Глорию. Ему не хотелось признаваться ей, что они заблудились. Туземец повернул голову, произнес два отрывистых слова, похожих на дельфиний крик. Рикардо улыбнулся.

– Мы почти у цели.

– Почему ты выбрал этот призрачный остров? Неужели в океане мало островов? – поинтересовалась Глория.

– Потому что о существовании острова Лакемба знают немногие, – ответил Рикардо. – Искать нас здесь никто не будет. А нам это и нужно, потому что мы решили бесследно исчезнуть. Да?

– Да, – ответила Глория, стараясь разглядеть остров. Рикардо обнял ее за плечи. Он не стал говорить о том, что синьора Сандрелла может отыскать иголку в стогу сена, если ей это будет нужно. Для нее островок Лакемба, на который они плывут, может стать материком, известным всем. И тогда… Рикардо вздохнул. Он знает, что их безмятежность продлится недолго. Он не станет огорчать Глорию. Пусть все идет своим чередом. Пусть…

– Ла-кем-ба! – выкрикнул туземец.

Лодка ткнулась в песчаную отмель. Рикардо помог Глории сойти на сушу. Она замерла. До самого горизонта песчаные дюны. Ни одного деревца. Солнце палит нещадно.

– Не пугайся, – улыбнулся Рикардо. – Я же говорил тебе, что Лакемба – остров призрак. Сейчас ты в этом сама убедишься.

Он взял ее за руку, повел за собой. Глория была так увлечена, что не заметила, куда исчез туземец со своей лодкой. Они с Рикардо остались одни. Поднялись на вершину песчаной горы, с которой открывался фантастический вид. Глория никогда не видела райские кущи, но первое сравнение, которое ей пришло на ум, было именно это. Зеленый оазис в жерле потухшего вулкана поражал буйством зелени, разнообразием красок и сочетанием несочетаемых цветов. Невозможно было разглядеть сразу всё. Внимание Глории привлек водопад. Захотелось нырнуть в его прозрачную прохладу.

– Бежим вниз к водопаду, – предложил Рикардо. Стаи ярких птиц взлетели в небо, устроив переполох. Остров наполнился звуками. Ожил. Глории показалось, что даже земля пришла в движение.

– Страшно? – спросил Рикардо, глянув в ее широко раскрытые глаза.

– Дух захватывает, – призналась Глория. – Здесь все настолько неправдоподобно, что невозможно поверить, что люди смогут стать частью этой красоты, слиться с ней. Само присутствие здесь людей – неправдоподобно. Наше с тобой здесь присутствие не-прав-до-подоб-но.

– Я дарю тебе этот мир, – в тон ей проговорил Рикардо. – Я дарю тебе остров Лакемба!

На миг воцарилась тишина. Ввысь взметнулся фонтан прозрачных струй и рассыпался радужным веером.

– Что это? – прошептала Глория, прижавшись к Рикардо.

– Это чудо, Глория. Лакемба приветствует своих новых обитателей, – рассмеялся он.

– А здесь точно нет никого из людей? – шепотом спросила Глория.

– Думаю, нет, – шепотом ответил Рикардо. – Иначе нам придется отвоевывать территорию. А мне не хочется тратить время на битву. Мне хочется… – он замолчал. Минуту смотрел на Глорию. Порывисто обнял, поцеловал в лоб, крикнул:

– Гло-ри-я!

– Гло-ри-я, – подхватило эхо.

– Все в нашей жизни так непредсказуемо, – проговорила Глория. – Разве несколько дней назад я могла подумать, что встречу человека, который станет мне безмерно дорог, – посмотрела в глаза Рикардо. – Пообещай, что будешь оберегать меня вечно.

– Мы умрем в один день, – улыбнулся он. – Я буду оберегать тебя до последнего вздоха. До самого-самого последнего…

Глория уткнулась ему в грудь. Спросила:

– Ты думаешь о мести, Рикардо?

– Нет, – признался он. – О ней думают другие. Пусть думают… Пока их мысли заняты, нам нечего бояться.

– Скажи, а Вацлав знает про этот остров? – спросила Глория отстранившись.

– Все туземцы знают про него, – ответил Рикардо.

Зачем Глории знать, что именно Вацлав нашел этот остров.

– Знай, Маури, Лакемба идеальное место для тех, кто хочет покинуть суетный мир ради любви, – сказал он, показывая остров Рикардо. – Здесь я встретил Оллу. Сюда мне хочется вернуться, чтобы забыть про все обещания и клятвы, данные в Европе. Чтобы стать свободным, как птица, парящая в небесах. Думаю, что и тебе есть над чем поразмышлять, Рикардо. Ты ведь тоже давал клятву мести, о которой теперь горько сожалеешь. Теперь ты знаешь, что никогда не стоит давать поспешных обещаний, чтобы потом не казнить себя, чтобы не быть связанным по рукам и ногам…

Рикардо знал, что не имел права нарушать приказ, но, несмотря на жестокое возмездие, нарушил его. Сейчас ему не хочется думать об этом, потому что вокруг такая красота, и глаза Глории светятся счастьем. Хорошо, что она ни о чем не догадывается. Какое счастье, что она ничего не знает о его прошлой жизни…

Вацлав Крайновский сидел на причале и смотрел, как солнце окунается в океан. Последний всплеск светло-розовых брызг. Последний вздох уходящего дня. Последний отзвук заката. Мир окутывает тьма. Их мир. Их остров Шуазель растворяется в океане. Раз в год никто не зажигает огня. Раз в год люди прячутся в своих хижинах, чтобы злые духи не узнали, что остров обитаем. Туземцы верят в духов. Вацлав – нет. Поэтому он сидит на берегу и смотрит на темную воду, которая уходит все дальше и дальше. Раз в году океанское дно оголяется на тысячи километров. При желании можно дойти до соседних островов. Но никто из туземцев не желает этого. Они очерчивают береговую границу, за которую заходить нельзя. Многовековую традицию никто не нарушает. Вацлав мог бы ее нарушить, если бы знал, что на соседнем острове его ждет Глория. Но Глория никогда не увидит остров-призрак Лакемба, потому что сегодня она покинет мир живых.

– Странно, что день ее смерти совпал с днем тьмы у туземцев, – подумал Вацлав. Поднялся, проговорил, глядя в ночь:

– День смерти – это день тьмы, – вздохнул. – Ах, Глория, Глория… Молодая, красивая полька, сколько у вас могло быть в жизни всего, сколько… Жаль, что вы стали одной из фигур в игре, правила которой нарушать нельзя. Мы их и не нарушаем, а так порою хочется разорвать цепи и броситься в бушующий океан. Исчезнуть в его пучине, чтобы жить, как Гелена Мировска тихо и счастливо, наслаждаясь свободой океанских волн, свободой ветра, свободой…

Телефонный звонок прервал его раздумья.

– Они сбежали! – выкрикнула трубка голосом Сандреллы.

– Какое счастье! – воскликнул он. Но тут же исправился. – Какое несчастье. Что будем делать?

– Вылетай немедленно, – приказала Сандрелла. – Немедленно. Ты мне нужен здесь. Ты…

– Я не смогу примчаться к вам, любовь моя, – пропел он. – Шуазель мертв до рассвета.