Страница 44 из 275
Внутри ничего не поменялось, разве что теперь, там было две группы с плотно набитыми тюками. 'Ещё две стаи', - понял Вик. Видимо они тоже уже возвращались назад и были застигнуты сумерками в этих краях. Семеро были веселы и о чем-то негромко переговаривались, сидя у очага и жаря на костре какую-то корягу. Вернее, то было семипалое существо, растопырившее конечности, как черт знает что. Появление парня было встречено на удивление дружелюбно, лишь у входа двое людей не обратили на него внимания, хлопоча над третьими. Тот тяжело дышал и Викар увидел, как лежащий, скользкими от крови руками, пытается зажать ужасную рану на животе, из которой буквально вываливались кишки.
Веселое настроение с него слетело будто и не было. Большая часть людей оставались абсолютно безразличны к страданиям товарища, а то, что они были охотниками, после брошенного на их поклажу взгляда, не осталось сомнений.
Викар прошел к столу даров и быстро отвязал одну из черных тушек, болтавшихся за спиной, чем привлек живейшее внимание золотистого бесенка. Отшельник опять пребывал в задумчивости, однако его взгляд теперь был осмыслен и направлен на танцующие языки пламени, а не в видимые лишь ему дали. Садиться рядом с пирующими как-то расхотелось и парень, скинув мешок и добычу у стены, принялся рыться в сумке в поисках съестного.
К нему подошел один из группы, сидящей у костра и протянув кусок жаренного мяса произнёс:
- Угощайся и подсаживайся к нам, добрая история и горячая еда всегда лучше идут в большой компании.
- Я смотрю ваша компания поредела, но вы не особо этим опечалены, - Вик даже не поднял глаз, продолжая следить за умирающим. Если они так обращаются со своим товарищем, то ему уж точно стоит держаться от них подальше.
Взгляд в угол, где корчился и стонал раненый, не укрылся от охотника, и присев перед Виком на четвереньки, он пояснил:
- Это Мел и он не жилец, - подошедший поцокал языком, будто размышляя о чем то, - и если честно, когда он сдохнет, то его доля достанется нам. Не хрен было совать свою тупую бошку, куда не надо. Не получил бы лезвием в брюхо. А ты, не хочешь жрать, да и черт с тобой, благородный, мать твою.
С этими словами он поднялся и бросил на Вика сильно не понравившимся тому взгляд. Было ясно, эта мразь запомнила его ... слабость. Парень внезапно понял, что сострадание в этом мире действительно было слабостью. Пока одни охотники, в чьих сердцах была лишь алчность, да злоба веселились, радуясь скорому дележу хабара умирающего, другие двое теряли силы, не ели, не отдыхали, пытаясь хоть как-то облегчить участь обреченного.
Пожевав сухих грибов и запив их холодной водой с мороза, Викар вдруг почувствовал непреодолимую нужду выйти, подышать свежим воздухом. За свой груз он не боялся, зная, что ждет того, кто нарушит покой этого рода, потому обойдя очаг и ещё раз мельком взглянув на бледное, с синюшными кругами под глазами, лицо умирающего, вышел на свежий воздух.
Тьма уже расползалась меж корней, наполняя лес пугающими звуками и криками пожираемых заживо. Внезапно вдалеке, меж деревьев Вик увидел стоящего в полный рост человека. Он не сразу узнал его, но вглядевшись чуть внимательней, заметил два ярких нефритовых огня, исходящих из-под капюшона. Шраум.
Убедившись, что больше никто не вышел за ним, Викар осторожно зашагал в сторону человека, хотя человека ли. Перед глазами вставали детали, которым он раньше мало придавал значения. Более широкие плечи, мышцы скорее напоминающие канаты, кости явно в два раза шире человеческих. Да, он был мутантом, возможно таким же как номаны.
- Не льсти себе парень, ты человек, не больший чем я - промолвил Шраум. Викар тут же почувствовал себя неуютно, да и кому бы понравилось, когда лезут ему в голову, однако наемник продолжил - не надо уметь читать мысли, когда видишь, как твои глаза подмечают мои изменения.
- А что значит, что я человек, не больший чем ты? - уточнил Викар, наконец подойдя поближе.
- То, что среди нас не осталось 'чистокровных', мы все вырожденцы, просто кто-то больше, кто-то меньше. - Он жестом прервал последующие вопросы и протянул парню небольшой мешок. - Это арфиан, обезболивающее для того, кто вот-вот испустит дух у порога.
