Страница 15 из 200
- Побежали, прошептал Женя, посмотрев на друга.
- Да, кивнул головой Саша, оглянулся, еще раз посмотрел на дверь класса, и побежал.
Коридор казалось, не кончится, но вот, в полумраке, его остановили, чьи-то крепкие руки. Саша поднял голову, и увидел людей в форме. Один из них, отодвинул ребят в сторону, кивнул, и остальные, молча, пошли по коридору. Саша и Женя, стояли, прижавшись к холодной стене, и смотрели...
Класс математики.
Герман, "скрючившись", сидит в дальнем углу класса. Рядом с ним, на коленях стоит майор Кузовкин, и, запустив руки, словно обнимая Германа со спины, что-то ощупывает. В открытое окно класса врывается теплый весенний воздух, раскачивая тяжелые шторы. Солнце, приветливо касается своими лучами, стен, и пола. Исписанная мелом доска, разложенные тетради на партах, сумки, веточки ивы, в вазе на столе... Все еще дышит, и живет...
- Ты сильно не дрожи, раздался в тишине голос майора.
- А я не дрожу, заикаясь, ответил Герман.
- Вот и хорошо, прошептал майор. По его лицу стекал пот, застилая глаза, тогда он, поворачивался, и вытирал лицо, прислонившись к спине Германа, об его, новый костюм. В этот момент, Герману казалось, что к спине его, прижимают гранату, тогда его тело, еще сильнее, начинало дрожать.
- Не бойся, шептал майор, тряхнув седой шевелюрой волос. Главное, делай то, что я тебе скажу,- понял? Если понял, просто кивни головой? Можешь не отвечать. Герман кивнул.
- Вот и хорошо, тяжело вздохнул майор, просунув свои руки, к гранате. "Вроде, так все просто, а я ведь никогда этого не делал, подумал майор. Двадцать лет в штабе бумажки перекладывал, из них только раз восемь и был на полигоне, и гранату, только в теории изучал. Но ведь она, простая, это же не мина с секретом. Ладно, я пожил хоть немного, а пацан этот, еще нет. Справлюсь как- нибудь. Пока приедут саперы из части, пройдет время, а пацан может, устанет, и разожмет пальцы, и тогда взрыв, и не станет парня. Нет, надо самому пробовать, иначе никак, - могут не успеть. Ничего, справлюсь, в крайнем случае, сам зажму, своими руками, и буду ждать саперов,- так надежнее. Да, именно так, успокаивал себя майор".
- Тебя как зовут, шепотом спросил Кузовкин.
- Герман.
- Хорошо Герман, теперь ты будешь разжимать пальцы по очереди. Если понял, кивни. Герман кивнул в ответ.
- Значит если мой палец сверху твоего, то ты этот палец и разжимай,- понял?
- Да, прохрипел Герман.
- Тогда начнем потихоньку, сказал майор, и положил свой палец сверху. Большой, указательный, средний,.. он потихоньку, зажимал гранату и чеку, в своей руке. "Только бы не рванула, билась в голове майора, лишь бы не сейчас, думал он, чувствуя под своими пальцами нагретый теплом рук металл. Бог не простит, уж лучше я. Он чувствовал кончиками пальцев, какой - то неестественной для человека энергией. Вот она, маленькая смерть, металл, начиненный взрывчаткой. А может это учебная граната? вдруг подумал он. Да какая разница, когда жизнь на волоске! Зажав гранату в своей руке, он крепко стиснул пальцы, вытащил одну руку, и прошептал на ухо Герману:
- Сейчас мы вместе поднимемся, и ты, сразу в сторону. Понял? Герман кивнул головой.
- Давай, майор тяжело вздохнул, медленно поднимаясь. Они встали, и Герман, сразу, сделал шаг в сторону.
- Беги, прошептал майор, посмотрев на растерянное лицо Германа. Марш из класса, прикрикнул майор. Герман вздрогнул, и бросился к двери. Выбежав в коридор, он повернул направо, и увидел ровно посередине, идущих на него военных. Один из них, махнул ему рукой, указывая, куда ему бежать. Герман рванул вперед, изо всех сил. "Наверно надо проволокой обмотать, подумал майор, глядя на гранату, так надежнее будет. Он осторожно посмотрел на дно гранаты, и сразу понял - боевая. Вот тебе и детки, подумал он, потянувшись свободной рукой в карман кителя. Того гляди, начнут на уроки снаряды таскать, тогда точно, "капут". Он нащупал в кармане проволоку, потянул ее, и в этот момент, открылась дверь в класс. Майор обернулся, улыбнулся, и разжал руку... "Быстро, подумал он, услышав щелчок..." Взрыв.