- Ты решил помочь умирающему? - с недоверием посмотрел на него Вик, - как-то подозрительно благородно для наемного убийцы.
- Благородство тут не причем. Если он умрет, они разделятся, если нет, пойдут все вместе и мне не придется наворачивать круги по лесу, да ещё при такой дрянной погоде. - Последнее немного удивило парня, ведь погода весь день была великолепной, даже снег не шел. Шраум встряхнул мешочек. - Я предлагаю тебе новую сделку.
- А не проще было попросить вернуть долг за спасенную жизнь? - Нехотя пробурчал Вик, принимая целебные травы, - я всё-таки должен тебе.
- Ты мне ничего не должен и причины этого тебя волновать не должны. А сделка, есть сделка. Выполнишь её - получишь ещё несколько полезных вещиц. Учитывая твой талант влипать в неприятности, они явно лишними не будут.
С этими словами он развернулся и зашагал вверх по склону, оставив Викариана наедине со своими мыслями.
С одной стороны, его опять толкали стать пособником в убийстве, с другой, заслуживали жизни те, кто сейчас ел, пил и смеялся у костра, когда рядом умирал в муках их бывший товарищ?
ГЛАВА 3. Море Цветов.
Холод проникал под полы плаща, начиная покалывать кожу. Вик взял кожаный мешочек, внутри которого оказались жирные маслянистые листья неизвестного растения.
- Пусть разжует как следует, - бросил охотник за головами и развернувшись, направился в сторону мрачной чащи.
Викар спрятал обезболивающее в поясную сумку и последовав примеру собеседника, поспешил покинуть место их встречи. Сейчас он должен был помочь умирающему, но это все что было в его силах. Тягаться с матерым убийце он явно не мог, да и присоединится к нему не горел желанием. Не тому его учили мать с отцом.
Зайдя в наполненное теплом, смехом и негромкими стонами помещение, парень тут же направился к раненому. Того колотил озноб, голова дёргалась, будто в припадке, а зубы выбивали барабанную дробь. Ему становилось все хуже.
Парень склонился над умирающим и отвязав полученное лекарство передал одному из хлопочущих над ним.
- Вот, должно помочь, матушка давала его мне чтобы унять боль. Жевать-то надеюсь он ещё может?
С некоторым недоверием и опаской седеющий сухой мужичок, сидевший у изголовья страдальца, принял мешочек. Он развязал тесемки, пристально рассматривая растение. Вряд ли он знал что это, но было видно, что его силы и знания полностью исчерпаны, потому, все же решил довериться незнакомому мальчишке и аккуратно положил пару влажных листков в рот своему, бьющемуся в бреду, товарищу. Едва человек надкусил бурую мякоть, как воздух наполнился терпким, горьковатым запахом, от которого заслезились глаза. У Викара даже мелькнула мысль, что возможно, это яд и Шраум хотел чужими руками убить бедолагу, но он её тут же отмел, так как с такими ранами, вряд ли хоть кто-то дотянул бы до утра.
С каждым движением челюсти смертельная бледность покидала раненого, его перестало трясти, а взгляд стал проясняться. Сквозь его скользкие от крови пальцы, проскальзывали канаты кишок, но адская боль отступала давая человеку покой. Тот некоторое время пожевал листья, попросив жестом ещё парочку и через пять минут начал проваливаться в сонное забытье. Его друзья были страшно рады и поспешили отблагодарить Вика, наперебой предлагая часть своей добычи, или помощь в будущем. Но тот лишь покачал головой, отказываясь от этих предложений, ведь он знал что их ждет завтра. Вик дал им шанс, но вовсе не гарантировал им жизнь.
Отгоняя от себя невеселые мысли, Викар решил пройти в свой угол, дабы тоже немного отдохнуть и поразмыслить, как вдруг натолкнулся на ненавидящие взгляды тех, кто сидел около костра и уплетал жареное мясо. Их злость была почти осязаема. Какой-то сопляк посмел лишить части их наживы, видите ли проявив благородство. Было ясно, что эти мрази не простят ему подобного и стоит быть осторожным, когда завтра он двинется в путь. Губы парня сами собой изогнулись в презрительной усмешке, что явно огорошило стаю. Те видимо надеялись напугать его, но вместо страха увидели лишь презрение.