Через три дня. Гарнизонный стадион. Воскресенье, утро.
На потертых от времени лавках стадиона сидели двое, Саша и Женя. Вид их был удрученный, и растерянный. Они нехотя перебрасывались словами, изредка оглядываясь по сторонам. Светило солнце, и одинокий бегун, пожилой мужчина в спортивных трусах, с голым торсом, "наматывал" круги по стадиону.
- К тебе домой приходили? спросил Женя, глядя себе под ноги.
- Нет, мотнул головой Саша. А что?
- Ко мне приходили, тяжело вздохнул Женя. Какой - то капитан, с отцом долго разговаривал, на кухне.
- Может по службе? пожал плечами Саша, наблюдая за бегуном.
- Какой там, поморщился Женя. Отец высек меня, и требовал сказать, есть ли у меня патроны, или взрывпакеты.
- А ты? взглянув на Женю, сжался от напряжения Саша. Рассказал?
- Конечно, опустив голову, тихо произнес Женя. А куда деваться.
- Ну, ты, ударил себя по колену Саша,- даешь! Тебе не тайну хранить, а треплом на базаре быть!
- Что, испугался, рассмеялся Женя, подняв голову. Он смотрел на Сашу и улыбался.
- Чего, соврал что ли? усмехнулся Саша.
- А ты думал... всех предал, все рассказал, смеялся Женя.
- Ну, ты даешь, облегченно вздохнул Саша, качая головой.
- Могем! улыбался Женя.
- Слушай, спохватился Саша. Надо от арсенала нашего избавляться, хоть как крути, если даже Герман ничего не рассказал, все одно, проверять всех будут. Как думаешь?
- Правильно, согласился Женя, кивнув, надо избавится. Только когда, и куда?
- Все просто, шлепнул себя ладонью по лбу Саша. Помнишь угольный склад на "железке", а рядом озерцо маленькое, помнишь?
- Припоминаю, наморщив лоб, задумчиво сказал Женя. Это там, где мы "цинк" с патронами прятали?
- Правильно, обрадовался Саша.
- Что предлагаешь? деловито спросил Женя, разглядывая большой плакат на входе стадиона. Сильнее, быстрее, выше, прочитал он вслух.
- Предлагаю, сегодня вечером, вынести весь наш арсенал, и утопить в том озере.
- Если ниже, то быстрее, тихо произнес Женя, глядя вдаль.
- Чего? спросил Саша, посмотрев на друга. Ты чего сказал?
- Ерунда, махнул рукой Женя, повернув голову. Правильно ты придумал, надо так и сделать, сказал он, глядя в глаза Саше.
- Тогда, сегодня, договорились, кивнул Саша, не отводя взгляд.
- Часов в восемь, предложил Женя, поднялся и пошел вверх, переступая лавки.
- Лучше в девять, сказал Саша, и последовал за другом.
Поднявшись на верхний ряд, они снова сели рядом, и молча, смотрели на мужчину, что бегал по стадиону.
- Какой же дурак, тихо произнес Саша. Зачем он так поступил? Его теперь надолго посадят,- точно, вздохнул Саша, разглядывая порванные кеды, на ногах.
- Сам виноват, промолвил Женя. Зачем? Вот тебе Саня, если завтра классная Валентина, "пару" влепит, что, пойдешь взрывать?- не глядя на друга, спросил Женя.
- Ты чего, спятил, удивленно вскинул глаза Саша, посмотрев на Женю.
- А если бы у меня, в семье такое было, размышлял Женя, я бы наверно, точно так же поступил. А ты? посмотрев на друга, спросил Женя.
- Не знаю, покачал головой Саша. Может быть... добавил он шепотом.
- У Димки Таранова, отец разбился, тихо промолвил Женя. Знаешь?
- Да, кивнул Саша, слышал.
- Я обещал зайти к нему, пойдешь со мной?
- Пошли, пожал плечами Саша.
Они не спеша, спустились с трибуны стадиона, прошли по липовой аллее, и, обогнув соседний дом, вышли во двор, пятиэтажных типовых домов гарнизона, где жил Дима Таранов. Посередине двора, напротив "курилки", в неглубокой яме, полыхал костер. Рядом стояли несколько женщин с печальными лицами, в черных платках. Друзья остановились, и молча, смотрели на костер, из военной формы. Из подъезда вышел смурной Димка Таранов, с лицом, перепачканным сажей. Невысокий, крепкий парень, с черной копной волос, и большим носом, на скуластом лице. В руках он нес тяжелые летные куртки, своего отца.